Кадбану Вылаяту

Глава 15

Тридцатый день. Лариса-Кадбану. После объявления о нашем браке всем жителям дворца. Началась моя семейная жизнь. В тот же день я сообщила о своем браке Антону, даже хотела рассказать об обмане, но решила не делать этого. Я конечно доверяю Шефу, но все же, если мы с Маджидом решили держать это в тайне, пусть так. Тем более, вдруг нас кто-нибудь может подслушать? Я не хочу создавать Маджиду излишних проблем. Антон был в шоке, и искренне поздравил меня с началом семейной жизни. Я в свою очередь попросила мужа не рассказывать об этом моей матери. Эта новость ее точно убьет. В тот же день Маджид с помощью Атмаджи сплавил всех своих наложниц, с которыми успел провести хелвет. В гареме осталось только несколько "свежих девушек" так их назвал Атмаджем. Я обычно настаивала, чтобы мой муж полностью вычистил гарем, однако Маджид сказал, что гарем Эмира не может быть полностью пустым, хотя две-три наложницы в нем для вида должны жить. Что ж, пусть, если такие правила, спорить не буду. Надеюсь, Маджид оставил этих девушек сугубо для поддержания правила, а не для отвлечения от меня. Была ли я счастлива в браке? Да! Даже не думала, что буду настолько счастлива. Казалось только недавно я колебалась по поводу замужества с мужем другой веры. А вышло все не так, как я думала. Пусть нам с Маджидом пришлось пойти на обман, но я не жалею об этом. Мне с моим Эмиром хорошо, а главное он не перестает меня удивлять в постели, как и я его. Такое впечатление, что во время хелвета, Маджид отдает всего себя, ради зачатия сына. Правда, я почему-то не чувствую себя готовой к этому. Я обычно хочу детей, но почему-то мне страшно от этого мнения. До сих пор не перестаю думать о будущем своих дочерей. Что с ними будет, когда они станут подростками? Они обычно повторят судьбу своих старших сестер Манси и Наиры, чего я им никак не желаю! Я не буду сидеть сложа руки, я не позволю ни Шейху, никому другому обручить моих девушек без моего согласия! Чхать на то, что в Туране женщина не может "быть против". Прошло пять дней с момента объявления. Валиде резко пошла на поправку. Врачи уже даже разрешают ей выходить на прогулку. Вот и сегодня мы с ней гуляли, и кое-что услышали. Прогуливаясь по саду, я за высокими кустами услышала голоса. Подойдя к ним вплотную, мы услышали разговор между двумя женщинами.

-Поверить не могу, что Маджид пошел на такой поступок! Как он мог так со мной поступить? Ладно, я простила ему замужество с тобой, замужество с Шахназ, с этой серой мышью! Да простить замужество с этой иноверкой! Никогда, ни за что! Как он мог! Он в очередной раз изменил мне!

-Успокойся Басуро – тяжело выдохнула, Хаяла, пыталась поддержать сестру -Маджид – мужчина. Не забывай, что мы женщины, собственность мужчин: Отца, брата, мужа. Да чихать я хотела на его замужество! То, что он сделал с твоими дочками, вот что прощать нельзя! Он обещал не сватать их до совершеннолетия! Полгода не прошло, как он обручил Нилам после Манси! Всевышний, убереги наших дочерей! Что будет с твоей Наирой? С моими близнецами Палак и Паэль!? О Соне я вообще боюсь думать! Хотя Шахназ безразлична мне, впрочем мне жаль ее дочь. Предал нас Маджид. И это все из-за этой Кадбаны, чтобы ее!

-Причем здесь эта иноверка? -по голосу Басура удивилась -Ты забыла, как отчаянно она сражалась за Манси? Она, а не Маджид пыталась освободить мою дочь от помолвки! Вот только меня удивляет, почему она сейчас не борется за Нилом? Не желает?

-Не знаю -с паузой ответила другая -Я думаю, что поначалу она об этом ничего не знала. А теперь, наверное, потому что не хочет снова создавать Маджиду проблем. Судя по всему, Маджид к объявлению только тебе о помолвке Нилам рассказал. Даже Анаханим ничего не делала, не пыталась хоть как-то повлиять на Маджида, чтобы спасти Нилам, так что она тоже ничего не знала до момента объявления. Что теперь делать, Басура?

-Ничего. Что мы женщины можем сделать? Ты же сама сказала, мы собственность мужчин

На этом разговор был окончен. Чтобы не спалиться, я тихо вышла из сада. Валид, тоже решила не вмешиваться в этот разговор. По выражению ее лица, видела, что ей было неприятно слышать о себе. Итак, что я узнала, подслушав разговор? Хаяла, по какой-то причине считающая меня виновной, в том, что обручили Манси и Нилам, почему? Возможно ли она считает, что именно с моим появлением в их семье начались проблемы? Что ж, наверное, я бы тоже так считала бы на их месте. Меня удивило другое, судя по голосу Басуры, но не считает меня виновной за обручение Манси и Нилам. Впрочем ее оскорбляет то, что я сижу сложа руки, вместо того чтобы попытаться спасти Нилам, как Манси. Я, конечно, могу попытаться решить эту проблему, но что-то мне подсказывает, что это вряд ли поможет, только хуже сделаю. Нет, проверять лимит нерв и доброты Шейха, не самая лучшая идея. Догукан, хотя и понимающий человек, и даже у такого человека есть свой предел. Все же, будем надеяться, что Татул и Бердо прекрасно подходят на роль будущих мужчин, и в семейной жизни они будут хорошо относиться к своим Первым Дружинам.

-Ты не обижайся на них -начала Валиде, идя со мной по коридору -Их можно понять

-Вы не обиделись на слова Басуры? -осторожно спросила я

-Нет, ничуть. В чем-то она права. Мне сразу не понравилась эта идея с помолвкой, я разговаривала с Маджидом. Он хотел дать свой отказ, а потом узнал о беде Газинура, о почти сироте Бердо, решил принять это решение. Да и Шейх настаивал на этом. Племянник просто не хочу больше рисковать своим сопротивлением. Меня же тоже рано усватали – призналась женщина – Своего мужа я впервые увидела в день нашей свадьбы, он немного старше меня. В первые годы семейной жизни, между нами ничего общего не было, кроме супружеской обязанности. Потом я поняла, что так жить нельзя, нужно с родным мужем дружить. Начала стараться обратить его внимание на себя. И так по чуть-чуть, кроме супружеской обязанности, у нас появились сыновья, общие темы для разговоров, я даже получила доступ в его государственные дела. Тогда я поняла, что люблю его. Что никто другой мне не нужен, кроме моих любимых мужчин. Жалко внуков не дождалось. Но я не падаю духом. Родных внуков хоть и нет, зато внучатых племянников имею. Грех жаловаться. Дочери Маджида стали самыми родными людьми. Иногда обращаю внимание, что их балую больше чем баловала Маджида в их возрасте