Как очаровать дракона

Глава 18

Тело мужчины вдруг в одночасье заострилось и начало истаивать до тех пор, пока он не превратился в петуха.

От хохота я согнулась пополам. Мышцы живота разболелись. Да так, словно внутри меня разгорелась настоящая буря веселья.

Между тем, петух приблизился ко мне, и не сдерживая своей эксцентричности, со всей дури заорал мне прямо в ухо:

— Дилинь-дилинь! Дилинь-дилинь! — непрерывно вторил он. А я все смеялась и смеялась. И так было до тех пор, пока не осознала, что крик Вальтерона — не что иное, как сработавший звук утренней побудки на наших с Лоли браслетах, а весь привидевшийся мне коктейль абсурда — сон.

«Мы проспали», — с тревогой подумала я и свалившись с уже донельзя реальной кровати, отважно поползла к окну.

Стоило мне открыть шторы, как пришло четкое понимание: порция новых косых взглядов и насмешек нам с сестрой до конца сегодняшнего дня точно обеспечена.

— Все, вот теперь это реально конец, — протяжно захныкала проснувшаяся Лоли, а затем с несвойственным ей молниеносным движением, сорвалась с кровати и прытко побежала в ванную, а оттуда проследовала к своему шкафу: — Я все исправлю! — на ходу одеваясь, тараторила она: — Скажу Леди Ги как есть: что мы так крепко заснули, что попросту не услышали звук сигнала. Я буду извиняться перед Гиацинтой и говорить, что больше такого не повторится! Обязательно вымолю у нее прощение! Вот увидишь.

Однако порыв Лоли опередил неожиданно раздавшийся в ее браслете звонок, который получила каждая участница отбора.

При этом, мой артефакт молчал.

— Лоли, срочно явитесь в мой кабинет! — донеслось из магичесткого устройства донельзя строгим голосом распорядительницы отбора.

Весь спектр эмоций от удивления до ужаса проскользнул на лице моей двойняшки.

— Лоли, если что, ты ничего не знаешь и не понимаешь. Я про наш уговор говорю, — напомнила я ей о том, что всю вину за случившееся в подвале собираюсь взять на себя.

Не произнеся ни слова, она неуверенно кивнула в ответ, и плавно выскользнула из комнаты. В тот момент я стояла, колеблясь в нерешительности. Мои мысли кружились вокруг сестры. Я настолько сильно переживала за Лоли, что несколько раз порывалась последовать за ней, чтобы не дай Драгх, она не призналась в своих ночных приключениях. Но вдруг я своим появлением все испорчу?

Мысли метались в тревоге. Так я и осталась, стоя в ожидании — на грани между решимостью и сомнением.

— Надеюсь, что Лоли примет верное решение, — сказала я самой себе и принялась собирать вещи. Стараниями Гиацинты Страсберг мой гардероб больше не состоял исключительно из вещей всевозможных кричащих тонов розовой расцветки.

Платья разложить по чехлам, кофточки стопочкой рядом, перчатки, нижнее белье закинуть. Что еще?..

Но забыться не получается, панические мысли возвращают меня обратно к картинам, нарисованным тенью тревоги, и внезапно перед глазами встают образы моей сестры.

Если Лоли все же глупо признается во всем, я скажу, что она выгораживает меня. И тогда по-любому, в самом ближайшем будущем, мне придется возвращаться домой. А значит, можно хоть до упора сидеть в комнате и не присоединяться к остальным участницам отбора. Уж лучше займусь своими чемоданами!

Совершенно случайно моя рука наткнулась на что-то твердое и круглое. Лицо озарила улыбка.

А приведу-ка я себя в порядок напоследок! Уезжать, так красавицей с гордо поднятой головой!