Как Приручить Соседа

Глава 26

Дом на берегу моря всегда казался мне живым. Не просто постройкой, а кем-то старшим, мудрым, который многое видел и умел хранить секреты. Сегодня он будто расправил плечи, впуская в себя шум, голоса, шаги, смех, всю эту тёплую как летний воздух семейную какофонию.

Я поднялся по светлой деревянной дорожке, и перед глазами открылась привычная картина:
дом, залитый мягким золотистым светом; терраса, украшенная гирляндами, которые мать упорно включает при каждом удобном случае; длинный стол, ломящийся от блюд, и море - спокойное, вечернее, дышащее ровно и глубоко, как будто само благословляло эту встречу.

- Ну наконец-то! - громогласно раздалось откуда-то справа.

Не успел я зайти на территорию, как в меня врезался младший племянник, обхватив ногами, руками и душой.

- Дядя Стас! Я теперь умею нырять! И я сегодня поймал краба! И…

- И не даёшь ему даже войти, - появилось строгое, но тёплое мамино лицо. - Станислав, проходи. Мы тебя уже заждались.

Внутри пахло просто счастьем. Морем, свежей зеленью, мамиными котлетами, жареными овощами, лимонной травой, всё вместе это всегда называлось одним словом: дом. На террасе стояли мои братья: кто с бокалом вина, кто с тарелкой, кто с ребёнком на руках. Их жёны обсуждали что-то вполголоса, перемежая разговор смехом. Папа что-то оживлённо доказывал старшему брату, размахивая вилкой - значит, спор был важный. А я шагнул внутрь, и всё словно стало на место. Как будто пять лет, работы, перелёты, проекты - всё это было где-то там, за пределами этой светлой, тёплой точки на карте.

- Стас! - брат хлопнул меня по плечу. - Ты чего так долго? Мы уже думали без тебя начинать.

- Пробка, - отмахнулся я. - Университет. Артём опять пытается заманить меня преподавать.

- Ну-ну… когда-нибудь ты сдашься, - протянул брат, но уже переключился на другое. - Ладно, садись. Ужин уже начинается.

Я сел за стол, и вдруг почувствовал, как в груди разливается тихое, почти забытое спокойствие.

Все были вместе. Почти все. Кроме сестры. Мы с мамой обменялись коротким взглядом. Она тоже чувствовала эту пустоту за столом. Но сегодня было не время говорить об этом вслух. Сегодня - праздник. Я поднял глаза на море - закатное, тёплое, печально-красивое. И почему-то впервые за долгое время… пожелал, чтобы кто-то был рядом, когда я туда смотрю. Может, просто возраст.

Сидя за столом, слушал смех, перебранки, тосты, щёлканье бокалов, и чем дольше длился вечер, тем ярче вырисовывалось ощущение… нехватки. Не пустоты - нет. Именно нехватки. Как будто один стул оставался незамеченно пустым, хотя вокруг было полно людей. Я украдкой посмотрел в сторону пустующего места рядом со мной того, на которое обычно садилась сестра. Дома всегда замечали её отсутствие. Её голос, острый язык, мягкий взгляд - всё разом. Но в этот раз я поймал себя на странной мысли: пустым казалось не одно место. Рядом с нами сидела бы Алиса. Я уверен они бы подружились и почти видел, как она бы здесь смотрелась. Её сдержанная улыбка. Её внимательность. Тот тихий ум, которым она освещала любую беседу. Она будто… была из нашей породы. Я поймал себя на этом сравнении и тихо выдохнул. Да, именно так. Она по характеру была чертовски похожа на мою сестру.
Не внешне, нет - внутри. Та же мягкая принципиальность. Та же способность слушать по-настоящему.
Та же сила, которая не кричит, а держит. Сестра всегда могла остановить меня одним взглядом. Алиса тоже. Сестра умела сказать по делу. Алиса тоже. Сестра умела молчать так, что становилось легче. И Алиса могла быть прекрасным собеседником.

Я вдохнул морской воздух глубже, чем нужно. Память вдруг вытолкнула ту самую сцену - Кёльн, вечер, прохладный, влажный, усыпанный огнями. Алиса стояла у окна, закутавшись в мягкий плед, а я смотрел на неё так, будто впервые вижу женщину не глазами. Она смеялась тогда над чем-то простым. И в её смехе было столько… правильного. Домашнего. Тёплого. А потом тот её лёгкий наклон головы. Как будто слушала ветер. Как будто умела слышать больше, чем мы говорили.

Именно тогда я впервые подумал, что с ней смог бы прожить жизнь так, как всегда представлял себе семейное счастье. Без надрыва. Без драм. Без игр. С теплом. С доверием. С той тихой уверенностью, которая была и у сестры, и у мамы, и у всех женщин моих кровей.

- Эй, ты чего завис? - толкнул меня брат локтем. - Опять задумался?

- Есть немного, - пробормотал я, делая вид, что переключился на разговоры.

Но мысль уже не ушла. Впервые за долгое время я понял: в моей жизни были две женщины, которые умели держать меня в правильном направлении. Одна - моя сестра. Другая - Алиса. И обе были сейчас далеко. Слишком далеко.

Вечер подходил к концу. На веранде уже зажглись мягкие фонари, море шумело размеренно и лениво, а семейный смех постепенно стихал - кто-то вышел пройтись, кто-то остался за столом, кто-то ушёл укладывать детей. Я остался сидеть рядом с братом, прокручивая в голове всё, что сегодня всплыло.
Сестра. Алиса. Кёльн. Пустующие места - реальные и те, что внутри. Телефон завибрировал в кармане. Я глянул на экран и удивлённо приподнял бровь.

Медведь.

Мы не созванивались… давно. Слишком давно.

- О, - хмыкнул брат. - Старина Мишка решил напомнить о себе?

- Похоже, - я провёл пальцем по экрану. - Дай минуту.

Я отошёл чуть в сторону, чтобы не кричать среди всей этой уютной суеты, и нажал «принять».

- Ну здравствуй, путешественник, - голос Медведя был низким, слегка хриплым и очень уставшим. - Надеюсь, не отвлекаю?

- Да нет, мы тут семейно… Что-то случилось?

Мишка вздохнул. И этот вздох я узнал бы из тысячи - он всегда так делал перед новостью, которой не знает, как правильно подать.

- Слушай, Стас… Ты лучше присядь.