Как прокормить драконов 2

3.4

— А кто возьмет на себя ответственность в случае неудачи и увечий или смерти благородного эльфа? Дом Эрмаль не может позволить себе подобного риска. К тому же зверь совершенно не обладает охотничьим инстинктом. Тест с добычей тоже показал отрицательный результат, а значит он хуже любого охотничьего пса.

Паника забилась в горле вместе с загнанным сердцем. Я еще раз посмотрела на котенка, который совершенно ничего не понимал и лишь блаженно жмурился солнцу.

— Достаточно, Солан. — тихо приказал Эмиль. — Оставь нас. С котенком я разберусь сам. Позже.

— Как пожелаете, господин.

Как дворецкий покидал нас я едва ли могла различить из-за соленой мути, что наполняла глаза. Чувство беспомощности душило, нестерпимо сдавливая виски, и я никак не могла подобрать слов, чтобы отговорить Эмиля от чудовищного шага.

Эльф осторожно приблизился и мягко обнял ладонями за плечи. И от этого жеста слезы сорвались с ресниц, ведь я понимала, что сейчас мне объяснят, почему сохранить жизнь котенку невозможно.

— Дарина, этот зверь не обладает главным — крыльями, способными летать. Поверь это опасней всего. Он будет всегда стремиться в небо, но каждый раз разбиваться оземь. Будет смотреть на тех, кто может летать и постепенно звереть. Без всадника он выйдет из-под контроля и нам все равно придется его устранять. Разве не гуманней сделать это, когда он еще не познал мучений?

Уверена, Эмиль понимал, о чем говорил, а я совершенно не представляла, как живут мантикоры. И все же простить себе бездействие в этот самый момент я бы никогда не смогла. Подняв голову я нашла дракона взглядом.

— Лорд Карлайл, — мой голос звучал до безобразия жалко, — он не может вырасти у вас?

— Может. — не раздумывая рыкнул дракон, и я даже не сразу осознала смысл сказанного.

— Карлайл! Это глупо! — взвился Эмиль. — Ты ведь лучше меня понимаешь, к чему все это придет! Мантикора это такой же компаньон, как линдворм! Это не домашний питомец дракона!

— Не ты ли заливался соловьем, что чистая душа и энергия Дарины будет принята твоими зверями? Так пусть он к ней подойдет. Если примет угощение с ее руки, значит не безнадежен.

— Правда? — с глазами полными надежды я вцепилась в рукава Эмильена пальцами, и тот тяжко вздохнул.

— Дарина, послушай меня. Это опасно и для тебя, и жителей герцогства. А что если он все же привяжется к тебе, а ты уйдешь? Или ты уже передумала возвращаться в свой мир? — Эмиль добивал меня моими же аргументами. — Что тогда Карлайл? Убьешь его своей рукой?

— Не волнуйся так, Эмильен. — дракон был непробиваем. — Никто не узнает что он твой. Скажу, что выкупил его на подпольном рынке.

— Ты серьезно?! Думаешь, я переживаю об этом? Дарина…

— Эмиль, ты обещал подарить мне котенка, которого я захочу. Я хочу этого. — упрямо указала на малыша, который продолжал сидеть поодаль от остальных. — Прости, я знаю, что это глупо и такая ответственность мне не по плечу. Мне некуда его привести и я совсем не знаю как заботиться о нем, и что случится, когда малыш вырастет. Но я точно знаю, что никогда себя не прощу, если сейчас развернусь и уйду.

— Эта ответственность мне по плечу. — уверенно заявил Карайл. — У меня есть дом и огромные территории для выращивания подобного зверя. А если у тебя возникнут трудности, я тебе помогу. И даже если ты однажды вернешься в свой мир, я продолжу заботиться о нем, даю тебе слово.

— Как давал слово Елене заботиться о Беатриче, а затем оставил ее одну умирать?

Эмильен выпалил это быстрее, чем смог обдумать жестокую мысль. Осекся мгновенно, с осторожностью покосившись на друга, но дракон оставался на удивление спокоен.

— Эмиль… — я хотела было заставить эльфа извиниться, пока нас обоих не поразило молнией с неба, но Карлайл удивил меня вновь:

— Это было ошибкой.

Он принимал. Принимал все, что натворил за годы своего затворничества и больше не пытался выставить себя правым. И этим безмерно меня подкупал, ведь не каждый может наступить на хвост своей гордости и принять свои ошибки.

— Вы оба… просто сводите меня с ума! — тихо взвыл Эмиль, взлохмачивая идеально уложенные алые волосы. — Да к дьяволу! На! Пусть он съест хоть кусочек с твоих рук и тогда забирай.

Я сжала сушеное мясо так, будто от него зависела моя собственная жизнь. Осторожно шагнула к малышу, который тут же навострил пушистые детской шерстью ушки и с интересом посмотрел на меня. Но стоило мне присесть на расстоянии пары шагов и протянуть лакомство, как котенок переключил внимание на бабочку, что запорхала у самого носа.

— Ну же малыш, иди сюда, я не обижу. — тихо позвала, слушая как дрожит мой голос. — Пожалуйста, давай же, ну…

Насколько я была уверена, что вернусь отсюда с пустыми руками, настолько сильно я желала, чтобы малыш подошел ко мне. Но тигренок проследил за бабочкой, затем немного потянул носом воздух и остался совершенно безразличным к мясу, что уже хрустело между пальцем от того, как сильно я его сжимала.

Руку даже свело судорогой, и я сморгнула крупные слезы, что снова налились в глазах. А когда проморгалась, котенок словно по волшебству оказался совсем близко и уже рылся носом в небольшой сумочке на моем поясе. В ней я заготовила немного морковки и сахара для лошадей, ведь в конце дня Эмиль обещал провести для меня прогулку по обширным территориям поместья.