Как Микс и Макс строили корабль

Глава 13. Возвращение

Утром все встали рано. Фреед собрал в дорогу припасы. Макс всю ночь думал про обещание бобру Хилли. Он с помощью Фрееда прикрепил к кораблю несколько бамбуковых стволов.. Они хоть и легкие, но неизвестно, удастся ли с ними  переплыть реку. Сомнения разрешила чайка, которая опять пришла на помощь , пообещав, что будет следить за бамбуковым плотом, и поможет его отвязать в случае опасности. Микс наводил порядок на корабле, ведь после бури времени на уборку у них не было, и вещи валялись так, будто волны играли с ними в мышбол. К полудню все было готово. Макс и Микс стояли на палубе своего корабля, и хотя фуражки у них были уже не белые, но вид все равно был очень важный. Друзья договорились, что Фреед с Джерри начнут строить причал, а Макс и Микс придумают как увеличить корабль, чтобы взять с собой еще пару пассажиров.

Погода стояла отличная для путешествия по реке: небольшие волны, легкий ветер, который быстро надул паруса, лучистое солнце – все радовало мышей. Корабль с легкостью отплыл от берега, как будто он тоже соскучился по дому и торопился успеть до темноты. Мышата очень быстро доплыли до мели и аккуратно обогнули ее. Никаких происшествий не происходило, как будто река решила, что приключений для мышат было достаточно. Чайка летела над путешественниками, и это придавало уверенности. Река наполняла спокойствием и запахом свободы. Микс любовался красотой, он перебегал с одного борта на другой, то на нос корабля то на корму, чтоб с разных сторон сравнить, как выглядят берега.

Родной берег был невысокий, виднелись поля и небольшие лесочки. Деревья росли у самой воды, среди камышей. А другой берег наоборот был  очень высокий, поросший лесом до самой макушки, совсем не видно, что там за этими холмами.

- Я решил, что нашему берегу надо дать название Полевой, посмотри, сколько у нас полей и все тянутся далеко. Конечно, есть и леса, но они как защита для наших полей. А их берег назовем Лесной. Так не будет путаницы.

Макс, хоть и привык к чудачествам, которые постоянно исходили от Микса, но он вздрогнул, когда Микс начал рассуждать про названия берегов. Его мысли были уже очень далеко. Он  делал расчеты, как разместить пассажиров, выдержит ли лодка, можно ли ее увеличить или надо строить новый корабль.

- Да, пожалуй, для понимания нужны названия. Неудобно называть берега “наш - не наш” или “тот - этот”. Действительно может выйти путаница. 

Миксу было достаточно такого ответа. Он посчитал, что это практически похвала. 

Уже стало темнеть. Течение относило лодку ниже по течению, и Макс понимал, что они причалят ниже того места, откуда отплывали. Микс встал за штурвал на свою вахту. Макс зажег корабельный фонарь, и лег на палубе. Он хотел немного вздремнуть, но разве возможно заснуть с восхищенными глазами. Как их закрыть, когда перед тобой открыто качающееся звездное небо. На берегу звезды замершие и холодно наблюдают за тобой.  А здесь они плавно двигаются и волнуются вместе с тобой. Река как будто усилила свечение каждой звезды. Они казались ярче, и их мерцание, как сигналы из далекого пространства, которые хочется прочитать. Ты чувствуешь, что тебе передают сообщение, нужно только понять язык звезд, и ты узнаешь что-то очень важное. Максу совсем не спалось, и он решил сменить Микса, тем более причаливать к берегу лучше ему самому. Он подошел и увидел умилительную картину. Микс сладко спал, повиснув на штурвале и плавно покачиваясь вправо-влево. Он осторожно снял брата и переложил спать в удобное место. Все-таки он еще ребенок, подумал Макс, вздохнул и встал за штурвал. Небо уже светилось предрассветной полосой. Мышиное солнце начинало задирать свой нос и с любопытством заглядывать, что тут произошло без него за ночь. Макс присмотрел бухточку для своего корабля, берег уже было хорошо видно.

“Никто и не знает, что мы приплыли. Все мыши сейчас видят свои серые сны,” - подумал Макс, -”Не буду пока будить Микса, пусть спит до утра”. 

Корабельный якорь опустился на дно, Макс вышел на берег, и почувствовал его твердость. Первые шаги - всегда странное ощущение после долгого плавания. Ему показалась, что какая-то тень промелькнула на берегу.

- Макс, сынок, вернулся, с тобой все в порядке!

- Мама! 

От радости Макс бросился обнимать маму, хотя мы знаем, что он не любил мышиные нежности. но в момент радости, объятия - это необдуманная нежность. Радость такая настоящая, что эмоции быстрее мысли. 

- Как ты узнала, где мы причалим? - Ну вот и пришла мысль, которая разрывает объятия, чтобы вернуть рациональность на свое законное место.

- Как вы уплыли, я так и сидела на берегу и смотрела, может вы покажитесь на своем корабле. А тут ночью на реке зажегся огонек. Я сразу поняла, что ты зажег его для меня, чтоб я смогла найти вас.

- Конечно для тебя, мама, - и Макс прижался к той, кто всегда чувствует его мышачью нежность и знает, но никогда не скажет, что он навсегда ее малыш. Мысли больше не мешали Максу. Он дома.