Как баба Яга с Сонечкой познакомилась

Глава 12

— Ну конфетку попробуйте! — не унималась Сонька.

— Да отстань ты! Напробовалась я уже! — отмахнулась Баба Яга. — Я вообще в избу по делу зашла, а твое угощение мне весь ум отшибло!

— Они вкууусные! Честно! — канючила чернявая. Глаза у нее сделались большими, влажными и просящими. Почти так же смотрел когда-то на Ягу Васька, когда был котёнком и выпрашивал добавку жирных сливок. Да и сама она в ту пору была ещё статной девицей. Эх, сколько столетий с тех пор прошло...

«Девка-то угодить хочет!» — подумала бабка. — «Проделки свои загладить норовит. Не плохая девка, молодая ещё, ветер в голове. Эх, была не была! Отведаю эту её конфету. В рот суну, а во дворе выплюну».

Свой приступ доброты Яга решила не показывать, а то гостья, глядишь, и на голову сядет. Нахмурившись, старуха полезла в сундук — туески искать.

— Али подружку свою найти не хочешь? Зелье пора ставить. А то до ночи не управимся.
— Давайте по конфетке съедим, и я вам помогу! Я же тоже теперь волшебница! — выпалила Сонька.
— Упаси меня Велес! Волшебница! — вынырнула Ядвига из сундука. — Мы с тобой так не подружку найдём, а беды на одно место. Давай сюда свою конфету!

Сонечка просияла и протянула шуршащий свёрток.

— «Птичье молоко»! — гордо объявила она.
— Пень дубовый! Вы чего, птиц там у себя доить научились?! Наши молока не дают! — не поверила Яга, разворачивая обёртку. — Молоко, говоришь? — с подозрением уставилась она на коричневую конфету. — Похоже на совершенно другое выделение... И судя по размеру, точно не птичье.

Кот на лавке аж подпрыгнул от смеха. А бабка, на этот раз, прежде чем сунуть угощение в рот, принюхалась. Пахло вкусно. Сладко, но не приторно. Под пристальными взглядами Соньки и Васьки, Яга откусила малюсенький кусочек.

Тонкая глазурь хрустнула и открыла белую, нежную середину. Один вкус был ярким и непривычным, а начинка — мягкой, упругой и приятной, напоминала то ли омлет, то ли творожную запеканку.

— Ммм... Это, пожалуй, вкусно, — признала бабка, глядя на сияющую девицу.
— Я ж говорила! — торжествующе сказала та.
— Ладно, давай со стола убирай и на двор выходи. Поможешь мазь разложить, да котёл помыть.

Кот прыгнул на стол, цапнул конфету и ловко развернул её, зажав обёртку зубами. Понюхал, лизнул... и чихнул.

— Нет уж! Я рисковать не стану! Не бывает у птиц молока!
— Эй! Ты чего мне тут в продукты чихаешь?! — прикрикнула Сонька.
— То есть тебе в меня плевать кашей можно, а мне и чихнуть нельзя? Теперь ты тоже поешь со слюнями! — мстительно усмехнулся кот.

Девица фыркнула, сгребла конфеты со стола и замахнулась на Ваську полотенцем.

— У меня ещё есть! — она снова показала ему язык и вышвырнула обчиханную конфету в окно.

— Ты чего творишь, дурная?! Всех мышей в округе потравишь!
— Да ну тебя! Пойду лучше бабке помогу колдовать, — Соня, с сумкой на плече, вышла из избы.

— Ну где ты ходишь?! — буркнула Яга беззлобно. — Я уже сама всё туески наполнила. На, котёл помой хорошенько, а я мазь в дом отнесу.

Соня принялась за дело. Мазь не отмывалась, только размазывалась и пачкала руки. Ну, как будто маску сделала, рассудила девушка. Достала мыло из сумки — дело пошло веселее. К моменту возвращения бабки котёл сиял чистотой.

— Вот и славно! — осталась довольна Яга. — Ты пока погуляй, а я начну. Готово будет — позову.

Сонечка болталась по двору без дела уже который час. Бабка колдовала над котлом, подсыпала, подливала, помешивала. Только раз попросила девушку принести склянку с каплями из избы. Сама отвлечься не могла.

Сонька открыла сундук — и с восторгом уставилась на содержимое. Настоящие колдовские штуковины!

— Вот это да... Сколько всего! И у меня всё такое будет! Вот научусь колдавать... — мечтательно вздохнула она, перебирая пузырьки, горшочки, мешочки. — Ой, меня же бабка ждет! — Схватила нужную склянку и случайно прихватила ещё одну.
— Тебя бы за смертью посылать! — рявкнула Яга и выхватила из рук Сони пузырек. Быстро отсчитала три капли и добавила в зелье. Уже спокойней добавила:

— Готово уже прочти. Осталась настойка навьего цветка. Будь рядом. Приготовься представлять подружку.

Девушка отошла на шаг от котла и уставилась на лишнюю склянку. Внутри не то черви сушеные, не то коротко нарезанные грязные шнурки.

— А это что такое? — спросила она из любопытства, показывая банку.

Старуха кинула быстрый взгляд на склянку и опять уставилась на зелье. Огонь под котлом уже не горел.

— Лягушачьи лапки сушёные, — ответила Яга. Потом нахмурилась и уже себе под нос пробормотала: — Что-то не припомню, чтобы это зелье раньше так пузырилось...

«Фууу», — подумала Сонечка, но, отвернувшись, открыла банку, понюхала, вытряхнула на ладонь две лапки и стала разглядывать. Совсем не похоже!

Девушка представила как бедные лягушки остаются инвалидами после встречи с бабой Ягой. Из размышлений с яркими образами безногих квакушек ее вывел взволнованный голос бабки.

— Сонька, иди скорее! Готово! — окликнула Яга.

Девушка резко повернулась, задела котёл бедром — и тот опасно качнулся. Соня всплеснула руками, будто хотела схватить его и удержать на месте, и лягушачьи лапки полетели в варево. Из гатающейся посудины на них с Ягой выплеснулось поисковое зелье.

— Ах ты ж!!! — завопила Яга.

«Совсем не горячее...» — успела подумать удивленная Сонечка. А потом всё вокруг стало стремительно увеличиваться. И вот она уже сидит на земле, рядом с остывающими углями, а напротив — огромная, сердитая розовая лягушка.

— МАМА! КВАААА! — заорала девушка и высоко подпрыгнув, шлепнулась в стороне от розового монстра.

— Я истратила всю настойку навьего цветка... — проквакала розовая лягушка укоризненно. — Ты зачем лягушачьи лапы в зелье подкинула, болезная?

Сонька молчала. Она в шоке разглядывала розовые перепончатые лапки, которые красовались на месте ее собстенных рук и ног.

— Это чё... это... квааа... Это квак это? — пострадал словарный запас Сонечки, пережив трансформацию. Она посмотрела на свою товарку.

— Сколько кинула? — спросила сердитая лягушка.
— Лапка лягушачья случайно упала, — прошептала бывшая девушка. — Две... Мы теперь так лягушками и останемся, да?