Как влюбить дракона

15

Лика

Кажется, Лика оглохла. По крайней мере, так ей показалось. На несколько мгновений её накрыла гулкая плотная тишина, в которой всё осталось, как прежде – залитая солнцем балюстрада, белоснежная скатерть, позолоченный кофейный сервиз, Гвен, которая продолжала шевелить губами, и Брянка, стыдливо прячущая в ладошки округлые румяные щёки… а вот Лику будто подменили. Оставили от неё лишь оболочку, без души и самой возможности мыслить.

Но вот Брянка приоткрыла лицо и заговорила сама. Лике невыносимо было смотреть на её лихорадочно блестящие глаза, поэтому она переместила взгляд на губы мадхавки, которые та стянула кисетом, будто показывала поцелуй или много-много раз произносила слово «люблю».

Лика заставила себя отмереть. Усилием воли она подняла фарфоровую чашку и пригубила горький мадхавский кофе, славящийся своей густотой и сильным, пряным ароматом. Горячая горечь с кислинкой растеклась по нёбу и языку…

И только тут кокон тишины вокруг Лики распался, развеялся, будто морок, и она отчётливо услышала ворчание Гвен:

- Только послушайте её: Льюэллин то, Льюэллин сё. Чувствую, теперь все разговоры будут крутиться вокруг этого Льюэллина!

- Льюэллина? Кто это? – нахмурилась Лика, делая большой обжигающий глоток.

- Лика, ты меня поражаешь! – хохотнула Гвен. – Битый час рассказываю о новом драконе, прибывшем ко двору, а ты…

«Так вчера прилетел не Адайн!»

- …будто в облаках летаешь. Повторяю для особо влюблённых: - произнесла Гвен нарочито выразительно, - прибыл новый дракон.

- Дальше, - поторапливая подругу, Лика дёрнула рукой и поставила чашку мимо блюдца.

Гвен слегка подняла бровки, заметив ужасную оплошность принцессы, но продолжила:

- Советник твоей пассии. Зовут Льюэллин Эриг. Кажется, ему понравилась наша Брянка.

Брянка тут же хихикнула, по всей видимости, не в первый раз. Лика же с облегчением выдохнула.

Да, вместо Адайна прибыл советник. Причём прибыл не сразу. И это может означать, как незапланированное отбытие драконьего короля, так и окончание его визита в Ардаре. Но об этом она подумает позже.

Главное – не Адайн танцевал с Брянкой. Не Адайн от неё «без ума», как уже заявила тараторка Гвен.

- Скорее бы сегодняшний бал, - перебила Лика принцессу Риамонта. - Любопытно взглянуть на дракона, проявляющего хоть какие-то эмоции.

Гвен поджала губы. Однако чувство подруги уже не волновали Лику. Мыслями она снова вернулась к Адайну. А заодно к платью, которое сегодня наденет. И надо продумать линию своего поведения – нужно быть дурой, чтобы не понимать: Льюэллин обязательно доложит своему королю обо всём, что происходит в Ардаре.

«Естественно, расскажет и обо мне».

И снова потянулись дни и балы, только теперь Лика отсчитывала их с момента, когда ей представили советника Адайна – молодого хорошо сложенного дракона с рыжеватыми волосами и бирюзовыми глазами, одетого просто, но со вкусом.

Первый бал длился мучительно долго. Второй прошёл быстрее. Третий, четвёртый и последующие слились в памяти Лики в один. Единственным их отличием стало поведение Брянки, точнее, её отношение к «драконьим страстям», как их называла Гвен.

Меж тем история Брянки и Льюэллина развивались отнюдь не по канонам обычных любовных интрижек.

Натанцевавшись с Брянкой в первый вечер, советник Льюэллин принялся приглашать на танцы других. Сначала ангажировал Гвен. Правда, та пресекла всякий флирт на корню, ясно дав понять, что не танцует, особенно с драконами. Тогда рыжий начал волочиться за герцогинями, баронессами и графинями, причём выбирал всё помоложе, да помиловиднее.

И сначала Брянка впала в уныние. Первые несколько часов она искренне не понимала, что происходит, потом жутко расстроилась, хотя и старалась изо всех сил не подавать виду.

- Кажется, ты немного устала, - заметила тогда скучающая в одиночестве Лика. О, да, принцесса Ардара решила проявить чудеса верности и стойкости, и теперь в духе Гвен последовательно, хотя и вежливо отказывала всем кавалерам, кроме венценосных особ, которые иногда, согласно протоколу, приглашали её на танец. - Не хочешь уйти?

- Нет, - Брянка явно сглотнула ком в горле. – Вдруг он…

- Вспомнит о тебе и пригласит? – «помогла» подруге Гвен.

- Умгу, - кивнула принцесса Мадхавы, с трудом удерживая «лицо».

Что ж, больше Лика не вмешивалась.

Ей было не до подруг. С каким-то мрачным удовлетворением она полностью погрузилась в грёзы о венценосном драконе.

Однако к концу недели принцесса Ардара всё-таки заметила нечто странное – Брянка и Гвен начали сами выбирать себе платья.

Но если к платьям Гвиневры Лика не имела ни малейших претензий (северянка предпочитала тёмное и простое), то платья Брянки неприятно удивляли. Нет, фасон вполне повторял силуэт Ликиного наряда, а вот цвета… То фуксия, то оранжевый с золотом, то салатный. Было даже красное, да такого кричащего оттенка, который невыгодно смотрелся на фоне Ликиного платья. Точнее, это Лика, одетая в тот вечер в пудровый, совершенно терялась на фоне ослепительно яркой подруги.