Как рождаются мифы

Глава 1. Когда кофе уже не помогает

А начиналось все просто с кофе…

Как приготовить идеальный кофе? Обычно для меня это ложка растворимого напитка, парочка ложек сахара и много молока, а лучше сливочек, жирененьких и калорийных. Моя подруга любит называть полученное «ПсевдоКофе для любителя». Сама Дина (именно так зовут мою знакомую) пьет исключительно черный кофе, причем сама обжаривает зерна, которые покупает в специализированном магазине. Всегда удивлялась ее терпению. Мне же с утра было элементарно лень вставать раньше, чем положено, чтобы приготовить, цитируя всю ту же подругу:  «исключительно правильный напиток». Но о вкусах, как говорится, не спорят. Тем более что уже месяц мое понятие об идеальном утреннем кофе неуклонно менялось. Чем крепче – тем лучше – вот мой вынужденный девиз. Дело в том, что в этот промежуток времени я не могла спать… Вернее, сначала я хорошо засыпала, но сны мои были настолько зловещими и правдоподобными, что я по неволе боялась заснуть и всеми силами оттягивала момент сна. Прекрасно понимаю, что это, скорее всего очень глупо и не рационально, но я всегда повторяю, что с подсознательным сложно бороться. Как результат, по утрам неумолимо хотелось спать, но сейчас этого делать никак нельзя. У меня на носу государственные экзамены в колледже, и готовлюсь я по заранее составленному самой для себя плану. К тому же, спать мне просто-напросто страшно.

Вот и сегодня, насыпая слегка подрагивающей рукой побольше бодрящего напитка в свой самый большой бокал, я, сама того не желая, возвращалась в кошмары ночи.

Темная река, по которой я плыла не раз. Темно синие волны накатывали на борт небольшой грязно-коричневой лодчонки, становились немного светлее и, разбиваясь о препятствие, превращались в тяжелые брызги. Они долетали до моего лица, оставлли ощущение подавленности и омерзения. Несколько особо больших волн попадали в самое нутро моего транспорта, и я чувствовала слизь и жуткий холод на моих отчего-то босых ногах. Он словно бы пробирался между пальцами, опутывал ступню, икры, достигал коленей, заставляя ноги болеть. Мне казалось, что боль достигла костей и мохнатой, мокрой лапой двигалась выше. От каждого повторного прикосновения мутной жижи, вздымающейся волнами, боль накатывала на меня все с большей силой, прекратиться она не хотела и не собиралась. От жуткого холода у меня ломило зубы, и начинала болеть голова. О таком ужасе обычно говорят: волосы встали дыбом.

 Я подняла голову: сплошной гладкий черный мрамор, покрытый налетом отчаяния, как и все вокруг. Наверное, я сочла бы его красивым, если бы не жгучая ненависть, которая шла от него. Камни не могут испытывать эмоций – именно так я думала раньше, и убедила бы себя в своей правоте наяву.  Но сейчас я была уверена, что ЭТИ камни могут все. Только они решают, доплывет моя ветхая лодка до места назначения или нет.  Едва эта мысль проносилась в голове, как тотчас возникал новый страх: а что если они обрушаться на меня? Вдруг я окажусь скованной ЭТИМИ камнями? Что будет тогда?

-Ну что же ты?- слышу я крик за моей спиной и одновременно получаю довольно весомый толчок в спину. Теряю равновесие и рефлекторно хватаюсь за край лодки. Под рукой моментальное ощущение чего-то липкого. Обоняние словно прорвало, теперь  я чувствую и запахи: затхлость, гниль и чуть сладковатый, пряный запах собственного страха и чьего-то отчаяния.

Некто хватает меня за шиворот и разворачивает лицом к себе. Я вижу высокую девушку, буравящую меня взглядом:

-Ну же! – волнение прорывается во всем: в каждом звуке, сорвавшемся с ее губ, во взгляде, который она казалось, не могла сфокусировать и ежесекундно перемещала с одного предмета на другой, в положении приподнятых, напряженных плеч, которые дрожали не переставая.

– Не медли! - Ее крик срывается, и я понимаю почему. Лодку немилосердно трясет, мы крепче хватаемся друг за друга, незнакомка роняет меня на дно лодки, прикрыв собой, от нее пахнет рыбой и растерянностью. Машинально отметив, что лодка довольно глубокая, я приподнимаю голову. Высвободившись из под спутницы,  вижу чью-то синюю руку, покрытую слизью. Почерневший безымянный палец на правой руке приковывает мое внимание, и я, наконец, осознаю, что меня вот-вот вырвет от страха. Страшная рука сжимает борт лодки, наклоняя ее, пытается перевернуть наше суденышко. Затхлая вода потоком обрушивается на нас сверху – это КАМНИ поняли, что мы чужаки и расступились перед потоком, несущим смерть. Тем временем борт все опускается, и я уже вижу спутанные грязными клочьями светлые волосы владельца руки. Еще чуть-чуть и я увижу его лицо…

На этом моменте я всегда просыпаюсь. Меня до сих пор тошнит, и я никак не могу избавиться от запаха гнили и отчаяния. Кажется, он навсегда останется со мной. В ушах до сих пор звенит крик той девушки: ну что же ты!

Возможно, кому-то мое описание покажется не таким кошмарным и он лишь усмехнется над слабыми нервами юной леди, но меня потрясывает до сих пор.

Включив для верности любимый диск с песнями 80х, я решительно допила кофе.

-Надо ведь что-то делать? - Спросила я у подошедшей к своей миске Марго. Мне даже показалось, что моя кошка мне кивнула.

- К психологу? – опять этот едва заметный кивок. Таааааак… Мне точно нужен специалист, раз уж моя кошка не только меня слушает, но и разговаривает знаками. Интересно, отвечать она мне скоро начнет? Или это уже будет последней стадией моего вечного недосыпа? Скорее всего, она просто хочет есть и думает, что хозяйка совсем обнаглела и не дает ей заслуженный завтрак. Да, утешай себя, Евгения, утешай…

Насыпая Марго ее любимый корм, я все-таки решила с ней не разговаривать, по крайней мере, до разговора со специалистом. Мало ли что она про меня подумает?