Как получить дракона

Глава 8. Бард и великий герой

Несмотря на браваду, которую я демонстрировал перед Норманом, на душе было тягостно. Мысль о том, что возвращаться мне теперь больше некуда, тяжёлым камнем лежала на сердце. Дом, который я привык воспринимать как нечто само собой разумеющееся — естественное, превратился в руины, и дело было даже не в потерянном имуществе, а в памяти о родителях, которые когда-то были там счастливы. Если я выживу в этом безумном забеге, то смогу отстроить себе домик в любом городе, наверное, даже в столице, но это будет уже нечто совершенно иное.

Возможно, на моё настроение влияла и резко ухудшающаяся погода. Осень перевалила за середину, дни становились всё короче и прохладнее. Всё чаще над нами нависали хмурые тучи, затягивая небо от горизонта до горизонта. Мелкий нудный дождь заполнял собой всё пространство от земли до небес, казалось, он не кончится никогда. Путешествие в таких условиях становилось удовольствием сильно ниже среднего.

По ухоженным старым дорогам, которые веками отсыпались гравием, ехать было достаточно комфортно. Но стоило по какой-нибудь надобности свернуть в сторону, на проселок, как копыта лошадей начинали вязнуть в грязи. Чтобы не ночевать в сырой палатке, мы старались планировать дневной переход так, чтобы останавливаться на ночлег в трактире, даже если время позволяло продолжить путь.

За время пути до столицы у нас даже появился своеобразный ритуал: заселились в трактир, в комнате сняли всю промокшую одежду, высушили её магией и только после этого отправились на ужин с обязательным бокалом глинтвейна. Тема возможных отношений не поднималась в наших разговорах по молчаливому согласию. Мы просто наслаждались каждым моментом и засыпали в объятиях друг друга.

Будь мы обычными людьми, возможно, сама природа подтолкнула бы нас принять решение о будущем. Но у магов дети появлялись на свет очень редко, а когда оба родителя были одарёнными, шансы на продолжение рода и вовсе становились мизерными. Кто знает, может быть, это плата, которую взимает судьба за возможность творить магию?

Мне не раз приходилось слышать от других магов, что, будь у них выбор между магией и возможностью иметь ребёнка, они предпочли бы детей. Я же пока не думал об этом всерьёз. В глубине души знал: судьба решит вопрос с потомством за меня.

***

На третий день пути случился эпизод, который вызвал у меня ощущение дежавю. Мы ехали целый день под мелким осенним дождём и к трактиру добрались уже после заката, насквозь промокшие и вымотанные. Войдя в общий зал постоялого двора, я пытался найти хозяина, чтобы снять комнаты, и не сразу заметил, как к Софи приблизился сильно выпивший солдат.

— Эй, милашка, иди сюда, я щедро тебя угощу! — бесцеремонно проговорил он, протягивая руку к моей спутнице.

Я резко обернулся, но прежде, чем успел что-то сделать, Софи уже ответила наглецу, выдохнув в его сторону небольшую, но яркую струю пламени, словно маленький дракон. Солдат завыл от боли в обожжённой конечности. Затем Софи, с презрением подхватив кувшин с морсом с соседнего стола, выплеснула напиток ему прямо в лицо, и крики сменились бульканьем.

Ещё пятеро солдат, сидевших рядом, вскочили на ноги, видимо, они не поняли, почему их товарищ валяется на полу мокрый и скулит от боли. И снова Софи опередила меня: она широко развела руки в стороны и зажгла по лепестку пламени над ладонями. Солдаты немного поругались сквозь зубы, но не решились подойти ближе. Конфликт быстро исчерпал себя, и трактир вновь погрузился в обычный вечерний шум.

Ситуация повторилась снова, почти как когда-то с Зоей. Только вот разница в поведении девушек была разительной. Поведение Софи, конечно, впечатляло, но я осознал, что спокойствие и тонкое чувство такта Зои были мне куда ближе. Та давала мне возможность самому разобраться с проблемой, лишь изящно поддерживая со стороны. Однако сейчас со мной была Софи, и я должен был принять её со всеми её причудами, пламенным характером и взрывным нравом, или потерять не только любовницу, но и самого надёжного союзника.

— Софи, ты сама, как дракон, огнём дышишь! Впервые такое вижу, — восхитился я, когда мы были в нашей комнате.

— Довольно редкий трюк. Только те, у кого сродство с огнём выше девяноста, могут использовать его без последствий.

— Выглядело эффектно.

— Эффектно, но неэффективно... Огненным дыханием можно только таких дураков пугать, для чего-то более серьёзного оно не годится.

***

На пятый день пути мы остановились в огромном трактире под названием «Память Севера» на окраине Кайтриха. Низкорослый, широкоплечий бородатый хозяин встретил нас у входа с такой радушной улыбкой, словно специально ждал нашего появления:

— Проходите, гости дорогие! Мы очень рады вас видеть. Сегодня у нас выступает знаменитый иностранный бард. Проходите, присаживайтесь за стол и послушайте его замечательные песни.

Я уже хотел было сказать, что нам в первую очередь нужна комната и ужин, но радушный трактирщик уже отвлёкся на новых посетителей, оставив нас без внимания. Негромко вздохнув, я и Софи вошли внутрь.

В просторном общем зале было людно и шумно. Посетители оживлённо переговаривались, звенели кружки и тарелки. Пока мы пробирались к свободному столику, зал стал затихать и зазвучала музыка — странная, непривычная, но в то же время мелодичная. Я повернул голову в сторону освещённой части зала, где магические фонари эффектно подчёркивали фигуру барда, стоявшего на возвышении с лирой в руках.