Кайн: Рунлорд

1 глава: Кайн.

Жизнь человека в этом мире тесно связана с рунами — древними символами, дарующими своему носителю магическую силу. Однако освоить можно не более одной-двух, в редких случаях трёх рун, и то лишь если сами руны «признают» своего владельца. Правящее королевство, чьё благосостояние во многом опиралось на магию, решило амбициозно: создать единственное существо, способное вместить в себя все виды рунических знаний. Для этого начали ежегодно отбирать детей из простолюдинов в возрасте от десяти до двенадцати лет «на учёбу» в институт рун, скрывая истинную цель экспериментов под благовидным предлогом.

Наша история начинается с мальчика Кайна. Будучи младенцем, он был подкинут скромной крестьянке в ближайшей деревне. С тех пор Кайн рос «обычным» мальчишкой, не ведая о своём истинном происхождении. Он был белокур, обладал тёплыми карими глазами и в целом вёл простую сельскую жизнь без особых излишеств.

Когда Кайну было пять лет, он вместе с отцом отправился на деревенский рынок, где в тот день остановилась труппа бродячих артистов. Их выступления всегда собирали много людей. Шуты, жонглёры, странствующие музыканты и фокусники кружили деревенских зевак в едином карнавальном круговороте.

Среди этой пёстрой толпы взгляд Кайна притянул весёлый человек, который перед публикой создавал небольшие «чудеса», используя руну. Из его пальцев, словно поток светлячков, рассыпались мелкие искры, и зрители с восторгом наблюдали за яркими вспышками на его ладони. Кайн был заворожён. Он окликнул отца, дёргая за полу кафтан и серьёзно сказал, что тоже хочет овладеть такой магией.

Отец нахмурился и мягко, но с угрюмой решимостью ответил: «Ты можешь добиться чего угодно, сын, но с магией связываться не стоит». Кайн долго обдумывал эти слова. Однако вид искрящейся ладони мага слишком глубоко засел в его памяти. В последний день выступлений труппы, когда отец на рынке отвлёкся разговором со знакомым, Кайн решился: он подбежал к магу и, почти сбиваясь с дыхания, выпалил, что тоже хочет научиться творить подобное волшебство. Улыбка мага слегка поблёкла: он сразу спросил, где родители мальчика и предупредил, что таким лучше не интересоваться у незнакомцев. Но Кайн был упорен — раз за разом твердил, что хочет обучиться магии.

Когда отец наконец заметил пропажу сына, он бросился искать и быстро нашёл его рядом с магом. Отец заслонил собой мальчика и прикрикнул на артиста, обвиняя того в «запудривании мозгов» ребёнку. По дороге домой Кайн выслушал долгую натацию Однако никакие упрёки не смогли задушить зародившуюся в душе мальчика мечту — прикоснуться к таинству рун.

На протяжении года Кайн пытался втайне воспроизводить ту руну, что успел разглядеть на руке артиста. Он рисовал её на земле, на коре деревьев, даже на стене сарая. Запоминал движения, которыми тот маг создавал мерцающие искры. Конечно, толку было мало, но упрямство мальчика не знало границ.

Когда Кайну исполнилось шесть, он гулял по окрестному лесу со своим братом и сестрой. Ребята наткнулись на кабана с выводком. Разъярённое животное ринулось на них, чтобы отогнать подальше от своих детёнышей. Дети в панике побежали вглубь чащи и умудрились зайти в неизведынные ранее места в лесу. Во время бегства сестра Кайна оступилась, упала в овраг и сильно повредила ногу, да так, что кровь шла без остановки. Кабан отстал от детей, а Кайн отправил брата за помощью. Сам же остался приглядывать за сестрой.

Время шло, солнце клонилось к закату, а брат так и не появлялся. Сестра стонала от боли и вдруг начала испытывать жуткий жар. Испуганный Кайн развёл костёр, пытаясь хоть как-то согреть её, сорвал с себя рубашку, чтоб перевязать рану, но кровь лишь продолжала просачиваться. Не зная, как быть, он решил попробовать последнее что он мог сделать: на своей руке Кайн ожёг символ руны, что когда-то видел, это было мучительно больно, но в его представлении только магия могла помочь сестре.

Сжав зубы, Кайн старался повторить жесты магического артиста. Но, ничего не случалось. В отчаянии он приложил ладонь к её ноге и стал мысленно умолять руну исцелить сестру. Однако силы не пробуждались. Сестра потеряла сознание, а Кайн, рыдая, попытался укрыть её остатками одежды и прождать ночь, всё ещё надеясь на возвращение брата.

К утру жар у сестры лишь усилилась, а лицо стало бледным. Не в силах терпеть бездействие, Кайн, подняв девочку на спину, пошёл наобум дальше в лес, думая, что так у него больше шансов наткнуться на помощь. Но лес был глубок и страшен. Вскоре он обессилел, упал на землю. Кровь сестры давно пропитала его рубаху, а сам мальчик был на грани отчаяния. Взгляд его затуманился, и в каком-то забытьи он воззвал к богам… но, казалось, никто не слышал детской мольбы.