Кадет поневоле

Глава 9

Дерево, конечно же, оказалось вовсе не деревом. У него имелась голова, пусть и сучковатая, но зато с глазами, ушами и носом. От тела с древесной текстурой исходили тонкие веточки, причем на паре из них зеленели листочки. Были и широкие ветви-руки. Как и положено, две штуки. На босых ногах вместо пяток и носков топорщились тонкие прутья-корни. Тело прикрывала кожаная жилетка и шорты, такие же коричневые, как и кожа существа.

Моя челюсть рухнула, пока я таращился на этого энта. Тот, сердито хмуря брови, взирал на меня. Он расставил руки на бедрах и поцокал языком.

— Такие взрослые и такие беззаботные. — Дерево назидательно покачало головой. — Бегаете, деретесь… А ведь тут космическая академия, а не ясли.

Я бросил взгляд через плечо: Трэши со своей свитой угрюмо поплелся прочь. Толстяк даже не успел добраться до нас.

— Эм-м… — Я решил, что надо что-то сказать, чтобы протянуть время и дать им удалиться подальше, прежде чем уйти самому. Но так и не придумал, что сказать этому фэнтезийному существу.

Конечно, я понимал, что никакой он не фэнтезийный. Колдовать наверняка не умеет, Толкиена не читал, с орками не сражался. Просто ещё один нечеловекоподобный инопланетянин.

— Назови себя, кадет, — потребовал он.

Древовидная рука потянулась к моему лицу, и я инстинктивно зажмурился. Пальцы ткнули в припухлость под правым глазом: то, что осталось от вчерашней потасовки.

— И почему гематомы на лице?

— Просто упал, — буркнул я. — А имя Александр Котов.

— Упал?

Он затрясся и отрывисто захрипел. Сначала показалось, что это признак негодования, но почти сразу понял: смеется, причем почти истерично, так как продлилось это с пару минут.

— Упал, значит? — вновь уточнил он, как только унял смех.

— Ну да. Споткнулся.

— А-а. Понятно. Об этих, видимо? — Рука его дернулась в сторону коридора, куда ушли Трэши и Ко. Потом добавил хриплым шепотом: — ПОМ, где те четверо синих?

— А… Эмм… — начал было я, не зная, как обратиться.

— Профессор Лорикс Дархо, преподаю связь и шифрование, — представилось дерево.

— Профессор Дархо. А ПОМы так могут? Отслеживать, кто где находится. Как это сделать?

— Надо же. К знаниям рвешься? Похвально. — Древесные губы растянулись. — Но для такого фокуса в ПОМе должен быть определенный доступ. Понятное дело, кадетам такое не полагается.

Я погрустнел.

— Понятно. Ну ладно тогда. — Я развернулся. — До свидания, профессор.

— Куда это ты? Не терпится ещё разок споткнуться и упасть?

— Что? — Я снова повернулся к дереву.

— Те четверо караулят сразу за поворотом. — Ветвистая рука снова качнулась в сторону коридора. — Давай-ка лучше зайди ко мне. Побеседуем. Есть пара вопросов.

Немало удивленный, я настороженно прошагал следом за Лориксом. Его каюта оказалась намного просторней нашей, зато без иллюминатора. Тут и там виднелись приборы, экраны и куча всяких непонятных штук.

Он уселся в массивное кресло перед чем-то, напоминающим пульт управления с шестью экранами и кучей кнопок и тумблеров. Мне же показал место рядом — на табуретке. Я решил не выпендриваться и уселся.

— И что за вопросы?

Я приготовился отвечать на какие-то общеобразовательные уточнения, о том, какими знаниями в принципе владею, какое направление хочу выбрать и всё такое.

— Раз ты Александр Котов, то ты преступник-убийца, верно? — огорошил он меня.

— Эм-м…

— Так сказано в твоем досье, — пояснил он. — И да, ПОМы преподавателей имеют к ним доступ.

— Ну… Да, получается, что я тут как бы отбываю наказание или типа того, но…

— Не наказание, а отработку, как указано в судебном приказе, — оборвал Лорикс. — А вообще здесь ты обучаешься, чтобы ПОТОМ отработать свой год. Так что не называй эти три года наказанием или отработкой.

Я пожал плечами. Мне-то всё едино. Главное, что я тут против своей воли.

— Почему ты убил того гвардейца? — Брови древесного существа надвинулись, но под маской суровости я ощутил любопытство, а не злость. Профессор явно понимал: маловероятно, что я прикончил пришельца без веской причины.

— Ну… Это долгая история… — вздохнул я.

Древесные губы скривились в усмешке.

— Намек понял, — хмыкнул он хрипло, а затем шепнул. — Две порции горького да’аши.

Я не знал, что такое да’аши, но то, что он горький, немного напрягало. Я не любил ни лимоны, ни водку, и вообще: зачем употреблять горькое, когда сладкое стократ приятнее?

В одном из приборов неподалеку что-то зашипело и запарило.

— Продолжай, — потребовал Лорикс, в то время как пальцы-прутья сложились в подобие кулака и приложились к одному из выдвижных ящиков.

Щелкнул замок, и ящик открылся. Лорикс сунул туда руку, пошарил внутри и вытащил банку с ядовито-зеленой густой жижей.