К чёрту на кулички

Глава 8. Авария

На улице и в самом деле было теплее, чем в квартире «Маши-русалочки», и Алиса вздохнула с облегчением: похоже, простуда ей сегодня не грозит. Пригладив мокрые волосы и одёрнув платье, она оглянулась на Димитара, который вышел вслед за ней. Он снова нацепил свои чёрные очки и даже в мокрой футболке и обрезанных джинсах выглядел до неприличия хорошо. «Не то что я», – с горечью подумала Алиса. «Я, наверное, сейчас похожа на мокрую курицу. Или на кошку, угодившую под проливной дождь».

– И вот мы снова остались у разбитого корыта, – с грустью констатировала она, когда Димитар подошёл к ней. Она ожидала, что он скажет что-нибудь подбадривающее, но вампир выглядел на редкость серьёзным и даже угрюмым.

– Зачем ты так накинулась на бедную девушку? – сердито спросил он. – Даже если тебе не нравится её блогерская деятельность, зачем высказывать всё ей в лицо?

– Потому что кто-то должен был это сделать, – запальчиво сказала Алиса. – Потому что если не я, то кто? Я не люблю лжецов, ты знаешь, и всегда стараюсь вывести их на чистую воду. Забавно получилось, учитывая, что Маша русалка, – усмехнулась она, однако Димитар даже не улыбнулся.

– Ты же понимаешь, что это ничего не изменит? Она не перестанет заниматься тем, чем занимается. Она искренне считает это своим призванием.

– Если она не полная дура – а я на это очень надеюсь, – то она хоть немного задумается над моими словами. Над, так сказать, полученной обратной связью, – упрямо заявила Алиса. – Я не люблю лжецов, – повторила она, – и разоблачаю их, когда могу, это моя профессия.

– Маша не лжёт, она искренне верит в свою правоту.

– Значит, она ошибается. Она приютила у себя сбежавшую подругу, не расспросив её толком о случившемся, а потом привела в дом двух детективов, и в итоге эта подруга сбежала, напав на нас и едва не спалив квартиру. Веский повод задуматься, была ли она хоть когда-нибудь хоть в чём-то права!

– Похоже, ты просто вымещаешь на ней свою злобу, – покачал головой Димитар. – А представь себя на её месте! Представь, что кто-то так же агрессивно сравнивает с землёй дело, над которым ты трудилась почти полжизни.

– Мне и представлять не нужно, – дёрнула плечом Алиса. – Почти весь прошлый год прошёл под таким давлением. Нас всех едва не засудили, а потом Дарья Владимировна, отмазав нас от суда, взялась за нас сама. Мол, какие из нас сыщики, если мы не смогли разгадать коварный план того колдуна! Ты просто не слышал, что она нам говорила и каким тоном! Мы думали, над каждым из нас после такого разноса будет висеть воронка проклятия, как в «Дозорах»!

– Могу себе представить, – кивнул он. – И теперь ты вымещаешь весь свой гнев на Маше, потому что не смогла выместить его на начальнице?

– С чего ты взял, что не смогла? – огрызнулась она. – Всё я смогла! Думаешь, мы там сидели, вжавшись в кресла, как мыши, и не смели пикнуть? Да у нас там такие громы и молнии бушевали, что весь кабинет ходил ходуном! Роме досталось меньше всех – то ли потому, что он был серьёзно ранен, то ли потому, что он единственный мужчина в команде. На Элину Дарья Владимировна обрушилась, потому что та была виновна в гибели колдуна, а на меня – потому что я, как самая разумная из троицы, должна была обо всём догадаться и предотвратить это безумие.

– Интересно, – хмыкнул Димитар. – А с себя ваша Дарья Владимировна, значит, сняла всякую ответственность?

– Мы тогда работали сами по себе, а она помогала бывшему коллеге – тоже из магической полиции, кстати, – с каким-то делом чуть ли не государственной важности, – пожала плечами Алиса.

– Да, у вас в конторе жизнь тоже не сахар, я уже понял... И всё-таки зря ты так набросилась на русалку, – он качнул головой в сторону дома, от которого они медленно удалялись. – Не боишься, что она что-нибудь с собой сделает?

– Нет – она слишком сильно себя любит, – Алиса вздёрнула подбородок. – Вот за кого боюсь, так это за Хельгу. Она, конечно, писала в письме Ивану, что ничего с собой не сделает, но тогда её никто не преследовал. А теперь у неё на счету нападение на человека в целях самозащиты и нападение на двух сыщиков, которое самозащитой никак не оправдаешь. Плюс она чуть не сожгла квартиру подруги. Маша, конечно, вряд ли будет выдвигать какие-то обвинения, но Хельга, если она правда считала Машу подругой, а не просто использовала, должна чувствовать себя паршиво. И я думаю, Иван был прав насчёт Хельги, хотя бы частично. Диссоциативной фуги у неё нет, она ясно сознаёт, кто она и где, но её психическое состояние... она...

– Слетела с катушек?

– Я собиралась выразиться повежливее, но... да. Её состояние становится всё более нестабильным.

– Если оно вообще когда-либо было стабильным, – пробормотал Димитар. – Слушай, тебе всё это не кажется странным? Не напоминает какую-то игру?

– Что именно? – нахмурилась Алиса.

– Хельга исчезла, забрав часть своих вещей и оставив телефон, чтобы её труднее было отследить, но при этом будто случайно обронила фотографию, где она запечатлена с подругой. С той самой подругой, к которой она уехала! Потом, сбежав из Тобольска, она вдруг появляется на фотографии другой своей подруги – в отражении в тёмных очках! Такое ощущение, что она сама, вольно или невольно, оставляет нам подсказки. Или не нам, а Ивану – в любом случае, тому, кто идёт по её следу.

– Думаешь, она так просит о помощи? – предположила Алиса. – Она попала в беду, ей угрожали, или на неё наложили какое-то проклятье? Поэтому она и сбежала? Не из-за ссоры с Иваном, а из желания его спасти?