К чему снится кровь

Глава 12

Сосед Евгения по лестничной клетке, – Эйдельман, профессор медицины и милейший человек, – страшно обрадовался, увидев весело прыгающего Рембо, за которым поднимался по лестнице его хозяин.

– Женечка, я должен вам рассказать, – начал, грассируя, профессор. – У нас тут произошла целая история, пока вас не было! Хорошо, что вы, наконец, вернулись. А кто выгуливал вашего очаровательного песика? – спросил он, пятясь к дверям своей квартиры от дога, который намеревался его облизать.

– Рембо, ко мне! – Евгений знал, что сосед боится собак, особенно таких огромных. – Я попросил маму, чтобы она присматривала за ним. А что случилось?

– Ах, Софья Иосифовна, прелестная женщина! Так вот, позавчера у меня как раз был пациент, – очень тяжелый случай, знаете, – но, несмотря на это, я не мог не обратить внимания на лай вашей собаки.

– Что в этом особенного? – спросил Евгений, ощутив неприятный холодок в груди.

Все соседи знали, что Рембо никогда не лает: его спокойствие и дружелюбие были просто патологическими.

– Но…– профессор смешался, – он же никогда не лает! А тут вдруг… Это меня так удивило, что я невольно начал прислушиваться. Лай становился все громче и громче, а потом, извините, превратился в невообразимый вой и визг! Признаться, меня это очень встревожило. И я даже оставил пациента, – чего я себе никогда не позволяю, – чтобы посмотреть в глазок!

– Что же вы там увидели?

– О-о! – Эйдельман поднял глаза к потолку, – Возле вашей двери стоял человек, в чем-то темном. Было плохо видно. Он как будто ждал чего-то… Мне это совсем не понравилось.

– Спасибо, Эдуард Арнольдович, вы очень бдительны.

Профессору показалось, что молодой сосед отнесся к его рассказу с иронией.

– Женечка, я знаю вас давно, и прекрасно отношусь к вам и вашей маме. Я не посторонний человек, и прямо хочу вас предупредить: подумайте, что произошло в последнее время? Может, э-э… – он замялся, подбирая слова, – вы каким-то образом вторглись в сферу чужих интересов? В любом случае, будьте осторожны.

Евгений не нашелся, что сказать. Настроение, и так неважное, было окончательно испорчено. Профессор тоже почувствовал себя неловко.

– Я подумал, что этот бандит пытается открыть дверь, чтобы ограбить квартиру, но… В общем, он просто стоял. Мне до сих пор не понятно, что он делал у вашей двери? Бедняжка Рембо, было жутко слышать, как он лает. И знаете, в этот момент на площадку выглянула Мария Яковлевна. Пережить войну – не шутки, Женечка, нервы уже не те. Вот она и не выдержала. Что тут началось!

И профессор довольно живописно представил Евгению картину происшедшего.

Мария Яковлевна безо всяких правил приличия, самым громовым командным голосом спросила непрошеного посетителя:

– Вам кого?

И когда он посмел ее вопрос проигнорировать, грянула буря.

– А ну-ка, прочь отсюда, ворье проклятое! – завопила старушка. – Никакого порядка не стало! Среди бела дня, наглецы, по чужим квартирам шастают! Нет закона! Бездельники чертовы! Распустились!

Человек тот повернулся и… ушел. Ничего не сказал. Просто спустился по лестнице вниз. Он даже особо не спешил. Очень неприятная история. Я вашу мамочку видел в тот же день, но ничего рассказывать не стал. Пожалел.

Евгений в раздумье вошел в свою квартиру. Рембо сразу побежал на кухню клянчить печенье, он радостно вилял хвостом и пытался лизнуть хозяина.

– Ну, что? Кто тебя тут напугал?

Евгений обошел все комнаты, проверил сейф, окна, ящики стола, – все было в порядке. Он нарочно не ставил сигнализацию, дабы не привлекать к себе излишнего внимания. Мама права, надо оборудовать офис и работать там. Не обнаружив ничего подозрительного, ювелир вздохнул с облегчением и отправился в ванную. Неприятный осадок от разговора с профессором постепенно рассеялся.

После горячего душа Евгений разогрел приготовленное мамой жаркое, поел через силу и прилег.

Ему опять захотелось посмотреть на рубин. Он вспомнил, как нечаянно поцарапал камень, и еще больше расстроился. В принципе, его можно было бы отшлифовать… но оригинальная огранка пострадала бы непоправимо.

Он открыл коробочку с серьгой и включил специальную лампу. Рубин тут же вспыхнул своим теплым розовым сиянием.

– Как я мог настолько потерять самообладание, что испортил камень?

Евгений повернул рубин царапиной к свету… Совершенно гладкая ровная поверхность! Камень светился изнутри алым раскаленным ядром. Странно, а ему казалось, что царапина именно с этой стороны. Вот что значит волноваться и переживать, – уже забыл! Повернув рубин другой стороной, он увидел все то же горячее свечение, все ту же гладкую алую поверхность…

Евгений отложил серьгу и задумался. Что с ним? Провалы в памяти? Или галлюцинации? Он вытер вспотевший лоб и еще раз тщательно осмотрел рубин. Прекрасный, девственно гладкий, выпуклый и яркий, он излучал какое-то магнетическое притяжение. Никаких царапин на нем не было.

– Когда я был не в себе? Тогда или сейчас?..

* * *