К свету, к жизни, к свободе

ДЕВЯТЬ

Раньше.

Кроваво-красное солнце медленно скрывалось за горизонтом, уступая свои полномочия тьме, которая, злорадно протягивая к небольшому городку свои длинные кривые пальцы, наполняла души горожан страхом и волнением.

Сонный солдат устало зевнул; его слегка передёрнуло от усиливающегося холода. Потерев глаза тыльной стороной ладони, он схватил рубильник. Тут же мелкая, неприятная дрожь, вызванная не столько холодным металлом, сколько серьёзностью и ответственностью момента, прошла по его телу.

– Пятый, - прошептал он, сильнее вцепившись в железяку.

– Внимание! – раздался громкий голос. – Всем приготовиться к запуску генераторов, - минутная пауза, проследовавшая за командой, тянулась словно вечность, за которую солдат был готов умереть не один раз. – Первый, - вдалеке загорелся яркий прожектор, рассеивающий пугающую темноту. – Второй. Третий, – парень облизнул пересохшие губы. – Четвёртый, – пальцы до боли сжали ручку. – Пятый, – солдат со всей силой дёрнул рубильник на себя, крепко зажмурившись и скрючившись от переполняющего его тело напряжения.

Оглушительный рёв сирены обрушился на городок, оповещая всех о сбое в системе – случилось именно то, что так пугает каждого постового, заступающего на ночную смену. Впрочем, это вполне ожидаемо, ведь всем этим приборам уже давным-давно пора на свалку.

– Шестой, – невозмутимый голос продолжил отсчёт и загорелся ещё один прожектор примерно в десяти метрах от облажавшегося солдата.

Резко выпрямившись, перепуганный парень мёртвой хваткой вцепился в автомат и, тяжело дыша, уставился в темноту. Теперь его задача – выжить до того момента, как прибудет кто-то из стражей, и не пропустить тварей, живущих в ночи, даже ценой собственной жизни. Две, на первый взгляд, противоречивые вещи, но такова была реальность.

Громкий отсчёт продолжал бить по ушам, пот градом лился по лицу, сердце было готово выпрыгнуть из груди, но он продолжал всматриваться в глубины тьмы.

Ощущение, что кто-то смотрит, кто-то дышит, кто-то находится рядом, никак не покидало его, от чего он без перерыва крутился вокруг своей оси, в поисках пришедшего за его душой монстра.

– Пятый, - донеслось из захрипевшей рации, – я уже близко, держись.

Осознание того, что страж где-то поблизости совсем не успокаивало - даже когда их будет двое опасность никуда не исчезнет до тех пор, пока не заработает прожектор, на починку которого уйдёт как минимум минут тридцать. Страж – это, конечно, хорошо, но он попросту не справиться со всем тем, что хранит в себе темнота в одиночку и солдат прекрасно это понимал.

Удивительно, почему все эти люди ежедневно рискуют, запуская генераторы настолько поздно? Но разве можно было сделать что-то ещё? Они боролись из последних сил, понимая, что всему остальному миру на них давно уже наплевать. Нельзя было так просто сдаться, нельзя! Ведь здесь всё ещё были люди - те, кто нуждался в помощи, в защите. Именно поэтому они были готовы биться до последнего. Опустить руки – означало показать насколько ослабла человеческая раса, неспособная дать достойный отпор врагу; показать, что даже в такие тяжёлые времена люди не хотят и не могут помогать друг другу.

Неожиданно, слух зацепил негромкий звук, напоминающий стук каблуков о каменную поверхность. Неожиданно и страшно.

Солдат выставил вперёд оружие, сжимая его влажными ладонями. Он был готов пристрелить любого, кто приблизится к нему. И он бы выстрелил прямо сейчас, но боялся, что убьёт кого-то из своих. Нужно было спросить, закричать, сделать хоть что-то, чтобы удостовериться в своих подозрениях, или же опровергнуть их, но слова комом застряли в горле и не желали выходить наружу.

– Какой красавчик, - постового затрясло от донёсшегося до него неприятного, немного шипящего голоса, который, словно проникал в самые потаённые уголки его души, - так бы и съела.

Из темноты показалась высокая, худая фигура, передвигающаяся неестественно плавно, словно перед ним была огромная кошка. Парню никак не удавалось рассмотреть её получше, но он не сомневался в том, что это было то самое чудовище, о котором так много рассказывали. Отступив на шаг назад, он, не мешкая, нажал на курок, но фигура даже не шелохнулась. Промахнулся? Проследовала ещё пара выстрелов, но женщина продолжала приближаться, никак не реагируя на летящий в неё свинец.

– Ты хочешь убить меня? – она произнесла это как истинная женщина – капризная, слегка сердитая и игривая одновременно. – Может, для начала развлечёмся?

Их разделяли всего пара метров.

Молодой парень, только закончивший своё обучение, был готов проститься со своей короткой и жалкой жизнью, проклиная того стража, который не успел добраться до него вовремя; проклиная себя, за то, что пошёл на это опасное дело, не послушав родного отца; проклиная начальство, которое отправило его именно к этому прожектору, и проклиная саму судьбу, которая так злобно пошутила над всем человечеством.

Он знал, что военная служба очень опасна, но никогда не думал, что расстанется с жизнью вот так…нелепо и глупо в защищённом стражами городе.

– А со мной развлечься не хочешь? – новый голос, раздавшийся за спиной солдата, прозвучал нахально и слишком спокойно.

Стражи так себя не ведут, а уж люди тем более.

Резко обернувшись, солдат увидел рядом с собой высокого молодого парня, с красноватыми, развивающимися на ветру волосами и такими же пылающими огнём глазами, которые, словно светились в темноте. Даже не смотря на царивший вокруг мрак, ему удалось рассмотреть незнакомца с невероятной ясностью. Он не был похож на демона, но и стражем тоже был вряд ли, скорей, больше всего напоминал обычного старшеклассника: надменный взгляд, язвительная ухмылка, руки в карманы, модные кеды.