Как построить госпиталь, личную жизнь и дракона

Ретроспектива 4. Полтора года назад. Таверна “Кнут и пряник”. Мрачное очарование акул и безвыходных ситуаций

Алита хлопала глазами, не понимая, что вообще происходит. У псевдо-мэрилин оказалось миленькое имя, но миленьким зайчиком эта дама не выглядела. Равно как и её супруг, который наконец вынырнул из тарелки, отскрёб от щеки маленького осьминога, с отвращением отшвырнув его в сторону, и обвёл тяжёлым взглядом зал таверны.

– Дорогая, а почему мы не в отдельном кабинете? У меня не было ни малейшего желания развлекать почтенную публику.

– Милый, мы ожидали господина Кохмахера. Отсюда тебе было удобнее его увидеть… Но он не пришёл.

– Ах да, – поморщился «милый». – Когда уже готов встретить Тёмного Кота, такие мелочи быстро забываются. Но ничего, старый хорёк всё равно поплатится за свои махинации… немного позже. А сейчас у меня образовалось более интересное дело.

Он покосился на Алиту.

– Ваш кабинет готов! – рядом материализовался сам метрдотель. – Прошу следовать за мной. Приносим самые глубокие извинения, господин Хопскотч. Ваш заказ за счёт заведения.

Господин Хопскотч рассеянно кивнул, тяжело поднявшись с места и, остановив пристальный взгляд на Алите, которая еле подавила желание поёжиться: взгляд этого потрясающего человека весил не меньше тонны, честное слово! Он легко мог плющить гвозди, только хорошенько взглянув на них!

– Как я понимаю, это ты меня спасла?

Алита только пожала плечами. Что тут можно сказать?

“Да, это я. Благодарить не надо, медаль оставьте себе”? Нет, Алита лучше помолчит и послушает.

– Зачем?

И она поняла, что её брови неудержимо ползут наверх. Ответы на философские вопросы о том, зачем, почему и в чем смысл человека и человеческой жизни, доктору Ульцер были интересны всегда, но когда речь заходила о спасении живого существа, она предпочитала не размышлять, а действовать.

– А нужно было позволить вам умереть? Я врач, это то, чем я занимаюсь. Спасаю людей… ну или стараюсь облегчить их проблемы со здоровьем.

Господин Хопскотч обменялся быстрым взглядом с супругой.

– Давай пройдём в кабинет. Тут слишком много ушей.

В отдельном кабинете, за шикарно накрытым столом, дождавшись, когда расторопные и молчаливые официанты разольют вино и покинут помещение, он снова вперил взгляд в Алиту.

– Не местная. Давно приехала?

– Эмм… Недавно. Буквально час назад, – вздохнула Алита, размышляя, стоит ли признаваться, что она свалилась из другого мира. Может они тут таких казнят без суда и следствия… или в поликлиники сдают, на опыты.

Но её судорожные размышления на эту тему прервал ехидный голосок Банни:

– Из другого мира?

Мда… Вот и вся конспирация.

– А почему вы так решили? – решила потянуть время Алита, прикидывая, удастся ли ей сбежать, если что. По всему выходило, что нет. Ну, разве что, в окно. - Меня акцент выдаёт?

– Одета не по-нашему, – кивнул господин Хопскотч. – Сначала подумал, что одна из девочек мадам Белладонны. Она периодически увлекается экспериментами.

Банни рассеянно улыбнулась, намазывая на кусочек хлеба даже на вид нежный паштет. Алита поняла, что умирает от голода, и ей уже всё равно, пустят ли её на опыты, главное, чтобы она к тому моменту была сыта. В конце концов, даже приговорённому к смерти положена последняя трапеза!

– Да ты ешь, – усмехнулся господин Хопскотч. – Небось проголодалась за время путешествия.

– Да, есть немного, – сдержанно кивнула Алита, тоже беря кусочек хлеба и намазывая его паштетом, еле удерживаясь от того, чтобы рыча не наброситься на еду. Она в жизни не чувствовала себя такой голодной! Словно и в самом деле проделала весь путь в другой мир пешком.

– Значит ты совершенно не представляешь себе, кто я? – ехидно поинтересовался господин, делая знак исчезнуть сунувшемуся было в кабинет официанту.

– Нет, – пожала плечами Алита, с наслаждением пробуя первую в своей жизни иномирную еду. – И какая разница? Я врач, моё дело спасти. А за свои прегрешения вы будете отвечать перед высшим судом. Мне без разницы.

И она сосредоточилась на восхитительном цыплёнке марсала… Подумать только, оказывается иномирная кухня может порадовать любимыми блюдами!

– Прекрасно, – улыбнулся тяжёловзглядный господин. – Кстати, можешь называть меня Брют. Алита… Так? Так вот, Алита, мы можем тебе помочь обосноваться в этом мире, но в ответ мы хотели бы некоторых привилегий…

– Ну какие привилегии может вам предоставить попаданка без роду без племени, – усмехнулась та. – Всё, что я могу предложить, это, как я уже упомянула, первая помощь без вопросов и без проблем. Это мой долг и моя совесть. Но ничего противоправного делать не буду, гарантирую. Просто не смогу, – и Алита по мере возможности очаровательно улыбнулась.

– Ну что ты, – Брют улыбнулся… и Алита поняла, что была сугубо неправа, считая улыбку его супруги акульей. Брют и был самой настоящей акулой… Банни – так, убогое подражание.

Она замерла на несколько секунд, загипнотизированная этой улыбкой, обещающей все радости потустороннего мира…

– Мы никогда не потребуем от человека что-то, выше его сил, – ещё более кровожадно улыбнулся Брют, и в голову Алиты невольно забрела мысль, что, возможно, стоило тогда сделать вид, что она споткнулась на пороге, что она не она… чёрт, всё, что угодно, только чтобы избежать вот этой жуткой ситуации! Этот тип выглядел и звучал, как самый настоящий гангстер! Вот прямо Крёстный отец! Одно имя чего стоит! *

– И что, например, вы потребуете от меня? – поинтересовалась Алита, уже представляя голову любимого коня в своей кровати и бетонные башмаки** на ногах… Так, стоп! У неё нет коня! И вообще ничего нет! Вернее, есть, но сомнительно, что птица такого полёта унизится до банального ограбления.

– Ничего особенного, – снова улыбнулся Брют. – Будешь продолжать вести приём, как обычно, но вдобавок, будешь всегда готова принять особенных пациентов, пришедших от моего имени. В любое время дня и ночи.

Алита задумчиво кивнула: пациенты в любое время дня и ночи – в этом не было ничего особенного, но… Постойте!