К чёрту на кулички

Глава 2. Первая зацепка

То ли у Хельги действительно было стеснённое финансовое положение, то ли она экономила на всём, на чём только можно, то ли просто не любила шум и суету, но её квартира располагалась на самой окраине города. Алиса, созвонившись с Иваном, подъехала туда во второй половине дня и теперь смотрела, как молодой человек возится с ключами, пытаясь открыть тяжёлую старую дверь. Сейчас, приглядевшись к нему получше, она видела, что его тёмные волосы расчёсаны кое-как (если их вообще за последние дни касалась расчёска), а на щеках и подбородке проступила едва заметная синева: о бритве он, видимо, тоже забыл.

– Проходите, Алиса... простите, не знаю, как по отчеству, – несколько смущённо проговорил Иван, справившийся наконец-таки с дверью, пропуская гостью в квартиру.

– Можно просто Алиса, без отчества, – разрешила она, заходя внутрь. – Вам, простите, сколько лет?

– Двадцать семь.

– Мне тридцать два, не такая уж и большая разница, – она внимательно оглядывала сумрачную прихожую, отмечая большое зеркало в потемневшей от времени раме, аккуратно расставленную обувь под ним и желтоватые обои, кое-где уже начинавшие отставать от стен.

– Надо же, я бы ни за что не подумал! – удивился Иван. – Я думал, вы ровесница мне или Хельге... Я бы никогда не дал вам больше тридцати!

Алиса рассеянно покивала, проходя в узкий короткий коридор. Она понимала, что ей только что сделали комплимент, но, по правде говоря, не представляла, как на него отвечать. Ей иногда говорили, что она выглядит моложе своих лет, пока не начинает говорить, и Алиса воспринимала это как данность. Это всё равно, что сказать человеку, что у него голубые глаза или тёмные волосы: никакой не комплимент, а просто констатация факта! К тому же она не прикладывала никаких усилий, чтобы выглядеть моложе, вопреки шуткам Эли, утверждавшей, что коллега изобрела или где-то откопала рецепт «молодящего» чая. Да и со стороны Ивана странно делать комплименты малознакомой женщине, когда пропала его девушка... хотя, может, он просто вежливый.

Квартиру Хельги Вейер можно было охарактеризовать как «бедненько, но чистенько». Жилище было явно не новое, помимо отклеившихся обоев Алиса заметила потрескавшуюся плитку в ванной, потёки на потолке кухни, а пол под ногами нещадно скрипел, но нигде не было видно следов пыли, ниток или комков длинных волос, так что она даже немного позавидовала: свою квартиру она в такой чистоте не содержала и находила силы на уборку в лучшем случае раз в месяц. Мельком глянув в чисто вымытое зеркало и поправив выбившуюся из пучка прядь волос, она поинтересовалась:

– Уборку в квартире Хельга делала или вы?

– Она, – со вздохом ответил Иван. – Она любила чистоту... любит! – и без того большие глаза округлились, рука метнулась ко рту. – Чёрт, что я такое сказал? Я сам не знаю, почему у меня вдруг вырвалось... почему я заговорил о ней в прошедшем времени! Наверное, потому что в глубине души я понимаю, что между нами всё кончено...

– Ещё раз: как давно она пропала?

– Три дня назад. В первый день, когда я приехал к ней с букетом и нашёл записку, то прождал здесь до ночи: не мог поверить, что Хельга действительно решила бросить меня. Думал, она захотела проучить меня или просто вспылила, прошвырнётся по городу, проветрится и вернётся – она часто так делала. Ночь я провёл здесь, на следующее утро в театр, не выспался, играл из рук вон плохо, режиссёр грозился меня выгнать... В тот день обзвонил всех, кого мог, на следующий объездил всех друзей, до кого смог доехать, но Хельгу так и не нашёл. И вот сегодня решил обратиться к вам, – большие серые глаза смотрели робко и умоляюще, и Алиса почувствовала, что сердце сжимается от жалости.

«Ещё неизвестно, что тут на самом деле произошло», – напомнила она себе, подумав про сегодняшнее обсуждение в офисе. Её не покидало ощущение, что Иван вовсе не такой слабый и беспомощный, каким притворяется. В конце концов, он актёр, притворяться – его профессия. С другой стороны, водяной маг не смог бы причинить серьёзного вреда хюльдре, даже если он сильнее, чем говорит. «Но мы не знаем, хюльдра ли Хельга на самом деле», – подумала Алиса, но тут же оборвала себя: вряд ли Иван станет лгать в такой детали, которую легко проверить, просто обзвонив их общих знакомых. Конечно, не все из них принадлежат к волшебному миру, но хоть кто-то же есть?

Она медленно обошла квартиру, по очереди заходя в каждое маленькое, но уютно обставленное помещение. Старая, ещё советских времён, мебель была аккуратно расставлена, книги за стеклом шкафов выстроились, как солдаты на плацу, посуда в кухонных шкафчиках хранила идеальный порядок, наполовину прикрытые тёмно-зелёные шторы пропускали внутрь лишь часть закатного солнечного света. Такой порядок мог бы показаться подозрительным, но Иван несколько раз повторил, что Хельга была той ещё аккуратисткой и перфекционисткой, и у Алисы пока что не было оснований ему не верить.

– Смотрю, Хельга любит читать, – заметила она, указывая на большой шкаф с книгами, стоявший в комнате хозяйки.

– Обожает! Конечно, у неё всегда есть под рукой ноутбук или телефон, она может почитать в интернете, но предпочитает бумажные книги. Говорит, от них меньше устают глаза, и этот неповторимый запах бумажных страниц... – он смущённо улыбнулся, словно прося прощения за странности своей девушки. Алиса, и сама любившая порой поваляться на диване с книжкой, Хельгу прекрасно понимала.

Хюльдра явно предпочитала зелёные, голубые и бежевые тона, и многие предметы интерьера – обои, шторы, ковры, абажуры ламп, настенная и напольная плитка – были неярких цветов лесной зелени, морской волны, песка на берегу или чистого неба. В комнате Хельги почти не оставалось свободного места из-за кровати, письменного стола со стоявшим на нём букетом из трёх нежно-кремовых роз, уже слегка увядших, и двух шкафов – с книгами и с одеждой, но даже так она умудрялась выглядеть уютной. На стенах висели плакаты музыкальных групп, в основном направления фолк-рок. Одежда в шкафу выглядела нетронутой, но Иван уверенно перечислил пропавшее: в основном джинсы, футболки, куртка и сапоги для холодной погоды, сарафан и сандалии для жаркой. Вещи Хельги сложила в небольшой чемодан на колёсиках, с которым ездила в отпуск, собрала деньги, паспорт и кое-какие другие документы, ноутбук и уехала.