К чему снится кровь

Глава 24

Лариса ходила из угла в угол, нервничала. Дочь еще спала, сбив тоненькое одеяльце. В комнате было жарко, пахло сердечными каплями. Угнетенное состояние наступало у Ларисы всегда, когда обострялась болезнь сердца. Черным камнем наваливалась безысходность, мысли о тщетности бытия. Краски мира бледнели, не сразу – постепенно, как в театре перед началом спектакля медленно гаснет свет. Но там – ожидание удовольствия, предощущение праздника. Там открывается занавес, звучит волшебная музыка, и запах духов и грима смешивается с дыханием зрителей. Здесь же, в ее мире боли и страха есть только темнота и ожидание беды...

В дверь звонили, наверное, уже давно. Лариса спохватилась, глянула на девочку, не проснулась ли? – побежала открывать.

– Влад! Как я рада. Проходи. Лешка скоро приедет?

Гость внес неподъемную сумку – по дороге заехал на рынок, накупил мяса, овощей, фруктов, – еле втащил по лестнице. Лифт, как всегда, поломан. Хорошо, что этаж третий.

– Скоро. Он звонил, велел о тебе позаботиться. Вот лекарства. – Влад вытащил из кармана витамины и таблетки. – Держи. Чаем угостишь?

– Конечно. Идем на кухню, а то малую разбудим.

Лариса сделала бутерброды, налила в чашки крепко заваренный чай. Владу побольше, себе поменьше, – разбавила кипятком. Они разговаривали вполголоса, чтобы не потревожить девочку. Лариса успокоилась, боль в груди, мучившая всю ночь, утихла.

– Ты все про Алешку знаешь? – неожиданно спросил Влад.

От удивления ее брови смешно поднялись домиком.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну… он что-нибудь необычное о себе рассказывал?

Лариса сняла фартук и села, внимательно глядя на гостя. Она ничего не понимала.

* * *

Рита давно работала секретарем у Пантелеймона Андреевича и отлично разбиралась во всех тонкостях работы ломбарда. Кроме того, ее связывали с шефом близкие отношения, и тот делился с ней своими семейными проблемами. После смерти жены Рита стала не только его любовницей, но и советчицей. Единственным ее недостатком была чрезмерная болтливость. Она и сама это чувствовала, но уж если ее «несло», то остановиться она не могла.

– Простите, – прямо перед ней вырос молодой человек приятной наружности. – Мне нужен ваш босс. Могу я его видеть?

Рита мгновенно оценила одежду посетителя, стрижку, парфюмерию и манеру поведения – у нее был богатый опыт работы с клиентами. Этот человек уверен в себе, и с деньгами у него все в порядке. С такими поговорить – одно удовольствие. Она взмахнула густо накрашенными ресницами и улыбнулась.

– А его нет. Пантелеймон Андреевич приболел. Но я готова вас выслушать.

– Видите ли, я по личному делу… – Влад понял, что дама не прочь пококетничать, и решил этим воспользоваться. – Я друг покойного Жени Ковалевского. Мы сотрудничали. А теперь… возникла проблема. Вы понимаете, о чем я говорю? Может быть, Пантелеймон Андреевич чем-то поможет?

Конечно, она знала Евгения. Какое жестокое убийство! Она была на похоронах вместе с хозяином. Если этот молодой человек имел дело с Ковалевским, то Пантелеймон Андреевич, возможно, согласится ему помочь. Во всяком случае, лучше быть с ним полюбезнее. Она снова улыбнулась, но, вспомнив о смерти Евгения, тут же стерла улыбку и потупила хитрые глазки.

– Непременно, непременно поможет. Жалко Евгения. Какой был чудесный специалист, какой человек! Всегда поздравлял меня с днем рождения. Единственный сын у матери… Мы все подавлены этой трагедией, – она притворно шмыгнула носиком. – А Пантелеймон Андреевич просто заболел от всего этого кошмара. На него столько сразу свалилось! Беда одна не ходит…

– Что вы говорите! Еще что-то случилось? – Влад сочувственно уставился на секретаршу, мысленно заклиная ее продолжать. Впрочем, это явно было лишнее. Риту уже «понесло».

– Сын Пантелеймона Андреевича заболел, ни с того, ни с сего, – она понизила голос и придвинулась поближе к Владу. – Вдруг начал тени собственной бояться, сон потерял, похудел килограммов на десять. Что делать? Уж отец его и так, и сяк убеждал… священника даже привозил к нему на квартиру, освятили там все, ладаном обкурили. А толку?.. Он как шарахался от каждого шороха, так и шарахается. В каждом углу ему то черти, то призраки мерещатся. Ника пришлось отвезти в психбольницу! Представляете?

– Неужели до этого дошло? – притворно удивился Влад. – Но почему? Он что, представляет опасность для окружающих?

– Насчет окружающих не могу сказать… Хотя, нет. Бедняжка настолько перепуган, что сам себя боится! Вообразите: взрослый парень прячется под кроватью или запирается в ванной, и никакими силами невозможно его оттуда вызволить – кричит не своим голосом, цепляется за все, что попало под руки. Пантелеймон Андреевич испугался, что в таком состоянии он может причинить себе вред, вот и…

Она опустила голову.

– А что врачи говорят?

– Боже, что сейчас знают врачи? Они сами спрашивали у Пантелеймона Андреевича, что с его сыном. А тому-то откуда известно? Он в полнейшем недоумении. Кто бы мог подумать?! Приличный мальчик, приличная семья… Бедный Ник!..

Что-то в интонации секретарши показалось Владу неестественным, как будто в стройном и благозвучном аккорде появилась резкая фальшивая нота. Похоже, хозяин ломбарда знает о том, что произошло с его сыном, гораздо больше, чем сообщил врачам. В таком случае эта яркая модная дама в слишком короткой юбке тоже владеет более обширной информацией.