К последнему рубежу или наследница брошенных земель

Глава 19. Немного о принцах

Глава 19. Немного о принцах

Нейтас Лиаден, первокурсник, он же Эманейтас Секнол – младший наследник

Чем дольше я находился в академии, тем больше мне здесь нравилось. Каждый день приносил столько новых впечатлений, так не похожих на мою жизнь во дворце. Сдружился с некоторыми ребятами, а наша четверка, сложившаяся в первый учебный день, так и оставалась неразлучной не только во время лекций и практик, но и после занятий. Так получилось, что мы стали вхожи в дом декана Танатоса, пользуясь его обширной библиотекой.

Присматривался я и к студенточкам. Надо сказать, что встречались среди них и заучки, как Келлиана, для которой на первом месте стояли оценки за рефераты, но были и охотницы, так хорошо знакомые мне по дворцовым повадкам. Тем получение знаний было только предлогом в поисках выгодной партии для замужества. Их первым делом выделял взгляд – оценивающий, взвешивающий тебя на предмет количества денег в твоем кошельке и родословной. И если ты признавался годным, то взгляд тут же менялся на заискивающе-призывный, говорящий «Я вся твоя, только женись». Таких я тут же старался вежливо обойти стороной, не давая поводов развить мысли обо мне, как о потенциальном муже. Это не дворец, где папа топнет ногой и заявит, что сам найдет мне жену. Здесь я под личиной и инкогнито, а раскрываться желания нет, иначе будет то же, что и во дворце.

Кстати, о Келлиане. Мои первые впечатления о ней, как о пассии декана, признавшего её приемной дочерью, несколько развеялись, когда я стал бывать в их доме. Поведение этих двоих ни как не походило на влюбленность. Да, некоторая сердечность и заботливость со стороны лорда Танатоса просматривалась, но со стороны Келли это было почтение, не более. Ни каких тайных взглядов, нечаянных прикосновений – ничего! Но ведь они могут притворяться! Но тут же признавал, что Келли, с её наивностью и робостью, не тянет на хорошую актрису.

Эта девушка мне была интересна. И не только потому, что за внешним старанием показаться невзрачной и незаметной, она была красива. Да и волосы! Надо признать, что я не сразу понял, что это волосы инициированного некроманта. Келли переплетала их цветной атласной лентой, от чего волосы приобретали её оттенок. Поэтому поначалу казалось, что они то отдают голубым, то розовым.

А еще Келли выдал взгляд. Однажды им она отреагировала на непристойную выходку одного из студентов. В этом взгляде было снисхождение человека, много видевшего и пережившего. Её глаза говорили: «Ты глуп, ты ничего не знаешь об этой жизни, но я прощаю тебя». Такой взгляд мне был знаком, так на меня смотрел отец, когда отчитывал за очередной проступок.

А потом был бал середины зимы, где я встретил Келлиану, представленную ко двору. Пусть и приемную дочь, но король признал её, как законную наследницу рода Танатос. Это стало еще одним аргументом усомниться в своих выводах о ней и декане, как любовниках. Вряд ли лорд признал бы свою постельную утешительницу наследницей.

Я впервые, словно вновь, увидел Келли. Девушка была прекрасна. От диадемы, что сверкала в её платиновых волосах, зеленых глаз, тонкой фигурки в изящном платье, до туфелек на стройных ножках, лодыжки которых открывались при каждом повороте в танце. Засмотрелся и не заметил, как подошел отец и понял, на кого я смотрю.

- Хороша, - произнес король, кивнув на танцующую Келлиану. – Мне сказали, что ты сдружился с ней.

- Не только с ней, - ворчливо ответил, так как несколько стушевался. – Я со многими дружу в академии.

- Вот и дружи, - назидательно сказал отец, сделав ударение на слове «дружи», и отошел.

Вот, ведь папа! Дал разрешение только дружить, а на остальное ни-ни, не раскатывай губы. И что это за забота такая о приемной дочке декана академии, хоть и лорда!? И более знатные не отказывали во внимании, и король ничего не говорил и не предупреждал, да еще таким назидательным тоном. Хотя, отец и лорд Танатос давно дружат, некромант незаменим в советах, которые не раз спасали королевство. Папа не хочет потерять это из-за моих «хотелок». Да, надо сдержать себя, а то король сгоряча женит на какой-нибудь полезной для страны выдре. Меня аж передернуло от подобной мысли. Но ведь потанцевать и пофлиртовать никто не запрещал?!

Когда я пригласил на танец Келлиану, она зарделась так трогательно и смотрела не прямо, а словно искоса, боясь поднять глаза.

- Леди Келли, не стесняйтесь, - просто сказал я, когда мы прошли в рисунке танца половину зала. – Мы с вами знакомы и вместе учимся.

- Да, Ваше Высочество, но я не узнаю вас, - только теперь девушка подняла взгляд, рассматривая своими зелеными глазами моё лицо. – Ваш артефакт смены личины великолепен. Видимо, он изменяет вас полностью – цвет волос, глаз, овал лица, голос.

- В сокровищнице отца много интересного и полезного, - ответил я. – А артефакт очень древний. Лорд Танатос уверил, что таких больше не делают. И все же, разве вам не любопытно узнать моё имя в академии?

- Нет. Я не интересуюсь принцами, - сказала Келли быстро, и, испугавшись, поправила ответ. – Вернее, я не интересуюсь мужчинами вообще.

- И почему? Вы первая девушка, которая заявила мне подобное. Все леди хотят встретить свою любовь. Я вам не нравлюсь? – я прибавил в голос бархатных ноток, приводящих дворцовых леди в трепет.

- С первого взгляда это трудно определить, хотя вы привлекательны внешне, - серьезно ответила Келли совершенно без жеманства, что уже привело в замешательство меня. И как с ней флиртовать?