Как с помощью быта спасти мир?

Глава 19.

В огромной пещере, которой вполне могла разместить небольшая многоэтажка, над потолком висело несколько небольших клеток для птиц. Восемь из них были пустыми, там кроме сена и давно высохших костей ничего не было. А вот в оставшихся двух находились вполне живые люди. В той, что предпоследней была, лежала коза. А в соседней сидел карлик и время от времени постукивая костью по железным стенам клетки, громко кричал.

- Не евши и не пивши, сижу я тут три дня. Кричу глухому великану, который спит как свинья. Ля-ля.. ля-ля…

И вот как раз от этого шума проснулась коза. Первое, что она хотела сделать, так это заставить замолчать «певца», но открыв глаза и увидев клетку… воспоминания недавних событий, всплыли в голове Леры и она тут же резко закрыла рот и стала осматривать, пытаясь понять как она здесь оказалась. Разве она не должна была утонуть? Откуда взялась вдруг клетка и пропала вся вода?

«Может в этом мире так выглядит жизнь после смерти?»

Лера встала и на слабых ногах, добралась до края клетки и посмотрела вначале вниз. У нее тут же едва не закружилась голова, когда она увидела, на каком расстоянии находится от земли. Здесь этажей десять было не меньше.

«Если это и правда жизнь после смерти так выглядит, то как-то не очень хочется мне проверять свою живучесть после прыжка».

Нервно сглотнув, Лера обратила внимание наверх. Там был каменный потолок, обклеенный светящимися разными цветами камнями, один из которых девушка видела у гнома и местным фонариком тот назвала. В местах, где на потолке камней не имелось, были вбиты большие железные гвозди. За них привязывалась цепь, которая собственно и удерживала уже в воздухе клетки, что Лера заметила немало.

«Это типо для других умерших душ? Но зачем все это? Для перехода на другой этап смерти что ли? А их, что получается несколько? Блин, лучше бы я была жива».

Так и не поняв, что происходит, и все больше и больше уверяясь в том, что она мертва, Лера стала осматривать свою клетку.

На железном полу было полно сена, а из него…

- Мама дорогая! Вы что меня тут иссушить хотите? Но я и так уже мертва. Кто-нибудь… пожалуйста. Не надо. – Увидев кости, Лера забегала по клетке, пытаясь позвать местную стражу, чтобы объяснить им, что ошибочка у них с ней вышла.

- О, очнулась. Я уж думал ты и правда померла. – И вот тут из соседней клетки послышался знакомый голос. Хриплый и местами напоминающий Лере, почему-то голос недавнего певца, которому медведь на ухо явно наступил.

- Дементр…. 235 ты, что тоже мертв?? – Лера остановилась и посмотрела в сторону соседней клетки. Издали она увидела очертания знакомого гнома. - Выходит золото все же тебя погубило?

- Золото! Ах, мое золото… Да лучше бы я был мертв. – Гном гневно стукнул костью по клетке. Та вздрогнула и стала из стороны в сторону качаться. – Он его забрал себе. А оно мое…МОЕ!

- В каком смысле лучше? Ты можешь по порядку объяснить, что случилось? – Понимая, что это возможно никакая не была смерть после жизни, Лера попросила у гнома объяснений.

И тот не став тянуть, коротко ей рассказал о том, как их выбросило на берег, где они были найдены великаном и после унесены им в его логово.

- Я очнулся по пути и увидел, как он из моего золота кует каблуки. Ну не дурак ли он? Он ведь и так высокий. Зачем ему каблуки?! Не посади он меня тогда в клетку, я обязательно заставил бы его вернуть свое. Он бы навсегда запомнил, как плохо у Дементриусисалирумирка 235 младшего забирать его вещи. – Гном принялся рассказывать во всех подробностях, как именно он с великаном расквитался.

Лера к этому времени перестала его слушать, широко открыв глаза от осознания, что она осталась жива после водных процедур.

«Как так-то? Разве мои легкие не были полностью водой забиты? Я действительно осталась жива? Ха-ха-ха… я жива! ЖИВА!»

Лера принялась от радости по клетке бегать. Туда, сюда. Туда… сюда. Пока ее гном не огорчил новостью, которую он, похоже специально на потом сохранил.

- Ты бы слишком не радовалась, так как этот великан отпускать нас не будет. Меня он съест, а тебя, думаю, заставит на него пожизненно работать и его поля пахать. Все же мы на волоске от смерти были, он использовал лекарство, чтобы нас спасти.

- Раз такое дело, мог бы тогда и не спасать. – Лера не очень была рада открывшей ей перспективе. Работать на чужого дядю, да еще судя по всему без зарплаты… Она что рабыня какая-то? Мало ли кто там ей жизнь спас, она об этом не просила.

- А поля кто ему сеять будет? У него ведь и своих дел хватает. Охота и всякое такое. – Голос гнома на удивление больше не таким ворчливым был.

- Тебя он съесть хочет, ты же сам сказал, так почему вдруг его стал хвалить? – Лера не поняла резкой смены настроения у гнома.

- Я хвалю его за ум и сообразительность. Он умен, очень умен и сколь бы раз я не пытался его провести… А, - гном махнул рукой. – Сама скоро узнаешь. Лучше я силы пока поберегу. – После чего лег и, болтая ногой, вновь запел песню. - Не евши и не пивши, сижу я тут три дня. Кричу глухому великану который спит как свинья. Ля-ля.. ля-ля…

Лере ничего не оставалось, кроме как заткнуть уши и надеяться, что гном свои силы для будущего сражения с великаном бережет. Несмотря на то, что ранее в подобную байку своего знакомого девушка не верила… в нынешней ситуации, Лера готова была и не в такое поверить, только бы выбраться из этого места. Вот только при этом она как-то совсем забыла учесть размер великана. Тот ведь роста мог оказаться намного больше, чем Лера себе в воображении представляла. Опять же если взять размер пещеры, в которой они находились, это мог быть целый ходячий дом, а не трехэтажный автобус.

И узнала девушка, как ошибалась только тогда когда увидела собственно глазами великана. Как, впрочем, и чему так гном восхищался в нем.

Тот был настолько огромного роста, что они для него были, чуть ли не микробами. И чтобы вы поняли до конца, его размер стопы был таким большим, что когда великан шел, земля так тряслась, что Леру с гномом верх, как на батуде подбрасывало. Хотя при этом внешность у великана была самой обычной и чем-то даже напоминала девушке соседа с нижнего этажа, который в 90-е годы был бандитом и только как пару лет на свободу вышел. Такой же лысый, широкоплечий, с большими кулаками и злым взглядом. С таким ни за какие коврижки, никогда и нигде не согласишься сражаться.