Как сорвать помолвку принца драконов и выжить

Глава 14

Добраться до дома Бриттов оказалось проще, чем я думала. У них охрана только для вида, никто из оборотней не заметил моего вторжения.

Открытый портал на крышу, спуск по балке, окно в боковую комнату, шаг, и я внутри.

На моём лице чёрная маска, а на руках перчатки. От той, которая утром толкала феминистические речи, не осталось и следа.

Аурелия сидела в кресле, читала. Безмятежная, хрупкая и слишком беззащитная.

Я бесшумно подошла сзади. Она не успела повернуться, только вскрикнула, когда я резко заломила руку и сжала запястье.

Звонкий, противный хруст заполнил комнату.

Она рухнула на колени, а я отступила в тень.

Я смотрела, как Аурелия в беззвучном крике корчится от боли, и ненавидела себя в этот момент.

Сестра моего друга судорожно хватала ртом воздух, прижимая повреждённую руку к груди, и даже не пыталась звать на помощь. Шок от боли был слишком сильным.

Я стояла в темноте и… чувствовала отвращение к каждой клетке своего тела, к тому, как легко всё это у меня получилось.

Что бы я себе ни фантазировала, я не обычный человек, я инструмент. И приказы начальства не обсуждаются. Их либо беспрекословно выполняют, либо исчезают навечно.

Прости Аурелия, я лишь выполняла приказ...

До рассвета я просидела на крыше академии, размазывая горькие слёзы по лицу. Жалела себя, Аурелию, и всех безвольных существ, которые когда-либо населяли этот мир.

Не сомневаюсь в том, что Аурелию наказали из-за поползновений к Адриану.

Кто тот таинственный заказчик? Может, он из приближённых принца? Или кто-то с эльфийской стороны? Хотя нет, если бы это были эльфы, меня бы не нанимали для разрыва помолвки...

К четырём утра я стала похожей на чучело, с распухшей от слёз мордой и потухшим взглядом. И всё же я нашла в себе силы подняться.

До поединка с Эрдой оставалось не больше часа.

Я медленно шла по каменным дорожкам в сторону тренировочного полигона. Холодный утренний воздух щипал щёки, но я не чувствовала ни боли, ни усталости.

Эрду от занятий отстранили, но поединок администрации академия разрешила провести. Ну как разрешили... мне ведь вручили ритуальную метку, и, если не провести дуэль вовремя, она меня сожрёт. Вроде как «заботятся» обо мне.

А у Эрды крупные проблемы. Отчислить не отчислят, учитывая, что её клан в любимчиках у императора, но нервы ей знатно помотают.

Хотя чёрная дриада плевать хотела на академические заморочки, её одолевали куда более весомые проблемы по типу: «как сделать так, чтобы члены клана смотрели на меня с уважением».

Наверное, дриаде будет вдвойне обидно, когда я сегодня одержу победу.

А я одержу, не сомневаюсь.

Только вот... какой весь в этом смысл? Я вообще не хочу никому ничего доказывать. Особенно сейчас, когда на душе полнейший раздрай.

Когда я подошла, на полигоне уже толпились родственники Эрды, – горстка лысых мужчин в чёрных балахонах и с каменными лицами. Ещё здесь находился ректор.

А вот Дерека не видно.

«Не удивительно, ведь сегодня ночью какой-то урод сломал его сестре руку» – прозвучал в голове язвительный голос.

Белая борода архимага Мартруса зловеще развевалась по ветру. Взгляд колючий, пробирающий до костей. И смотрит на меня с укором.

А я-то тут при чём? Пусть с Эрдой разбирается! Вон, как вырядилась... В чёрном костюме, с кинжалами по бокам. Взгляд горящий, хищный. Прям тигрица на охоте.

– Доброе утро, – бурчу я, обведя присутствующих мрачным взглядом.

– Доброе, адептка Артвуд, – сухо изрёк ректор, недовольно зыркнув на Эрду. – Хотя, правильнее сказать, доброй ночи.

Чёрная дриада фыркнула и скрестила на груди руки.

Я окидываю её долгим, пристальным взглядом. На лице самодовольная улыбка, поза победительницы... Кажется, кое-кто нацелен на победу.

– Напоминаю правила дуэли, – ректор выступил вперёд, посмотрев сначала на меня, потом на Эрду. – Никакой магии. Никаких запрещённых приёмов. Жду от вас честного поединка.

– Никакой магии, – кивнула Эрда, и в глубине её глаз без зрачков блеснуло нечто такое, что стало не по себе.

Зуб даю, эта сумасшедшая что-то задумала.

Но что?

Не станет же она резать себя, чтобы отравить меня своей кровью.

Или станет?

Запястье вспыхивает от боли. Я прикрываю глаза, ощущая дикое, почти неконтролируемое желание сомкнуть пальцы на шее наставника.

Что на этот раз?

Вскидывая незаметно руку, будто почесать переносицу, и начинаю читать послание.

Как только дочитаю, внутренности сжимаются в тугой узел.

«Ты проиграешь дуэль. Кстати, ещё раз замечу тебя за подобными занятиями, последует наказание, Линиэль».

Наставник назвал меня полным именем. Это могло означать лишь одно, – он пребывает в крайней степени ярости.