Как рождаются Демоны

Глава 4 - Терновника Шип

Мария возвращалась с работы, тёмный вечер был на редкость шумным. В округе уже включились фонари. “Каждый день так, —  подумала она. — Работа - дом - работа, словно день сурка”. — Вздохнула.

 Кирилл уже, наверное, вернулся домой, скорее всего, улыбнувшись, ускорила шаг. Стук каблуков смешался с шумом прохожих. Ещё вчера был ужасный дождь и гроза, сегодня же так тепло. 

 Она споткнулась о раскиданную  кругом брусчатку.

“Ай, — она удержалась в своих выражениях. — Да кто тут кирпичей накидал посреди дороги! — Из рук выпала гитара, звук удара заставил её сердечко на время остановиться. — О нет… — Над валявшейся на земле гитарой она, спокойно выдохнув и разжав ладони, смотрела одним глазом. — Фух, хорошо чехол у меня крепкий”. 

  Наклонившись, она взяла гитару и резко вскочив, устремилась вперёд. И… Врезалась со всего разгону в мужчину.

— Простите!

  Мужчина  не успел ответить. Она убежала дальше. Он сопроводил её опешившим взглядом. Мария же спешила домой.

  Рядом с подъездом собрались люди, шум сирен скорой и полиции встревожили её. Она  остановилась.

— Что тут происходит?

  Сотрудник органов ответил, что нечего здесь ошиваться. Она с возмущением перебила его.

— Вообще-то я тут живу. Дайте пройти!

  Она протиснулись посреди зевак, но тут же замерла на месте. Ужас в её расширенных зрачках блеснул пеленою, дрожь в теле сковала. Маша замерла не в силах пошевелиться. 

— Кирилл!

  Слёзы водопадом хлынули по её лицу. Она упала возле окровавленного тела на колени и приподняла  голову Кирилла

— Кирилл, вставай, — Она трясла его в попытках разбудить, дрожащие руки окрасились кровью. Этого не может быть, что произошло? — Сердце стучало, с каждым разом сильнее и сильнее заглушая любой шум. Свет погас, она упала рядом с ним на землю, истошно крича, обняв бездыханное тело. — Нет-нет-нет, этого не может быть! — Врачи не успели вколоть успокоительное, она сама потеряла сознание.

  Очнулась  она уже в квартире. Возле неё сидела подруга, вся в слезах. Маша вскочила.

— Кирилл!

Катя обняла её, поваливши обратно на кровать. 

— Маша, тихо, успокойся, всё будет хорошо. — Катя не могла сдерживать слёзы. — Слышишь, всё будет хорошо. Только держись, я буду рядом.

  Мария же кричала, тело трясло.

— Что хорошо будет?! Скажи, что это всё страшный сон!

— Маш, прости, я не могу.

— Но почему, что стряслось, разве это возможно? — Она вновь потеряла сознание. Катя же с трудом успокоилась. Уснула рядом.

  Яркое солнце, озаряющее это утро, беспощадно прорвалось сквозь полуоткрытую штору. Мария лежала в кровати, не в силах встать. Катя ворвалась в комнату.

— Вставай, Маш, я там чай заварила, позвонила вчера на твою работу, тебе ближайшие две недели выходные. Скоро приедут твои родители и родители Кирилла. — Маша тут же разревелась. 

— Что случилось? Кирилл не мог прыгнуть! — Её руки дрожали.

— Я не знаю. — Катя, как могла, пыталась избегать этой темы и как только возможно отвлечь Марию от всего происходящего хоть ненадолго. Но это было невозможно, в данный момент времени, что ни скажи, всё приводит к этому случаю. Впереди ещё похороны, Катерина изо всех сил старалась помочь Марии. Но она убитая горем, отказывалась принимать факт того, что Кирилл ушёл от неё без каких-либо причин, ничего не сказав, не объяснив. Как он мог так поступить. Лишь этот вопрос раз за разом крутился в её голове, не давая покоя.  Всё остальное словно в пелене: похороны, слёзы прощание, поминки. Это всё Мария помнила, словно в тумане. Расследование ни к чему не привело, на месте происшествия сотрудники не нашли никаких улик, которые бы указывали на то, что Кирилла сбросили или ещё что-либо. Единственная странность, которая была найдена — шипы терновника. Но потому как рядом находиться сквер, засаженный этим растением, их мог перенести и любой проходящий мимо подъезда.

 Две недели пролетели, как один момент. Мария так и не смогла принять факт отсутствия Кирилла. Но реальность молотом пробивала виски, не оставляя возможности надеяться на что-либо. Катя всё так же не отходила от неё. 

— Маша тебе завтра на работу, ты помнишь?

— Да, Кать, помню, конечно же.

 Екатерина надеялась на то, что работа сможет ненадолго отвлечь от мыслей Марию.

— Давай сходим, прогуляемся, ты на улицу так и не выходила до сих пор всё это время.

— Нет, не хочу, мне и тут хорошо.

— Ну, Маш, нужно прогуляться, ну хоть на полчасика.

 Спустя час уговоров, Мария под натиском уговоров Катерины всё-таки согласилась сходить на прогулку. Они вышли на улицу. Маша окинула взглядом лавочки возле подъезда, звон в висках, прерывистое дыхание стало комом в горле, головокружение перемешалось с дрожью, она задыхалась не в силах сдержать слёзы.

— Кать, я не могу здесь находиться, — Она кинулась в её объятия. 

— Тихо, тихо, Маш, идём.

  Мария упала в обморок, Катя не смогла её удержать, и она ударилась об лавочку. Громкий лязг эхом разлетелся по двору. Катя ринулась к ней.

Она очнулась уже лёжа на лавочке.

— Маша, ты в порядке.

 Катя опрыскивала её водой, вытирая слёзы на лице.

— Как мне теперь жить, Кать. — Мария сорвалась на крик, который перемешался с хрипом.

 Катерина изо всех сил старалась скрыть своё волнение, но слёзы лились ручьём

— Маша, ты поранилась?

 Катя схватила её за руки. Слёзы, капая дождём, перемешивались с кровью. Маша смотрела на свои запястья, в которых торчали шипы терновника.

— Где ты их нашла, блин! — Взволнованно прокричала Катя, вытирая глаза.

— Не знаю я. Откуда тут вообще слива, до нее, блин, километра два. — Маша тут же вспомнила, что и возле Кирилла были то ли листья, то ли шипы терновника. Эта мысль пронзила её сознание, словно лезвием. Она сорвалась с лавочки и побежала в сквер. Катя погналась за ней.