Как влюбить в себя любого

Глава IX.

— Вот, теперь это не я расстрою её завтра, а ты — уже сегодня, — хмыкаю я, как настоящая гиена.

И всё же внутри становится чуть тревожно. Руслан отбирает у меня телефон и откладывает в сторону:

— Мне правда нужен выходной. Ты меня выручаешь, — говорит он мягко и неожиданно серьёзно.

— Тебе нужен второй бариста и человеческий график, — качаю головой. — Ты же всегда здесь. Как вообще выдерживаешь?

— Найти человека непросто, — признается Руслан. — У меня требования высокие.

— Верю, — вздыхаю. — Но с этим точно надо что-то делать. Знаешь, когда я думаю, что кто-то из нас троих вдруг решит уйти… нет, не троих — из них двоих: Ника или Аня… я зверею. Серьёзно.

Он усмехается:

— А чья вообще была идея открыть Школу?

Я смотрю на него внимательно.

— Скажу, если пообещаешь эту тайну унести с собой в могилу, — я предельно серьезна.

— Обещаю, — отвечает он без колебаний.

— Моя. Но я всячески пытаюсь внушить им мысль, что это общее решение. А на деле... почти заставила их писать дипломы по нужным темам, идти на нужную практику, а потом начать дело.

— Манипуляция высшего уровня, — усмехается он.

— Не работает! Ника пытается найти более оплачиваемую работу. А с Аней у нас договоренность: если музыка потребует от неё полной занятости, она выберет её.

— Музыка? Не знал. Хотя… я всегда думал, что ей бы пошло быть солисткой рок-группы.

Улыбаюсь, это правда. Но радость быстро сменяется болью. Я отворачиваюсь: в горле вдруг пересохло, а в глазах предательски щиплет.

— А заменить их… — ком в горле не даёт договорить.

Тут же сильные руки обнимают меня, прижимая к себе.

Только не сегодня! Нет, именно сегодня мне как никогда, нужна поддержка, но вот от Руслана — не только она.

Он не говорит ни слова. Стою, чувствуя его ладони на своих предплечьях, его дыхание — где-то в районе виска. Тепло его тела проникает под кожу, разбегается мурашками вдоль позвоночника. Только одно движение — поворот головы — отделяет нас от того, что больше нельзя будет назвать дружбой.

Но я не поворачиваюсь. Не потому, что не хочу, а потому, что так нужно. И он не тянется ближе. Но пальцы на моих руках сжимаются чуть крепче. Тишина между нами длится дольше, чем нужно. Слышу, как сердце бьётся где-то в горле. Хочется дышать медленнее, чтобы он не услышал, как перехватывает дыхание. Затем его объятия размыкаются.

— Спасибо за поддержку, — говорю тихо, чтобы пояснить: его прикосновения я поняла только в этом значении. Только так.

Он не спорит. Не улыбается. Просто смотрит.

— Мы справимся. И, может быть, когда-нибудь научимся впускать людей в свою жизнь, — произносит он фразу, в которой слишком много недосказанного.

Поэтому я уточняю:

— Ты прав. Быть может, наши бизнесы только выиграют, если мы сможем кого-то принять…

Да, сейчас больно. Да, обидно. Но позже… Я буду себе благодарна.

— Видишь, я уже сделал шаг. Тебя попросил заменить меня, — говорит он серьёзно.

— А я тебя помочь нам.

— Делаю вывод: мы доверяем друг другу, — его голос низкий и спокойный. Каждое слово толкает к тому, чтобы прижаться к нему.

Срочно нужно домой.

— Руслан, мне нужен сон, — зеваю.

— Давай останавливаться. В семь утра начало твоей смены. Пойдем, покажу, как открывать и закрывать кофейню.

Он идёт вперёд. Я следую за ним. Смотрю, запоминаю, стараюсь сосредоточиться на инструкции. Когда всё показано и рассказано, он поворачивается ко мне:

— Я провожу тебя?

Я тут же качаю головой и, чтобы не дать себе времени на сомнения, показываю экран телефона:

— Уже вызвала такси. Будет через две минуты.

Мы вместе ждём машину. Он открывает мне дверь автомобиля, провожает меня взглядом, пока не скрываюсь за поворотом. Только тогда я выдыхаю, чувствую, что справилась, не перешла границу.