Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал

Глава 40. Ладушкино чудо

Глава 40. Ладушкино чудо

- Ну, значит пришла пора и мне чудо являть! – раздался позади знакомый ласковый голос.

И вот она, золотоволосая красавица, стоит, улыбается. На пресветлой Ладе, следуя греко-византийской моде, было надето простое платье до пола без бус и вышивки, только гладкая алая материя играла огнем и обвивала ладин стройный и гордый стан. Даже изящные белые ножки были разуты. Незаплетенные волосы струились, падали по спине пшеничным потоком.

- Вот и молодцы, что на колени не падаете! – весело заявила богиня любви, потому что мужики все разинули рты и застыли столбами при виде ее неземной красоты. Однако, было заметно, что такое любование было ей милее коленопреклонений.

- Эй! Бестолково село! – позвала Лада, когда ей надоело молча красоваться. – Не пора ли вам рты закрыть, а то как бы ворона не залетела?

Березовцы послушно закрыли рты, но в следующую секунду снова их разинули и радостно закричали:

- Лада! Лада!

- Она самая! – согласилась, улыбаясь, богиня. – Показалось мне, что нужна вам моя помощь – вот и пришла.

- Да как же ты нам поможешь? Мы войной на чудище поганое собираемся, это дело не женское, - сказали мужики. – Разве ты можешь дунуть, как удалой Стрибог, чтобы Змей полетел вверх тормашками?

- Дунуть? – с насмешкой переспросила красавица. – Вот еще! Может, мне в него еще и плюнуть?!

- А молнией по макушке долбануть, как могучий Перун, ты не можешь? – спросили на всякий случай мужики. – Или сжечь небесным светом, как солнечный Даждьбог? А звериный Велес голыми руками змея задушил бы…

- И что это вы мне все какие-то безобразия предлагаете?! – возмутилась Лада. – Хороша была бы богиня любви: кому - по макушке долбануть, кого - голыми руками задушить!

- Так как же ты хочешь со змеем справиться? – удивились мужики.

- Поговорю с ним, - обронила Лада через плечо, а сама уже направлялась по зеленому лугу к логовищу.

- Стой! Не ходи, светлая, съест он тебя! – закричали березовцы.

- Я с тобой! – крикнул Веприк, догоняя красавицу.

- А на что ты мне нужен? – насмешливо поинтересовалась она. – Разве ты меня защитить сможешь?

- А вот, когда чудище есть тебя станет, я скажу: ешь лучше меня! – упрямо проговорил маленький охотник и насупился.

- Это ты что же думаешь, что ты, козявка, вкуснее меня, пресветлой Ладушки?! – возмутилась богиня, а у самой веселые искорки закружились в синих глазах. – Ладно, защитник, пойдем со мной. Только чур уговор: змея не ругай, не обижай, душить его голыми руками не лезь, дай нам поговорить по-человечески.

Она обняла мальчика правой рукой за плечи и бесстрашно повела к хрустальному дворцу, а по их следу расцветали дорожкой васильки и незабудки. Чудесный луг приветливо звенел кузнечиками, ласковое солнышко грело траву, цветы, букашек и отважных путешественников. Казалось, не могло быть нигде места прекраснее, чем вчерашняя гиблая черная яма.

Чем ближе, тем удивительнее становился сказочный дворец. Сквозь прозрачные стены видны были светлые комнаты, наполненные диковинными и прекрасными вещами: резными столиками, словно сплетенными из листьев, разноцветными подушками, коврами, занавесками, зеркалами, драгоценными ларцами, золотыми клетками с хвостатыми птицами. Самая высокая башня хрустального замка была опоясана балконом, который снизу казался просто очень большим, а на самом деле был так велик, что три телеги могли бы проехать там в ряд. На балконе находился сам хозяин дома – от удивления при виде гостей свесивший все три головы через перила. Поудивлявшись, он спрыгнул вниз, но вместо того, чтобы приземлиться, пронесся низко над головами Лады и Веприка, оглядывая их вытаращенными глазами. Мальчику показалось, что змей опасается его спутницы.

Змей сделал в воздухе полукруг и понесся обратно. Гости остановились, без тени страха ожидая встречи.

- Ладушка! – прошипел Горыныч, садясь перед пришельцами. – Будь здорова, красавица.

- Здравствуй, Горыня. Давно мы с тобой не виделись, - спокойно ответила Лада.

- Да, давненько… А это еще кто такой?!

- Что ж ты не помнишь, как в гости звал?! – срывающимся от волнения голосом выкрикнул мальчик. – Вот я и пришел! Отдавай мою маманюшку!

- Так это же богатырь из лесной деревеньки! – вспомнил Горыныч. – Кто бы мог подумать! Явился – не запылился!

Он в изумлении закрутил головами и захохотал. Веприк показал ему кулак, а нахальный гад в ответ – три толстых раздвоенных языка.

– Люди сказывают, ты разбойником стал? Крадешь матерей и милых жен? – строго сказала Лада.

- Люди! – с презрением повторил Змей. – Кто их слушает, глупых, мелких? Что они могут понимать?!

- Разбой есть разбой, Горыня, его нельзя допускать, - серьезно сказала богиня.

- Уж не ты ли мне помешаешь?! – загрохотал Змей, вздымая над Ладушкой свои страшные пасти. Из них неслось горячее злобное дыхание.

Вслед за этим из всех шести горынычевых глаз полились слезы и пасти, перестав скалиться, захлопнулись и униженно пригнулись.

- Не надо, Ладушка, - тихо попросило чудище, сморкаясь носами и всхлипывая.

- Я внушила ему щемящую любовь, - пояснила Лада для Веприка. – Не хотела я тебя мучить, Горынюшка, прости, - она махнула рукой и наваждение рассеялось.

- Устал я, - пожаловался Змей, шлепнув на землю уродливую среднюю голову.

- Тетя Лада, что это с ним? – зашептал Веприк, теребя спутницу за платье.

- Любовь он ищет, - тоже шепотом ответила Лада. – Хочет настоящую любовь отыскать, да, видишь, не везет ему никак.

- А он себя хотя бы в воде болотной когда-нибудь видел? – опешил юный березовец. – Он знает, что он - змея поганая, а не человек? Кто ж его с тремя-то головами да с чешуей на брюхе полюбит?!

- Да! – нервно взвизгнул Змей Горыныч, подслушав разговор. – И с тремя головами и с брюхом! И с сердцем моим отважным! И с музыкальным образованием, между прочим! И со знанием греческой поэзии и арабской математики! И с моей начитанностью в разных областях мировой науки! И с навыками врачевания и оказания первой помощи! И еще петь на три голоса умею! Да, я мечтаю найти ту единственную, которая полюбит меня не за могучее тело, а за нежную душу! Чтобы понимала меня-я-я… Гы-ы-ы!..