Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал

Глава 46. Последнее слово богов

Глава 46. Последнее слово богов

Веприк вскочил в темноте, еще рассвет не начинался. Схватил теплую рубашку и выбежал из избы. Батяня у забора привязывал собаку Муху. Охотники спустились с ближнего пригорка, перешли еще один и пошли вдоль темного мокрого леса. Когда начало светать, свернули в деревья и зашлепали по лужам у лесных оврагов.

Чем ярче разгоралось утро, тем приветливее становился лес, небо голубело, темный снег таял и растекался. Несмотря на тяжелую ношу оба Лешака, большой и маленький, веселились и шумели всю дорогу: пели, хохотали, стучали палками об лед на лужах, - так что распугали вокруг себя не только белок, но и клыкастые кабаны вепри, ушли подальше от таких безобразников.

Весенний лес был свеж и влажен: вокруг деревьев натекли разливы холодной воды, кора промокла насквозь и потемнела от снега и растительных соков. Каждая маленькая ветка в лесу была мокрой и на конце ее дрожала круглая капелька. Тысячи капелек переливались, отражая розовеющее солнце и ослепительное голубое небо, как жемчуга на свадебном наряде. Стоило задеть веточку, как с каждого куста срывалась блистающая россыпь, так что очень скоро Тетеря с сыном промокли до нитки. Ноги они тоже давно промочили, но это их нисколько не огорчало.

Обойдя болото, пешеходы прибавили шагу и через пару часов вышли к лесному кургану.

Серые обитатели кургана были все на месте – сидели у входа в свои жилища. Охотники приближались с опаской, но волки не проявляли враждебности, а только смотрели на гостей – как внимательная стража у городских ворот.

По знакомым подземным коридорам охотники пролезли в комнату, где лежал мертвый богатырь. Тетеря с Веприком низко ему поклонились.

- Радость у нас, - сообщил хозяину помещения Тетеря. – Вернулась Смеянушка! Вернулось счастье мое ненаглядное!.. А мы вот пришли с подарком: долг тебе отдать хотим, чтобы ты, богатырь, не сердился.

Тетеря перевернул кожаный мешок, который принес на спине и на землю хлынули алмазы, изумруды, рубины – все, что подарил Лешакам на прощанье Змей Горыныч.

- Сразу на душе легче стало, - признался Тетеря сыну.

- Батянь, а не зря мы все самоцветы отдали? – с сомнением спросил Веприк, когда они шагали по лесу домой. - Мехов-то у нас совсем не осталось и до зимы новых не наохотничаем… Не обеднеем мы?

- Да ты что, Вепря! – радостно возмутился батяня. – Весна-то идет – в поле зовет! Сейчас хлебушка побольше посеем, маманька репку, горох посадит – что ж мы, не проживем что ли?.. На что тебе камни эти?

- Да вот, хотел я в Киев еще сходить, - признался мальчик. – Греки торговые звали меня к себе, обещали науке своей научить… Очень мне хочется, как дядя Фукидид, грамоту знать.

- Сходишь в Киев, - пообещал ему Тетеря. – Ты сначала русскую науку выучи – Чернобород грамотный, он и тебе покажет... В Киеве-то жителей грамотных много…

- Меня б еще научил кто-нибудь корабль водить и парус ставить, - пожелал мальчик. – И мечом, как Свен, драться. И песни сочинять. И - как ее? – на арфе играть… Арабская математика еще, говорят, интересная штука…Так мне хочется белый свет посмотреть, и в Афины заехать, и в Константинополь – а то я их только издали видел… Я потом, может, и книгу напишу про загадки природы…

- А охотничать-то со мной кто будет? – Тетеря даже растерялся.

- Я! – горячо заверил его Веприк. – Летом буду путешествовать, а зимой с тобою в лес ходить… А еще, знаешь, батяня, люди сказывают, живут в Африке удивительные звери – вот бы на них поохотиться! Коровы со змеей вместо носа, лошади полосатые! Я сам камень с ногами видел! И ты, батянюшка, поехали тоже со мной! Поедем – наловим чудесных зверей, а потом князю нашему Владимиру продадим, пусть удивляется!

- Ну уж князю нашему Владимиру мы кукиш с постным маслом отдадим! – тут же рассердился Тетеря. – Лучше к французскому королю поедем.

- Правильно! Заодно и на землю французскую полюбуемся!

- А князю нашему диких пчел в коробочке принесем, пускай они ему рожу накусают!

Вечерело, но охотники и не думали останавливаться на ночлег – так им хотелось поскорее добраться до дома. Они надеялись, пока есть свет, выйти из леса, а потом дотопать до Березовки вдоль опушки. А там их уже ждали: красавица Лада сидела на дубовом пне и покачивала изящной ножкой, обутой в маленький новый лапоток. Лапти, русская расшитая рубашка да пшеничная коса-девичья краса – богиня как будто сама в Березовке родилась и выросла. Сияние только волшебное разливалось по опушке.

Тетеря с сыном встали на колени у ног богини. Тетеря от волнения ни слова не смог сказать, смотрел и смотрел на прекрасную богиню.

- Вот – проститься с вами пришла, - сообщила Лада с грустью. – Приключения ваши закончились, значит и чудесам пора кончаться.

- Мы летом в Африку едем, - сообщил неожиданно Веприк. – И… какие еще земли бывают?

- Америка бывает, - сказала богиня. – Только ее еще не открыли.

- Да! И в Америку! – хором согласились березовцы.

- Ну, тогда еще увидимся, - рассмеялась Лада и потрепала мальчика по макушке.

– Бегите домой, вас там заждались.

Не в силах оторваться от прекрасного зрелища Тетеря и Веприк еще немного полюбовались на красавицу, а потом встали с колен, поклонились и медленно направились прочь.

- Тетя Лада, - остановился Веприк. – А как же Горыныч теперь? Жалко мне его что-то… кто его, хвостатого, полюбит?

- Да не змей он – человек! – вздохнула красавица. – Горыня! Горный богатырь, великан, давно богам служит. Много девушек его любили, да видишь – хочет он найти себе такую, чтобы не за силу и красоту его полюбила, а за душу нежную. Вот и обернулся чудищем поганым, спрятал в чешую красу свою молодецкую. А вместе с красотой и сердце верное свое, отважное, и душу прекрасную туда же запрятал! Чуть было навек чудовищем не стал… А мы с тобой, молодцы – спасли его! Найдет свое счастье Горыня! – богиня весело хлопнула в ладоши. – Он теперь поэму сочинил и полетел читать ее в Японию для одной девушки. Девушку эту я хорошо знаю: красотой она не славится, зато пишет удивительные стихи. Будет им, о чем поговорить.