Как отменить развод

Глава 8

Он с недоверием осмотрел содержимое стола, перевёл взгляд на коробки, которые сгрудились на столике возле плиты (снова не удосужилась убрать, в этот раз после себя), потом посмотрел на жену.
– Это что? – вопрос был скорее риторическим. Захар уже понял, что ужинать они будут этим.
Влада неловко переминалась с ноги на ногу, на её лице играла извиняющаяся улыбка. Ей бы немного уверенности, но всё, что она репетировала, улетучилось само собой.
– Это? – она небрежно показала на стол. – Это еда.
Захар снова посмотрел на всю эту красоту, вспоминая своё бурное детство, лишённое всего этого безобразия только благодаря своей маме. Он честно пытался вспомнить хотя бы один весомый аргумент в пользу её слов, но так и не смог вспомнить чем именно мамулечка пыталась оправдать свой запрет. Просто нельзя и всё, – кажется так говорила она каждый раз, когда проходила вместе с маленьким Захарчиком мимо фудкорта. Впрочем, иногда они останавливались возле какого-нибудь ресторанчика, где готовили более-менее цивильную по её мнению еду. Здоровое питание и всё такое.
Вот именно так Захар и запомнил. Просто нельзя. Никаких аргументов за и ни одного против. Так откуда ему знать, почему именно мама запрещала ему фастфуд? Ведь едят же люди и ничего, живы до сих пор.
Он пожал плечами и скинул куртку на спинку стула. Встретил недовольный взгляд жены и впервые за очень долгое время перевесил её на вешалку, признавая, что это его косяк.
– Ну что, приятного аппетита? – сказал он, усаживаясь за стол, даже не собираясь раздеваться.
– Рубашку не боишься испачкать? – Влада ожидала совсем другой реакции, поэтому просто беспомощно села рядом.
– Да и чёрт с ней, – Захар потёр руки и схватил со стола бургер. Огромный бургер с говяжьей котлетой, с которого буквально вытекал соус прямо на картонную коробку. Следующая фраза уже была сказана полностью набитым ртом, чего Захар обычно никогда не делал. – Если что, отвезём в химчистку.
Влада застыла, не веря своим глазам, и ушам, кстати, тоже. Это не было похоже на её мужа. Это был не её Захар. Что-то с ним случилось за сегодняшний день. Кто-то как-будто подменил её мужа и подсунул совершенно другого человека. Полную противоположность. Её Захар ни словом не обмолвился бы о химчистке. Всегда для этого у него была жена. Жена постирает. Жена почистит. Никогда нельзя доверять свои вещи посторонним, – кажется он всегда говорил что-то наподобие этого.
– Ну ладно, – Влада села на соседний стал и обвела взглядом свою часть марлезонского ужина.
– Почему ты не ешь? – Захар казался довольным. – Это просто нереально вкусно.
– Вкуснее, чем готовлю я? – скептическим полуобиженным тоном ответила Влада.
Захар на мгновение перестал жевать, задумавшись над ответом, потом сказал:
– Ну нет, с твоей готовкой ни в какое сравнение. Но это реально вкусная вкуснятина. И как мы раньше этим не питались?
– Может потому что это вредно? – Влада улыбнулась, передразнивая его.
Захар отложил половину бургера, но лишь для того, чтобы макнуть стрипс в кисло-сладкий соус.
– Каюсь, был неправ. Но это всего лишь недостаток моего воспитания. Мне мама внушила, что это плохо, а сама знаешь, с мнением мамы не поспоришь.
– С мнением твоей мамы точно, – печально вздохнула Влада, но потом спохватилась. Для любого мужчины его мама самое главное, что есть в его жизни, а для Захара мнение его мамы и вовсе было судом высшей инстанции.
– Извини, – только и смогла выдохнуть она.
Однако вместо того, чтобы возмутиться, он обреченно вздохнул и вытер руки о серые брюки, в которых он обычно ходил на работу.
– Да нет, ты права. Она иногда перегибает палку.
Иногда? Влада хотела бы съязвить, но не решилась портить вечер, который на редкость удался. Ей казалось что свекровь всегда перегибает палку. Хотя нет, не казалось, – так и было на самом деле. И дело было вовсе не в том, что она, как свекровь, ревновала её к сыну, лучше бы так. Дело было в её снобском характере в принципе.
Ольга Евгеньевна всегда вела себя как женщина из высшего общества, хотя ею она не являлась. Ей лишь хотелось быть ею. А, впрочем, очень даже может быть, что она не врала и где-то, прямо очень далеко, в её роду были и аристократы. Просто что-то такое случилось, и бедная отщепенка вынуждена была оторваться от деревца. Потом замужество, быт, смерть мужа, рождение сына, потом дочери, которых Ольга Евгеньевна воспитывала в одиночку, превозмогая все невзгоды и душевную боль от потери любимого мужчины, и всё такое по списку. В итоге женщина полностью потеряла связь с родными и никак не могла найти времени и сил, чтобы восстановить свою родословную.
Но самое главное, это уверенность в том, что она должна вести себя именно так, и никак иначе. Культура поведения, манеры, богатый лексикон – это всё она старалась привить и сыну с дочерью. И это ей удалось.
Но ведь это легко исправить, как оказалось позже. Через долгих шесть лет притирок. И даже пусть не совсем легко, но, как оказалось, вполне возможно.
Набив пузо под завязку, Захар решил пойти чуть дальше и последовать совету сестры, которая не так сильно подверглась влиянию матери. Точнее, одному из советов.
– Ну что? Чем займёмся? – он улыбнулся, хотя внутри его одолевала буря сомнений. – Может, пойдём в спальню?
Влада уже устала удивляться сегодняшним переменам в характере мужа, поэтому просто встала, ровным тоном сказав.
– Сейчас, со стола только уберу.
Но его ответ снова удивил Владу.
– Потом уберешь. Мусор никуда не денется.
Захар осмелел, взял её за руку и потащил в супружеское ложе, борясь со своим внутренним педантом.