Как Приручить Соседа

Глава 19

***** Алиса *****

Дни сменяли недели, недели - месяцы. Ритм жизни наконец выровнялся. Я научилась балансировать между напряжённой работой и редкими, но важными моментами отдыха. Расписание было плотно сбито, но в нём всё чаще находилось место не только для науки, но и для жизни. Появились семейные ужины у брата с Никой, вечерние звонки родителям, спонтанные прогулки по Кельну и - главное - тёплые, шумные вечера с коллегами.

Один из таких вечеров проходил у меня дома. Просторная, ещё не до конца обжитая квартира наполнилась смехом, голосами и ароматом жарящихся сосисок. На кухне кипела суета: кто-то лепил брецели, кто-то проверял духовку, а кто-то уже в третий раз пересаливал картошку, утверждая, что так вкуснее. Я, с чуть закатанными рукавами и в лёгком фартуке, колдовала над большой кастрюлей с домашней квашеной капустой - рецепт достался мне от бабушки, и передавался, как семейная реликвия.

Когда еда была готова, все перешли в гостиную, где уже был расставлен импровизированный «мафиозный» круг. На столе - чай, безалкогольное пиво, горчица и целая гора свежевыпеченных брецелей. Кто-то уже шутил: «Ты переехала в Германию и стала проводить самые немецкие вечеринки на свете». Я смеялась вместе со всеми - чувствовала себя частью чего-то настоящего. Чего-то своего.

Игра в мафию шла шумно: были страсти, бурные споры, притворство и громкие разоблачения. Кто-то слишком громко хлопал картами, кто-то возмущался, когда его называли мафией дважды подряд. Я сидела между Джей и Кларой, то смеясь, то всерьёз доказывая, что не имею отношения к ночным преступлениям в воображаемом городке.

А потом был момент - мимолётный, но тёплый. Кто-то сказал:
- Знаешь, Алиса, с тех пор как ты здесь — у нас как будто всё стало… по-домашнему. Спасибо тебе.

И я улыбнулась. По-настоящему. Потому что, кажется, наконец начала чувствовать себя на своём месте. Когда брецели уже доедались, а мафия окончательно победила честных граждан, Клара вдруг хлопнула ладонью по колену и воскликнула:

- We need some culture in our lives! (Нам срочно нужно немного культуры в жизни!)

Все повернулись к ней с разной степенью удивления, жуя капусту и запивая чай.

- No, seriously, (Нет, серьёзно,) - продолжила она, - We live in Cologne but act like we’re stuck in an office capsule. I’m officially declaring the start of gallery and theater season! (Мы живём в Кёльне, а ведём себя, будто застряли в офисной капсуле. Я объявляю: пора открыть сезон галерей и театров!)

- I’m in. (Я за,) - тут же поддержал Джей. - We have to visit the exhibition hall by the Rhine. Remember that display with neural structures in glass? (Нам нужно обязательно посетить выставочный зал возле Рейна. Помните ту экспозицию с нейронными структурами в стекле?)

- And the performance where the artist stayed silent in a box for half an hour. (И перформанс, где артист полчаса молчит в коробке.) - усмехнулась скандинавка, перелистывая колоду. - Indescribable. (Непередаваемое.)

Я смотрела на них и улыбалась. Меня не переставало поражать, насколько легко эти люди умели не только работать, но и жить. С интересом, с желанием открывать, видеть, делиться.

- Can we go to the performance? (А можно и просто на спектакль?) - я спросила осторожно, боясь разрушить такое удивительное настроение - Something classical. With words, music, emotions. (Что-нибудь классическое. Чтобы слова, музыка, чувства.)

- Absolutely, (Обязательно,) - кивнула Клара. - We’ll handle the planning. Just let us know when you have a free evening.(Берём на себя планирование. Ты только скажи, когда у тебя будет свободный вечер.)

В этот момент кто-то уже начал гуглить афишу ближайших выставок. Бумажный календарь на холодильнике заполнился стрелками и кружками. Так родилась идея - один вечер в месяц отдавать искусству. Галереи, театры, концерты, редкие показы, независимые фильмы. Мы назвали это: «Культурный рейд».

Я поставила чайник и поймала себя на мысли, что этот вечер будет одним из тех, что останется со мной надолго. Потому что даже о космосе мечтается спокойнее, когда рядом - своя земля и люди, с которыми можно пойти… в театр.

В такие моменты мне хотелось кричать на весь мир, как я счастлива. Как это - удивительно - пить чай на своей кухне, окружённой друзьями, говорить на трех языках одновременно, планировать поход в театр, и при этом знать, что утром ты вернёшься к любимому делу, к команде, к смыслу.

Но всё это счастье… было почти. Как будто кусочек пазла потерялся где-то между. Как будто часть сердца осталась в палате, в той тишине, где она так и не решилась ничего объяснить.

Стас.

Иногда он всплывал неожиданно - в голосе коллеги, в чьей-то заботе, в шорохе книги, оставленной на прикроватной тумбочке. А иногда приходил во сне - с улыбкой, в глупой футболке, с глазами, в которых всегда было больше, чем он позволял себе сказать.

«Может… взять и самой написать?» - пронеслось в голове. Но тут же её внутренняя логика, такая чёткая и научно выверенная, встала в стойку. «Нет. Это нечестно. Это будет выглядеть как что-то навязать. Это он должен был…»

Я замерла.

А разве он мог? Он лежал в больнице. С травмами. А я… ушла. Просто. Без слов. Без объяснений. Боясь запутаться ещё сильнее. Да, это была моя защита. Побег. Но побег - от того, кто, возможно, впервые смотрел на меня по-настоящему. Не как на гения. Не как на полезного члена команды. А как на… меня. Просто Алису.