Как попаданке поднять ребёнка и...курорт

Глава 11

После обеда, часам к трём, солнце уходило, и на территории поместья вообще наступала благодать. Так-то и в полдень было ничего там, где защищала тень от деревьев, но росли они бестолково, и вот, например, перед особняком находиться было невозможно. Зато после дневного сна мы с Дали покачались на качелях без риска получить солнечный удар. Потом покидали в море камушки — заодно я проследила, чтобы мужики не халтурили, а потом пошли обследовать гостевые домики.

Строения оказались каменными, и за счёт этого внутри стояла приятная прохлада — вот и всё хорошее. Не знаю, кого сюда пускали прошлые хозяева, но это точно были не люди их круга, не асы.

— Мамочка, а для кого эти сарайчики? Для кошечек и собачек? — вторила моим мыслям Далия, оглядев скудную обстановку.

Стол, два стула, две кровати, две тумбочки, шкаф и вешалка при входе — вот и всё богатство единственной убогой комнаты. Кроме неё, домик вмещал в себя крохотную уборную с раковиной. Никакой ванны или душа тут не было. Видимо, подразумевалось, что отдыхающие помоются в море. Жесть, конечно.

— Не знаю, дочь, наверное...

Провела пальцем по подоконнику — хоть картошку сажай.

— Или, может, тут бедные люди живут, у которых нет дома, да, мам?

— Вполне возможно, Дали. Вполне.

Деревянный пол покрашен коричневой краской, а стены просто когда-то давно были побелены, как и потолок. Тёмные плесневелые углы, разумеется, тоже присутствовали, но в этой халупе хотя бы были стекла в окне. А в двух таких же домишках, которые ближе к морю, эта роскошь отсутствовала. Наверное, не выжили после зимнего ненастья.

Тоска засосала под ложечкой, напоминая о невероятной сложности дела, за которое я взялась.

— Идём отсюда, дочь, — поспешила я сменить картинку, чтобы не передать малышке своё настроение.

Мы обошли с дочкой все углы поместья и обнаружили с противоположной от барака стороны особняка, между сараем, курятником и растущим вдоль забора колючником ещё одну достаточно большую, поросшую звериным счастьем площадку. Там стояли стенды с выцветшими изображениями людей в форме и страшных чудовищ, напомнивших мне крокодилов на длинных ногах.

— Ой, мам, бежим скорее отсюда, — Дали захныкала и задергала меня за руку, — боюсь, боюсь...

— Ты чего, детка? Они же нарисованные, — я подхватила дочку на руки и поспешила уйти, — ненастоящие же они зверюшки, не кусаются.

— Мамочка, так нельзя говорить, — очень серьёзно сказала Далия, обхватила мою голову ручонками и заглянула в глаза, — но я так сильно-сильно рада, что ты ударилась головой. Я тебя так люблю! — дочка обвила мою шею и чмокнула в щеку, а я в очередной раз задумалась о превратностях судьбы, которая даёт таких прекрасных деток таким мамашам, как Анниэлла.

А ведь достойные годами не могут родить. Что за несправедливость?

— И я тебя люблю, доченька. Идём ужинать?
Весь вечер так и провозилась с малышкой, отодвинув все дела на завтра. Мне очень хотелось, чтобы Далия забыла о прошлых отношениях с матерью и поверила мне. Поверила в то, что так, как сейчас, будет теперь всегда. Ну а когда уложила её спать, взяла из кабинета рекламные проспекты курортов, забралась с ногами на свою кровать и приготовилась внимательно изучать. Я готова сделать всё, чтобы сделать жизнь девочки, которая мне досталась волей судьбы, счастливой!

Но когда я открыла первый проспект, то, мягко говоря, офигела… Пролистала второй, третий и убедилась в первоначальной догадке: изучать-то тут нечего! Нет на побережье никаких курортов в моём привычном понимании.

Вся реклама сводилась к сдаче в аренду особняков для состоятельных семей — на длительный срок, и гостиничных номеров — на короткие сроки. В отелях разброс цен был большим, рассчитанным на людей разного благосостояния. Ну и ещё, сдавались домишки, типа моих шести халуп, для людей со скромным достатком. Для тех, у которых не было средств на развлечения, предлагаемые в популярных курортных местах. Всё. Ни тебе санаториев с лечением, ни анимации, ни спа-процедур — ничегошеньки подобного тут не предлагали.

Вскочила на ноги и заметалась по комнате! Да это же золотое дно! Боже! Мысли лихорадочно скакали с одной идеи на другую. Да я же могу тут развернуть бурную деятельность и действительно сделать прорыв в курортном бизнесе! Даже руки затряслись от возбуждения и предвкушения. Поняв, что теперь не усну, что мне срочно нужно пройтись, накинула на сарафан шаль и отправилась на пляж.

На побережье Эотеры темнело так же рано, как и на российском юге, а небо россыпью ярких звёзд и круглым белым светилом напоминало Крым. В небе висела точь-в-точь наша Луна. Вообще, общего у наших миров было очень много, впрочем, как и различий. Например, тут не было комаров и прочих кровососов.

Прошла через освещенную двумя тусклыми фонарями площадку к пляжной лавочке и, скинув около неё сандалии, ступила на песок. Он ещё не остыл. Ну и мужики хорошо на пляже поработали — теперь брести босиком вдоль моря и размышлять было настоящим удовольствием. На ходу мысли немного упорядочились и начали принимать стройные формы.

Само собой, первым делом поместье придётся полностью перестроить. Но чтобы понять как именно, нужно решить, кого я тут буду принимать и от чего лечить. Душа и интуиция подсказывали, что лучше взять направление на женщин и их проблемы. Во-первых: что-то мне очень казалось, что не стоит Анниэлле открывать доступ в поместье всем подряд, а особенно мужчинам. Даже если я устрою тотальный фейс-контроль, её хахали смогут просочиться, загримировавшись. А во-вторых, я уверена, что проблемы женщин этого мира схожи с проблемами землянок: лишний вес, депрессия после расставания или развода и поиски себя... А я на этом собаку съела.