К счастью сквозь долгие годы

Глава 10

Прошла неделя. Григорий чувствовал себя гораздо лучше, и на утреннем обходе начал просить Тихона Савельевича выписать его. Тот категорически не хотел этого делать.
Куда ты собрался? У тебя ещё кашель, организм ослаблен. Рёбра до конца не зажили. Я тебя сейчас выпишу, а через пару дней ты опять сюда попадёшь. Ты же пойдёшь на холоде работать да тяжести тягать. Нет, друг мой, сиди - ка ты здесь. Пока я не буду уверен, что ты здоров, полежишь ещё на больничной койке.
Молодой человек очень расстроился, но, деваться было некуда, приходилось слушаться врача.

Нюрочка в этот день пришла рано, до обеда. Григорий знал, что подруги, когда было не так много работы, отпускали её, поэтому не обратил на это никакого внимания и ту же начал жаловаться:
- Представляешь, Анечка, не хочет меня выписывать главврач. Я уже просился, а он ни в какую. Надоело мне сидеть здесь без дела.
Она посмотрела на него и вышла из палаты.
Её не было достаточно долго для того, чтобы молодой человек начал беспокоиться, решив, что она ушла совсем. Но, только он встал, чтобы пойти, посмотреть, есть ли её вещи в раздевалке, как дверь открылась и в палату зашла девушка, а, следом за ней Тихон Савельевич.
- Ну, что, Григорий, отпускаю я тебя. Но, с условием: никакой службы. Поручительница твоя обещала, что ты будешь в тепле и заботе проживать. Так что собирай вещи и жди транспорт. Уже договорились, скоро друг твой подъедет. На улице особо не разгуливай, холодно ещё. И ко мне будешь приезжать пока через день. Там посмотрим.
– Спасибо, доктор, дорогой!
– Даму свою благодари. Обещала, что всё в порядке будет.
Врач вышел за дверь. Мужчина подошёл к девушке и нежно обнял её.
– Спасибо тебе Анечка!
Она обняла его в ответ.
– Мы с доктором договорились, что ты у нас с папой поживёшь.
– Как у вас?
– Вот так, у нас. Я поняла, что тебе уже тяжело здесь и мы с папой поговорили. Решили, что тебе нельзя сразу в барак возвращаться. Там холодно и условия не очень. Поживёшь у нас, выздоровеешь, а там как раз потеплеет, сможешь на службу вернуться. Конечно, когда Тихон Савельевич разрешит.
Он осторожно поцеловал её в губы. Она, засмущавшись, отодвинулась.
– Боюсь, зайдёт кто-нибудь.
Он, улыбнулся и расжав руки, отпустив её.
– Давай тогда собираться.
– Да. Скоро Юра приедет. Мы его попросили тебя увезти, потому что доктор сказал, что тебе на улице ещё нельзя долго находиться. Да и идти далеко, устанешь.
- Всё решили. Никакой свободы действий не оставили. – засмеялся он.
– Да мне и собирать-то особо нечего. Книжки забрать, которые ты и ребята мне приносили, да переодеться.
– Ой, что же это я! – воскликнула девушка и выбежала за дверь.
Он не успел ничего понять, как она уже вернулась обратно к холщовым мешком в руках, из которого достала вещи.
– В раздевалке забыла, к тебе торопилась.
Григорий удивлённо посмотрел на лежащие перед ним гимнастёрку и брюки.
- Это не мои.
- Это папины. Твои вещи все разрезали, когда тебя осматривали, да они после аварии все испорчены. А шинель я всю отстирала и починила. Ещё походишь в ней. Она у нас дома. Папа тебе телогрейку тоже передал, в ней потеплее. Я её в раздевалке оставила. Ты переоденься, а я пойду к Кате схожу.
Она вышла, а он взял вещи и стал переодеваться.
Минут через десять она вернулась, но не одна. Вместе с ней в палату зашёл Юрий.
– Здорово, брат!
– О, какие люди! – обрадовался Григорий.– Здорово, друг! Рад тебе!
Мужчины обнявшись, похлопали друг друга по спине. Григорий чуть слышно охнул.
– Прости, друг. – спохватился Юра. – От радости, что тебя выписывают, переборщил. Забыл про твои рёбра.
– Ничего, я и сам очень рад. А рёбра заживут, куда денутся.
– Ну, что пойдём?
Девушка, с улыбкой наблюдавшая за встречей друзей, напомнила:
– Надо к доктору зайти. Он лекарства обещал дать.
– Вы тогда идите, а я на улице подожду, чтобы не мешаться. – Юрий вышел.
Григорий и Аня забрали оставшиеся вещи, и только собрались выйти, как дверь открылась и в палату вошёл сам Тихон Савельевич.
– Я на минутку, лекарства принёс. Только успел всё написать, больного на операцию привезли. Пока его готовят, к вам забежал. Вот лекарства, вот листок, на нём всё написано. Будут вопросы, обращайтесь.
Он сунул в руки Нюре газетный свёрток и скрылся за дверью.
Молодые люди переглянулись и, ничего не сказав, вышли следом за ним из палаты.

Когда они оказались на улице, Григорий зажмурился от яркого солнечного света. Его покачнуло, и он почувствовал, как его тут же подхватила под руку Аня.
– Что случилось? – испуганно спросила она.
– Всё в порядке, отвык от свежего воздуха. Почти месяц не выходил. – он закашлялся.
– А ты на работу собрался. Будешь дома долечиваться, успеешь ещё покомандовать.
– Теперь мной командуют. – засмеялся он, откашлявшись.
В этот момент к ним подъехал «ГАЗик», и из него выглянул Юра.
– Прыгайте.
Они сели в автомобиль и друзья все вместе поехали в сторону посёлка.

Михаил готовился к встрече гостей. На ещё не остывшей печке стоял чугунки с щами из кислой капусты и с картошкой, рядом – сковорода с тушёной лосятиной. На буфете – нарезанный хлеб и пирожки с рыбой. Оставалось только накрыть на стол. И только он собрался это сделать, как входная дверь открылась и зашли все трое, приехавшие на машине: Нюра, Григорий и Юрий.
- Ну, здравствуйте, молодые люди! – поприветствовал их хозяин дома.
- Здравствуйте, Михаил Васильевич.
- Проходите, проходите. Сейчас будем обедать. А чуть позже в баньку сходим, я уже затопил.
- Подожди, папа, я сейчас помогу. - Нюрочка быстро подошла к умывальнику, помыла руки и начала помогать отцу.
Молодые люди, последовав её примеру, помыли руки и, по указанию главы дома, уселись на стулья у стола.
Пообедав, Михаил и Юрий собрались выйти покурить на улицу.
Нюра посмотрела на Григория: не собрался ли тот тоже на улицу курить? Но, увидев, что тот не собирается никуда идти, расслабилась.