Как стать преподавателем магической академии

Глава 11

          Двадцать пять лет назад оборотни были обычными людьми. Их деревни находились очень далеко от пяти королевств за океаном. Они занимались сельским хозяйством и скотоводством. Однажды к ним в дебри забрались эльфийка с магом.

          Эльфийку звали Алисия. Она была очень красивой. У неё были длинные и белые как снег волосы. Большие изумрудные глаза, аристократичные черты лица и утончённая фигура. Девушка была доброй, скромной и невинной как свежевыпавший снег.

          Её спутник был колдун. Его звали Клаус. Будучи ещё студентом, он страстно полюбил Алисию, и был готов для неё на всё. Их любовь была запретной. Эльфам по традиции выбирали жён и мужей их родители, среди своей рассы. Их мнения никто не интересовался, а тех кто шёл наперекор родителям казнили.

          У магов таких традиций не было. Брак заключался по любви, вот только раз и на всю жизнь. Такого понятия как развод для них не существовало. В новый брак можно было вступить, только если один из супругов умер.

         У демонов и во все была с этим полная свобода. У них разрешалось многожёнство, как и демонам, так и демоницам. Развод был разрешён, достаточно было желания одного из супругов.

          Они решили на время укрыться в этой деревни, никто бы не додумался искать их здесь. Тогда уже были придуманы артефакты позволяющие скрыть, своё местонахождение. Они обменяли золото на небольшую хижину и стали жить вместе. Рядом с эльфийкой Клаус стал совершенно другим. Он был по настоящему счастлив и уже  не прислушивался к тёмной стороне своего разума. Он брался за любое дело. Чинил крыши, продавал рыбу и крабов, которые удалось поймать самому.

        Алисия занималась домашним хозяйством и  огородом. Соседи стали замечать, что их парочка была необычна. Одни только странные уши девушки были поводом для сплетен и обсуждений.  Её уши все восприняли как врождённый дефект и считали уродством.

           Через три года их совместной жизни у них родилась дочь Равена. Девушке тяжело удавалось содержать дом в чистоте, готовить еду, работать  в огороде, и при этом совмещать уход за новорождённой. Клаусу тоже приходилось нелегко и ей не хотелось нагружать его, ещё и своими обязанностями. Она решила упростить себе жизнь и иногда пользовалась магией. Хотя Клаус её предупреждал, что это опасно  и запретил ей так рисковать.

       Однажды в особо тяжкие дни эльфийка не выдержала. Денег не было, питаться одной рыбой уже не было сил. На последние монеты она купила семена и посадила их в землю, прошептала что-то себе под нос и через пару секунд вырастали огромные кусты с помидорами и кабачками. Урожая должно было хватить на неделю.

     Одна из соседок заметила это и попросила помочь ей  с рассадой. Ей хотелось узнать все секреты эльфийки и тоже так быстро, получать созревшие плоды. Её соседка Ингрид была некрасива, имела крупные черты лица, но была рослой и крепкой женщиной. Её волосы цвета спелой пшеницы каскадом укрывали плечи.

- Меня сможешь научить? – женщину распирало любопытство.

- Это врождённый дар. Этому нельзя научить, - спокойно отвела девушка, прижимая к груди спящую дочь, укутанную в розовую пеленку.

       Малышка плохо спала и постоянно хотела кушать или чтобы её убаюкивали на руках. Как только Алисия укладывала дочь в кроватку, та начинала плакать. Новорожденная хотела постоянно быть у мамы на ручках, чтобы чувствовать тепло её тела и стук сердце. Рядом с мамой она чувствовала себя в безопасности.

       Со временем соседка Ингрид смогла втереться в доверие, и Алисия стала показывать ей и другие свои умение. Перемещение предметов  привели Ингрид в дикий восторг. А вот  метание ножей, не используя рук и разжигание огня в камине, одним лишь взмахом руки, сильно напугало. 

         Фантазия рисовала страшные картины. Ингрид боялась даже представить на, что ещё способна её новая подруга. Соседка тут же поделилась своими страхами с другими и сплетни разошлись по селу. Все пришли к общему мнению, что семья этих чужеземцем опасна и от них нужно избавиться. Некоторые сельчане пытались заступиться, объясняя это тем, что если Алисия и Клаус хотели бы причинить вред, то давно уже это бы сделали. 

            Эта история закончилась  очень печально. На эльфийку напали, когда  та невинно спала рядом со своим младенцем. Ей воткнули нож в сердце, а затем чтобы перестраховаться и подожгли дом. Малышка, которую оторвали от маминого тёплого живота и  переложили в детскую кроватку начала громко кричать. Беспомощную и маленькую оставили в горящем доме. Им было жалко ребёнка, но они боялись, что когда она вырастит, тоже станет колдовать как её мать.

          На Клауса тоже было покушение. Его друг Сэм, с которым они вместе ловили рыбу, а затем продавали её на рынке. Сэм подкрался, сзади намереваясь воткнуть крепкий нож в спину Клауса. К счастью для колдуна, тот в юные годы хорошо обучился боевым искусствам, он всегда был начеку и у него была быстрая реакция защиты. Он развил гибкость, боковое зрение, способность быстро и адекватно реагировать на любые неожиданности.

         Клаус услышал ели заметные шаги, заметил приближающуюся тень  на песке и перехватил руку противника, которая сжимала крепко нож. Затем второй рукой колдун обхватил его горло и прошептал заклинания «Мгновенного сожжения». От Сэма остался лишь пепел.

     Заподозрив неладное Клаус в панике  открыл портал и переместился в горящий дом. Он вскрикнул: « - Огонь, погасни!», и одним щелчком пальца потушил пламя.  

       Колдун  сразу же обратил внимание на дочь, голос которой уже охрип, от долгого продолжительного крика. Её маленькое личико покраснело, а губы пересохли. Если бы Клаус опоздал ещё бы на пару минут, она бы задохнулась от такого количества дыма. Но даже когда отец взял её на руки, Равена не переставала кричать. Клаус этого не замечал, все его мысли и взгляд были прикованы к телу жены. А точнее к тому, что от неё осталось. Изуродованное огнём до неузнаваемости тело Алисии, вызвало бурю чувств.  Ярость. Гнев. Желание возмездия. Ненависть к этому несправедливому миру. И боль. Боль потери самого дорогого. Жизнь без любимой потеряла всякий смысл.