Кадет поневоле

Глава 3

Я не знал, как выглядят черепахи без панциря, но три существа, что таращились на меня огромными выпуклыми глазами, создавали именно такое впечатление.

Мы находились в просторной каюте большой орбитальной станции пришельцев. Позади стояли двое вооруженных роботов, так что на побег особо рассчитывать не приходилось. Да и куда бежать из космоса мне, продавцу продуктового магазина?

Существа, похожие на черепах, громоздились за столом на высоком постаменте прямо передо мной. Они изучали меня, разглядывая сверху вниз. Тот, что сидел посередине, проскрежетал что-то непонятное.

Он явно обращался ко мне. Вот только я, только что переживший полёт на орбиту Земли, находился в такой прострации, что не сразу сообразил это. Только когда он повторил эти звуки и на черепашьей морде отразилось раздражение, стало ясно: эти трое ждут какой-то ответ.

— Ничего не понятно, — сказал я. — Повторите, пожалуйста.

Центральная черепаха снова издала скрежещущие звуки. В этот раз глаза её уперлись в потолок, а следом сверху полилась речь на чистейшем русском языке. Женский приятный голос резко резонировал с зубодробительным скрежетом черепахи.

— Господин Котов Александр Артурович, вы понимаете меня?

Сначала я подумал, что переводчик доносит до меня значение черепашьих слов. Так что я мотнул головой и сказал:

— Не очень.

Через секунду я понял, что явно переволновался, и следовало ответить утвердительно.

— Странно, — озадаченно произнес голос сверху. — Then maybe you prefer to speak English? (В таком случае, возможно, предпочитаете говорить на английском?)

— Эммм… ноу… рашен из окей, — ответил я, чуть краснея и догадываясь, что, в отличие от русского, мой инглиш далеко не окей.

— Отлично! — Голос сверху излучал нотки довольства. — Значит, нет препятствий для начала судебного заседания.

Женский голос продолжил речь, но теперь уже на другом языке. Очевидно, на котором ранее говорила черепаха. Но, в отличие от неё, слова вовсе не скрежетали, и язык лился, как приятная мелодия.

Все три черепахи закивали, и та, что в центре, снова заговорила:

— Александр, трэв карада гурши.

— Гурши гурш чаш, — добавила черепаха слева.

— Ши тревело гурши, — вставила свои пять копеек третья.

Разумеется, кроме «Александр», я не понял ничего. Разве что минутой позже, благодаря «женщине с потолка», догадался, что слово «гурши» могло значить «убить» или «убийство».

— Триумвират сообщает, что вы обвиняетесь в убийстве. Убийство — страшный грех. Мы не любим убийства.

— Ага. Я тоже не люблю, — кивнул я. — Но послушайте, тот клоун… или как там его, — я напряг память, — гвардеец этот ваш. Он сам виноват. Вторгся в магазин. И вообще, это же явно несчастный случай.

Начались расспросы. Я старался отвечать честно, лишь преувеличивая шок, в котором оказался, и преуменьшая своё влияние на смертельный инцидент. Выпуклые глаза цимберлан, а как выяснилось, это были именно они, сверлили меня, будто рассчитывали получить правдивую информацию прямо из мозга.

У них даже свидетель появился. Тот самый робот бытовой человекоподобный. Он сообщил трем черепахам что-то на их языке, а потом включилась запись.

Трёхмерная проекция, явно записанная с глаз робота-продавца, продемонстрировала всё с момента, как я тщетно силился открыть проклятую дверь, и до того, когда робот вышел, предоставив меня бедняге-гвардейцу.

Но и потом голозапись продолжилась. Робот, как оказалось, отошел недалеко и зафиксировал моё стремительное бегство. Увидев такое, три черепахи принялись бурно трещать, бросая на меня неприязненные взгляды.

— Эй! Я так-то не понимаю, о чём вы там щебечете! — возмутился я.

— Триумвират обсуждает ваше бегство, — пояснил женский голос. — В целом они считают, что это выглядит как преднамеренное убийство. Триумвират пытается прийти к единому мнению: какой мотив владел вами.

— Какой, к чёрту, мотив? — закричал я. — Это случилось нечаянно! Я просто толкнул его. Кто ж знал, что он такой хлюпик?

Женский голос донес мои слова до трех лупоглазых судей. Но те никак не отреагировали и продолжали скрежетать ртами. Очевидно, то, что они решали, касалось уже каких-то деталей моего преступления. Оставалось только невесело вздохнуть и ждать, что они скажут или спросят.

Когда они соизволили обратиться, это оказалось вердиктом:

— Триумвират считает вас виновным, — сообщил женский голос.

Я слушал эту ИИ-тётеньку и пялился на черепах. Те внимательно смотрели в ответ, будто пытались понять, как я отреагирую. Но я знал, что признать виновным ещё не значит, что накажут. Коли уж цимберлане столь добрые и щедрые, то почему бы и не понять? Почему бы не простить?

Женский голос тем временем продолжил:

— Убитый вами гвардеец служил в космическом флоте Галактической Республики. Контракт истекает не ранее чем через год.

— Год? — озадачился я.

— Поясняю. Условный год Галактической Республики почти соответствует одному земному году. Он больше лишь на 0,0032 процента.