Как приручить попаданку

Глава 5

Не знаю, что сработало спусковым крючком? Мое желание спрятаться туда, где не будут слышны посторонние звуки, или же это врожденное умение наал, но я вдруг осознала себя в прежнем теле. Вот только место, где я оказалось, пугало до икоты. Странное, очень странное в своей пустоте и ощущении потустороннего присутствия чего-то злого и беспощадного.

Поежившись, обняла себя руками, поглаживая ладонями плечи. Такое обыденное действие, а какое удовольствие! Пусть на мне странная полупрозрачная ночнушка до пола, под которой ничего больше нет, но это же я! Прежняя я, которую помню до последней родинки на левой ягодице! Зябко переступив босыми ногами по земле, осмотрелась. С губ сорвался нервный смешок:

— Стопятьсот оттенков серого! — точнее и не опишешь это место.

Куда ни глянь, простирались сизые земли, где смутными тенями угадывались какие-то полуразрушенные постройки. Из-за плотного их нагромождения видимость была небольшой, но даже так я угадывала какие-то пульсирующие точки, что просвечивали сквозь серую толщу. Наверное, нахожусь во сне, хотя и в довольно странном, слишком реальном по ощущениям. Будто мир вывернули наизнанку и позволили мне окунуться в его недра. Может, это и неправильное сравнение, но другого не было. Зато я точно знала, что пульсирующие сгустки энергии — это живые люди или животные. От них исходило сияние, и двигался каждый по своей траектории.

Голые ступни заледенели, но я продолжала упорно идти по продрогшей земле, прислушиваясь к каждому шороху. Тихие, едва уловимые мужские, женские, детские голоса сливались в одну симфонию шелеста и пугали, ведь я пока не видела тех, кому они принадлежат. Прищурившись, прибавила шаг, с неимоверным усилием разглядывая единственный сгусток энергии, который имел зеленый оттенок на фоне серого пространства. Чем-то отдаленно знакомым веяло от цели, к которой я с трудом двигалась. С каждым новым шагом воздух становился более вязким, будто в него добавили кленового сиропа. Дышится труднее, тревога растет. Проснуться бы уже! И хорошо бы в своем мире в человеческом теле.

Огромная тень, словно черный беркут, пролетела над головой и скрылась в огромном распахнутом окне серого здания. Я только сейчас поняла, что на инстинктах пригнулась, но не вернулась в прежнее положение.

— Эй! — хоть и страшилась привлекать к себе внимание этого вязкого места, смело выпрямилась и закричала.

Ожидала услышать раскатом собственное эхо, но голос рассыпался, и в горле запершило, будто песка в него насыпали. Резко захотелось пить, но ничего похожего на водоем поблизости не увидела.

Двинулась дальше и оказалась на заброшенной площади с разбитой тротуарной плиткой и пересохшим фонтаном. Это место сразу напомнило о родном мире.

— «Может, я где-то на пересечении всех миров?» — промелькнула шальная мысль.

Облизнув сухие губы, поежилась от порыва ледяного ветра. С ужасом поняла, что потеряла зеленый сгусток энергии, пока разглядывала окрестности. Но не это напугало до мурашек! Все сияющие шарики испарились, и стало так тихо, что зазвенело в ушах. Ничего хорошего такой покой не предвещал. За несколько секунд все сизые оттенки слились в одно сплошное черное марево.

— Беги, глупая! — громкий голос раздался сзади, и я обернулась.

Фигура зеленого орка — единственное, что четко проглядывалось во тьме. Он зажимал горящий факел в здоровой ручище и пальцем указывал куда-то вправо от себя.

Я сразу его узнала! Это Элиам смотрел на меня большими черными глазами! Так обрадовалась, что сорвалась с места и побежала к нему.

— Эл! — закричала, и снова голос потух, превратился в пыль, застрял в горле до боли.

— Морница! — махал он факелом и пятился назад. — Сожрет! Беги!

И я припустила изо всех сил. Непроглядная чернота накрывала площадь плотным покрывалом. Дикий леденящий душу вой раздался где-то совсем рядом, пробирая до печенок. Ноги сделались ватными, я присела на корточки, защищая голову руками.

Не успела ничего понять, как сильная рука обхватила за талию. Орк рывком припечатал меня к себе и вручил факел, а потом перекинул мешком через плечо и потащил вперед.

Тьма сгущалась и наступала на пятки, огонь трещал, а вой настигал раскатами грома. Я вцепилась в рукоять факела мертвой хваткой, стараясь не думать о боли в боку, куда впивалось плечо мужчины. Он бежал так быстро, что я хватала ртом воздух, моргала и ничего, кроме огня не видела. Иногда пламя затухало до красной головешки, а потом разгоралось с новой силой. Удивительно! Магическое? В другой раз я бы насладилась его бешеным танцем, если бы не увидела, как позади гигантскими прыжками за нами гонится монстр!

Угольно-черное чудовище отдаленно напоминало нетопыря. По крайней мере, крылья я разглядела. Ох, как теперь это развидеть?! Будто изъеденные молью, рассыпаясь в клочья и тут же собираясь в единое целое, полотнища крыльев развивались на ветру. От их гибельных прикосновений чернел даже воздух. Пружинило при каждом скачке жилистое туловище, сверкали стальными кинжалами когтей куцые лапы, словно недоразвитые по сравнению с брюхом. Хвост облезлый, крысиный с уродливыми наростами на конце. А морда! Господи! Ничего страшнее в жизни не видела! Аж, заикаться начала. Нечто черепообразное с ошметками гниющей плоти и длинным изогнутым клювом, что клацал острыми как иглы зубами. В черных провалах глаз устрашающе сияли красные угли. Такое ощущение, что кто-то их туда засунул и оживил зверюгу. Наверное, это и есть слабое место монстра! Было бы, чем запульнуть…