Как белый теплоход от пристани

2003, Апрель (8)

22 апреля (день)

Только что, отмучившись, кончил очередной экзерсис.

Совершенная, на мой взгляд, ахинея, где авторским хотением схлестнулись в конфликте персонажи, по типажу схожие с чеховской душечкой, купринским штабс-капитаном, обиженным шукшинским Ермолаевым Сашкой и человеком из ресторана Шмелёва. Цитата говорит сама за себя:

«Мыслительный процесс своей неудержимостью часто подводил его, изо всех сил разгоняясь в самые неподходящие моменты. Подвёл и теперь: вмешался в игру «спрячь сосиску». Его первый в жизни оргазм уже был готов схватить его за горло, когда от света новорождённой идеи его шалая физиономия просияла, как лицо Джордано Бруно, озарённое пламенем инквизиторского костра, и в такт фрикциям его язык энергично заколыхался учёными словесами».

В общем, откровенный провал. Некоторые уже изъявили готовность ознакомиться...

Замечаю, как становлюсь профессионалом. Не в том смысле, что мне вдруг начали платить за мои вирши какие-то деньги, а в том смысле, что легко могу пошутить в минуту скорби или напустить трагедии, давясь хорошим настроением. Не пишу – функционирую...

22 апреля (вечер)

Зачесалось. Сильно зачесалось. Очень сильно зачесалось. Прямо не в мочь!

Позвонил Харатьян с философской надеждой – а вдруг.

На мой звонок и ещё двадцать пять смс-ок она ответила сухо и не заинтересованно, напомнив, теряя терпение, что тот раз был единственным и случился не удовольствия собственного ради, а во исполнение воли пославшей ея Самуськи! Но послана на задание она была-де не в прошлую пятницу, когда «этосамоетаксказать» и случилось, а в позапрошлую, когда я закончил свой последний облагораживающий восьмичасовой труд на бывшей работе, а потом весь вечер отмокал в освежающих, хлорированных водах московского бассейна.

В завершение армянская красавица всё-таки сжалилась и дала понять тоном, каким обычно приглашают к столу патологоанатома, что свидание таки состоится.

Ну, девчонки! Ну, ведьмы!

Я худею от ваших комбинаций!..

23 апреля, среда

История с Эдуардом, как я и предполагал, развивается согласно всем канонам сопливой теленовеллы. Они могли сколько угодно агитировать меня – я не поверил ни единому их слову. Даже несмотря на то, что начали они словами Николая Васильевича Гоголя:

— Мы собрали тебя, Самородский, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие: мы хотим от него избавиться.

Обе половины моих пороков, одна – душевных, другая – физических, сидели по бокам от меня в кафе на Черногрязской и с обеих сторон обрабатывали:

— Стрихнин, удар канделябрами по голове или удушение подушкой – мы пока не решили, но твёрдо уверены, что терпеть подле себя это недоразумение мы более не станем.

— Коль скоро уж случилась в жизни с ним такая несуразица, то сам пусть её и расхлёбывает. А нас в это дело втягивать – не надо.

— Воспользуемся тем, что его дебют отсрочен на неделю и заранее отвратим его от себя, как падение метеорита на Землю в фильме «Армагеддон».

— Ну, а ты, Брут? С нами? Всё молчишь. Всё безмятежен, как нефритовый стержень.

Эх, девчонки, знали бы вы о моей безмятежности!..

В паутине мыслей требовалось отыскать что-нибудь умное и, отыскав что-нибудь умное, немедля его произнести. Задумчиво ощупав языком труднодоступные места верхней челюсти, я взлетел:

— О, мудрейшие из красивейших! Милосерднейшие из мудрейших! Виноградная гроздь, истекающая соком на тонкой лозе, столь же знает о помыслах сборщика винограда, сколько я, смертный, ведаю о замыслах небожительниц. Как хрупкая бабочка, сидящая на розовом бутоне в эмирском саду, подставляет свои крылья рассветным лучам солнца, так и я полагаюсь на...

— Довольно, Самородский. Следующим будешь ты.

Так прошла та самая волшебная встреча, которую мне обещала Харатьян. На рандеву она припёрлась с Самуськой.

Семейный триллер. Продолжение

«Дома в дверях, как и в ту пятницу, его встретила жена. Как и в ту пятницу, Она снова приготовила для него особенный вечер с расчётом на не менее особенную ночь. Всё было, как тогда, только вместо рыбы на столе в серебряной посуде лежала утка, сервированная тушеными грибами, а супруга смотрелась ещё соблазнительней и после красного сухого ещё сильнее походила на Бонни.

Как и неделю назад, её задумка удалась. Она наслаждалась его ласками, а Он закрывал глаза и целовал свою «Бонни».

Уснули Они только под утро: Она – со счастьем на губах в полном восторге от своей успешной затеи, Он – окутанный жаром надоевшего тела и мечтами о другой.

На комоде в гостиной так и осталась сиротливо лежать книга Андерсена, как будто там случайно забытая...»

28 апреля, понедельник

Вчера была Пасха.

Уж если я День взятия Бастилии ежегодно праздную и регулярно уделяю внимание Дню любителей какао-порошка[28], то и Пасху отмечал, конечно — как не отметить.

С раннего утра похристосовался со всеми близкими тире родными, забросил в бурлящие желудочные соки неосвящённые яички и кулич, а под вечер... Уж и не знаю, чем я таким разговлялся, но это средство подействовало, аки божеское волшебство — утром я очнулся, словно в раю. Ни одной мысли. Даже случайной. Следуя Декарту, я не существовал[29].
——————
[28] "Всемирный день шоколада", отмечается 11 июля. (А.С)
[29] Игра с известным афоризмом Декарта "Я мыслю, следовательно — существую". (С.О)
——————

Не существовал я до первой попытки подняться. То есть, часов до двенадцати. В 12-01 муки членов пронзили меня и вернули к мукам земного бытия, где каждое движение напомнило мне, что человек создан из нервов и не очень крепких костей.

Скрипнув диваном и суставами, я всё-таки встал и кое-как доковылял до ванной. Я даже не представлял, что простое зеркало обладает такими высокохудожественными средствами выражения! Я смотрел в отражение и не понимал, где мой анфас мог набрать такой полноты красок? Синие, зелёные, красные...