Как отшить дракона, или кто сказал Мяу?

Туфли жали. Но не так, как жизнь

Мы шли через сад, и я старалась не пялиться на его спину. Хотя это было сложно. Мужчина был высокий, походка — прямая, движения — уверенные, но спокойные. В нём не было грубости или резкости, скорее сдержанность. Как будто он всегда на шаг впереди всех, но не спешит этим хвастаться.

Я переключила внимание на окружающее. Ровные дорожки из бледного камня вели сквозь аллеи из выстриженных кустов. Они были такими ухоженными, что мне захотелось нырнуть в один из них, как в пушистое облако, и там остаться, свернуться клубочком и забыться. Цветы — ах, эти цветы! Нежные, разноцветные, пахнущие как летние грёзы. Некоторые тянулись к солнцу так яростно, что я почти им завидовала.

И вот перед нами возник дом. Точнее, замок. Высокие стены из серого камня, башни с остроконечными крышами, стрельчатые окна. Это здание дышало древностью, величием и чем-то неуловимо таинственным. Мне стало немного не по себе. Если бы этот замок умел говорить, он шептал бы на древнем языке и не любил бы посторонних.

Внутри пахло камнем, старым деревом и специями. Просторно, холодно, красиво, но не мрачно. Где-то в глубине слышался плеск воды, и от этого становилось уютнее. Мужчина остановился и крикнул:

— Магда!

Вышла женщина, полная, лет пятидесяти, с приветливым лицом, в коричневом платье с белым передником.

— Подбери для девушки какую-нибудь обувь, — сказал он. Потом добавил, не меняя интонации: — И подготовьте комнату.

Затем посмотрел на меня:

— Есть хочешь?

Живот ответил за меня, громко и без стыда.

— Немного, — пробормотала я.

Он кивнул и снова повернулся к женщине:

— И накорми её.

С этими словами он ушёл, не бросив ни взгляда. Но в его голосе не было раздражения — скорее, вежливая сухость. Он был не груб, просто... как гора. Большой, важный и сдержанный.

Магда мягко улыбнулась:

— Пойдём, девочка.

Кухня оказалась огромной. Арочные потолки, медная утварь, потрескивающий огонь в печи, запахи специй, жареного хлеба и какого-то варева, которое наверняка могло вылечить и сердце, и душу. Всё здесь было тёплым: и воздух, и свет, и сама Магда.

— Садись, — сказала и пододвинула стул.

Я села, и в животе снова заурчало. Громко.

— Да ты действительно голодная, — усмехнулась она. — Что хочешь?

— А у вас есть кролик в соусе?

Магда рассмеялась:

— Ай, милая. У нас что, охотников много? Вот если бы сам князь пошёл, может, и был бы кролик. А пока — курица. Домашняя. С хрустящей корочкой и картошкой. Пойдёт?

— Ещё как пойдёт! — выдохнула я.

Она ловко зашуршала ножами, кинула что-то на сковородку, из духовки потянуло жаром. Минут через десять передо мной стояла тарелка с двумя сочными куриными ножками и золотистой картошкой.

Я вцепилась в еду руками. Жевала, мурлыкала, облизывала пальцы. Пальцы! Какие они удобные! Почти как лапки, только длиннее и послушнее.

— Ты как будто ешь в первый раз, — хмыкнула Магда.

— Ну... почти, — уточнила, а потом спросила про хозяина. — Он... суровый, да?

— Он хмурый, но не злой. Справедливый. Только с виду неприветливый. А по сути — сердце у него мягкое, просто обожгли его однажды. Больше не подпускает никого близко. Но если пустит, за тебя будет до последнего.

Я тихо кивнула, доедая последнюю картошку.

— Пошли, покажу тебе твою комнату.

Комната оказалась на втором этаже, и, скажу честно, ожидала чего-то вроде чулана с соломенной подстилкой и парой мышей в углу. Но нет. Меня впустили в сказку. Светлая, просторная, с деревянной мебелью, пушистым ковром, который приятно щекотал лапы — тьфу, ступни.

У стены стояла мягкая кровать, такая соблазнительная, что я заподозрила в ней ловушку. Всё это дополнялось тонкой, будто кружевной, занавеской, которая колыхалась от ветерка, будто тоже хотела прилечь и вздремнуть.

Я моментально зарылась в подушки, вдыхая аромат трав, перемешанный с чем-то тёплым и уютным, как будто меня укутали в плед.

— Отдыхай. Если что, зови, — сказала Магда, потом скрылась за дверью, оставив меня одну с этим странным уютом и тревожной мыслью: а вдруг это всё только прелюдия к запеканию?

И вдруг я заметила зеркало. Оно висело на стене, чуть в стороне от окна. Простая рама, ничего особенного. Но отражение…

Подошла ближе и замерла.

В зеркале была девушка с длинными темными волосами, с ровной, как фарфор, кожей и большими, нереально выразительными глазами. Губы мягкие, а взгляд... мой.

Она была красивой. Слишком красивой. Не то чтобы я рассчитывала на усы и хвост, но… точно не ожидала увидеть вот ЭТО.

Я провела рукой по щеке. Отражение повторило.
— Привыкай, — сказала сама себе. — Добро пожаловать в новую шкурку, Пуша.

Спустя некоторое время в комнату зашла девушка. Молча. Даже не поздоровалась. Просто скользнула взглядом по мне, а потом — по моим ногам. Я тут же ощутила себя гусем на конкурсе красоты: вытянула лапки, замерла, попыталась выглядеть внушительно.