Кабальеро плаща и гитары (зп-14)

Глава 6. Вечеринка в тылу врага

Глава 6. Вечеринка в тылу врага

- Может, всё же заскочишь на огонёк? Они не посмеют не пустить. Пришла, сделала что хотела, ушла – быть членом правящей семьи – свои плюсы!

Бельчонок подумала и покачала головой.

- Нет, Малыш. Не получится. Только представь, я! Веласкес! И на вечеринке у Манзони. Это слишком.

- Манзони-младшего, - поправил я.

- Не важно.

- Ну, на вечеринках у Феррейра ты можешь объявиться спокойно. Или Сантана. Хотя тоже те ещё кадры.

Она уверенно покачала головой.

- Нет, Хуан. И не проси. Сам.

Помолчала перевернулась на бок. Подпёрла щёку кулачком.

- Я и тебе не советую на это подписываться. Ты, на вечеринке Адриано, это… Это… - Она замялась, прикусила губу.

- Унижение?

Кивок.

- Ты всё же Веласкес. Тебя так воспринимают, хоть и не признан официально. И…

Я усмехнулся.

- Бэль, я НЕ аристократ. И если начну такового из себя строить – буду смешон. Если начну - вот тогда да, только держись, засмеют и затопчут! А так я, представитель простого народа, делаю то, что не зазорно делать представителю простого народа. Самый страшный грех – попытки выдать себя за коренного Веласкеса, не про меня. Да я нормальный чувак, Бэль! Со мной и здороваться, и даже дружить не зазорно!

…Вот и буду дружить, - констатировал я, двумя словами обозначая суть и смысл моего сегодняшнего похода в логово льва. - Обрастать контактами. Это полезно. И группа. Если удастся показать себя с лучшей стороны, это будет не последняя вечеринка. Создать себе рекламу в высшем обществе на ровном месте за счёт врага?

Я засмеялся. Бэль выдавила скупую улыбку, но спорить не стала.

- Убедил. Иди. Только если узнаю, что зажимался с кем-то из этих мартышек!.. – Глаза Бельчонка полыхнули, и этот всполох был вполне серьёзный. – Или даже просто на  кого-то смотрел!..

Я наклонился и чмокнул её в носик.

- Что, ну что они могут мне предложить, эти мартышки, когда дома меня ждёт такая красавица, на все руки умелица? И не только руки?

- Подхалим. – Она вскочила, сбросив простынь, которой укрывалась.

- Кто первый в душ, тот НЕ готовит завтрак! На старт! Внимание!..

- А х ты ж… - Я тоже соскочил и помчался следом, под её визг и выкрик «Ма-арш!», брошенный намеренно с большим опозданием.

- Здорово, Адриано! – протянул я руку младшему Манзони, занявшему позицию у самой стены, на последнем, двенадцатом ряду.

- Здорово, кабальеро плаща и гитары! А теперь смотрю, и худруком подрабатываешь?

Улыбка весёлая, но не ехидная. Работа худрука воспринималась им как «кошерная», достойная истинного кабальеро.

- Так не у всех папа – олигарх, - картинно развёл я руками. - Ладно, чего хотел?

- Присаживайся, - кивнул он на кресло рядом с собой. – Разговор есть.

- О вечном? – усмехнулся я.

- А как же! – парировал мою усмешку он.

Я присел. Ладно, разговор – так разговор.

- Слушаю? Только не говори, что работу хочешь предложить.

Он непроизвольно нахмурился.

- А что говорить?

- То есть, правда, работу? – Теперь нахмурился я.

- В общем, да. А что ещё? Не по бабам же предложить сходить?

- А почему бы и нет? – вскинулся я.

Рожа этого сукиного сына расплылась в едкой улыбке.

- Я б предложил. Да жалко тебя, дурлея. Её высочество будет убивать тебя долго и мучительно, с расчленёнкой. Я тебя, конечно, недолюбливаю, но излишней кровожадностью не страдаю. А потом она и меня начнёт убивать – за компанию. Раскидает охрану и начнёт. Зачем это мне?

- Я всегда думал, её высочество имеет репутацию… Легкомысленной девушки, - расслабленно откинулся я на спинку. – А легкомысленные не склонны к излишней ревности, всё воспринимают философски.

Адриано пожал плечами.

- Я особо никогда с их компанией не пересекался, но краем уха слышал о некоторых её сценах ревности в прошлом. Она тогда кого-то чуть не убила. Ревность, дорогой Веласкес, это качество, зависящее не от легкомыслия, а от импульсивности, а импульсивности ей не занимать.

Что ж, возможно. Бельчонок может, она такая... Излишне импульсивная.

- Ладно, понял. И кто этот несчастный?

- В смысле, несчастный? – растерялся Адриано. Нахмурился, пытаясь понять, о чём я.

- Тот несчастный, который перешёл дорогу твоему отцу. Ну, кого надо убить.

И мысленно возликовал с его обалделого лица с отвисшей челюстью. Уточнил:

- Ну, ты же мне работу предлагаешь? Вот я и спрашиваю, кого надо убить?

- Смешно! – констатировал он, задумчиво осмыслив мою шутку. – Но – мимо. Если понадобится кого убить, просить буду не тебя. Да-да, - замахал он руками, лучше тебя в Альфе найти трудно… Но по неким антагонистическим причинам, существующим между нашими семьями, всё же воздержусь от твоей кандидатуры.

- Ну, хоть на том спасибо! – Я деланно-облегчённо вздохнул. – Тогда что?

- Здорово парни! О, все вместе собрались?

Они вошли вместе, все втроём, встретившись где-то в городе, а может на крыльце Школы. Вид у всех был пасмурный, недовольный, особенно у Хана. У него с работой нелады, только-только  устроится, и обязательно какой-нибудь косяк. В смысле здесь, в мире музыки. Из-за которого приходится уходить там. Найдёт новую - и заново. Деньги, что мы собрали в Гаване и разделили на всех (включая девочек-«кепочек», правда, «кепочкам» дали совсем чуть-ччуть), стали ему крупным подспорьем. Ручаюсь, он приехал по моей просьбе только в размышлениях о ещё больших деньгах, которые можно заработать <i><b>со мной,</i></b> и не заработать без меня.