Кадетка 73. Доверься мне

Глава 1

Я шагнула вперёд. Медленно, будто через вязкую воду, будто каждый мой шаг вёл не вперёд, а назад — туда, где было тепло, где он смотрел на меня иначе, где я верила.

— Кайл… — выдохнула я, не узнавая собственный голос. Он дрожал. Я дрожала.

Но в следующее мгновение рядом, словно взорвавшись тенью, оказался Дейн. Его рука вцепилась мне в плечо — не больно, но с такой силой, что шаг был прерван мгновенно.

— Нет, — отрезал он, низко, жестко, глухо. — Ты не пойдёшь к нему.

— Но… — Я попыталась повернуться, но он только сильнее сжал пальцы.

— Он может быть кем угодно. И кем угодно уже был. Ты не можешь ему доверять.

Слова ударили в грудь сильнее, чем это должно было быть. Не потому, что я не знала. А потому что он сказал это вслух.

Перед нами Кайл не сдвинулся ни на шаг. Он по-прежнему смотрел на меня — не на Дейна, не на Алека. Только на меня. Будто весь ангар исчез, и осталась лишь я.

Но следующее движение сделал не он.

Алек вышел из укрытия, мягко, уверенно, и поднял руку с оружием. Дуло направилось прямо в Кайла, и в его взгляде не было сомнений. Только холодная решимость.

— Ни шагу ближе, — сказал он. — Снимай плащ. Покажи, что у тебя нет оружия. Покажи, кто ты теперь.

И в ту же секунду второй, тот, что всё это время молчал, рванулся вперёд — не на шаг, не на выпад, но достаточно, чтобы из складок его плаща появилась рука. В ней — оружие. Без слов, без предупреждения. Ствол уверенно уставился на Алека.

Краткая, смертельно точная расстановка.
Четыре мужские фигуры.
Два взгляда — напряжённых.
Два — не отрывающихся от меня.

Я стояла между ними.
И невыносимая тишина, звенящая, будто готовая взорваться от одного вздоха.

— Не тебе указывать моей жене, что ей делать, — спокойно, но с тенью стали в голосе произнёс Кайл, переводя взгляд на Дейна.
Слова прозвучали не как упрёк. Как напоминание. Как утверждение права.

Дейн чуть подался вперёд, но его хватка на моём плече лишь усилилась.
— Жене, говоришь, — отозвался он глухо, будто это слово было ядом на языке. — Тогда почему ты предал свою жену?

— Я пришёл за ней, — спокойно сказал Кайл. Его голос был ровным, почти безэмоциональным, но в нём слышалась внутренняя дрожь, напряжение, будто он держался за последнее, что у него осталось. — И не позволю вам увезти её, не дав даже объясниться.
Он сделал паузу, и когда заговорил снова, в голосе зазвенел металл:
— Мало того. Никто из вас не сможет защитить её так, как могу я.

— Ты потерял все свои права, когда заманил ее в ловушку, — сказал Алек, не опуская оружие. Его голос стал тише, но напряжение не исчезло. — Если ты вообще их когда-то имел.

Кайл молчал.
Он не переводил взгляда с меня.
Всё, что происходило вокруг — оружие, угрозы, звенящая тишина — будто не касалось его.
Он смотрел только на меня.

— Мия… ты должна мне верить, — тихо произнёс он. — Это был не я. Это не я заманил тебя туда. Я пытался остановить всё, но было слишком поздно…

Слова застряли где-то между его губами и моим сердцем.

— Где ты был тогда, Кайл? — спросила я. — Где ты был, когда всё началось? Когда меня отвели в тот отсек? Когда она говорила все это…

Он открыл рот, словно хотел ответить — и, возможно, сказал бы.
Но не успел.

Гул. Вибрация в полу. Сквозь бетон и сталь.
Приближающиеся шаги. Чёткие, тяжёлые. Слаженные.
Их было много.

Кайл напрягся. Обернулся к своему спутнику.
— Патруль. Они здесь. Значит вход уже перекрыт.

— Мы успеем через южный тоннель, — ответил его напарник коротко.

Кайл развернулся обратно к нам, но обратился к мужчинам.
— Если вы хотите, чтобы она выжила — двигайтесь. Сейчас. Второй шаттл — наш последний реальный шанс. Мы нашли его, система его не видит. Другой попытки и Мии не будет.

Мужчины переглянулись. Всё в их взглядах кричало нельзя доверять. Но… выбора не было.
Дейн сжал челюсть, но отступил на шаг, освобождая мне плечо.
Алек, напротив, сделал шаг ближе, его оружие всё ещё было направлено на Кайла.

— Если это ловушка, — сказал он тихо, почти ласково, — ты сдохнешь первым. И я позабочусь, чтобы это было больно.

— Не ловушка, — ответил Кайл. — Это выход.

И мы двинулись за ним.
Сомнение в каждом шаге.
Страх в каждом вдохе.
И всё же — надежда, что где-то там, в глубине станции, действительно есть второй шаттл.
Коридоры станции тянулись перед нами, словно узкий змеящийся лабиринт — металлический, полутёмный, чужой. Мы шли быстро, почти бегом, в полной тишине, слыша лишь дыхание друг друга и гулкий топот шагов по полу. Где-то над головой — далёкие сигналы, редкие щелчки системы безопасности, едва уловимый писк камер. Всё, что напоминало: мы всё ещё в их сети, всё ещё под их взглядом.

Кайл шёл впереди, уверенно, будто знал каждый поворот, каждый слепой угол. Его спина была прямой, движения выверенными, как всегда.
И от этого было… тяжело.

Он снова был рядом.
Тот, кто когда-то стал моим домом. Моя опора. Моё утро. Моё всё.
Тот, чьё имя раньше вызывало тепло, а теперь — холодную дрожь где-то в солнечном сплетении.

Мой муж.

И я больше не знала, кто он.
Он не прятался. Не оправдывался. Не прижимал к себе и не умолял простить.
Просто… был. Шёл с нами, защищал. А может вел в ловушку. Говорил мало. Смотрел — будто знал, что каждое его слово может стать последним между нами.

А я шла, как на грани. Как будто внутри разламывалась на две половины.

Одна — всё ещё помнила его руки, голос, тепло.
Другая — кричала, что всё было ложью. Что всё случилось по его вине. Что если бы не он…

И я не знала, где правда.
Я не знала, хороший он или плохой.
И именно это причиняло боль сильнее всего.

Потому что если бы он был монстром — мне было бы легче.
Если бы он был просто предателем — я бы вычеркнула его. Забыла.
Но он не был ни тем, ни другим. Он был Кайлом.
Тем самым.
Словно ничто не изменилось — и всё изменилось одновременно.