Как влюбиться в злодея 2

Глава 7: Почему именно ты

Они сидели на склоне холма. Мила держала в руках зонт, который теперь не светился — он стал обычным, словно выдохся. Перед ними — мерцающее небо, позади — мир, который когда-то был её единственной реальностью.

Райвен молчал долго. Смотрел вдаль. А потом сказал:

— Когда ты загадала своё желание, я не просто пришёл. Я… проснулся. Впервые. По-настоящему.

— Но ты был в фильме. Уже существовал…

— Легенда. Образ. Иллюзия. Пустая оболочка. Всё, что ты знала — это витрина. Настоящий я — тот, кого ты сотворила своим желанием.

Она с трудом переваривала это. Он говорил спокойно, без пафоса, но каждое слово отдавало в груди вибрацией.

— Но почему я? — прошептала она.

— Потому что ты увидела во мне не злодея. А мужчину. Ты не хотела спасти меня. Ты просто приняла. Это редкий дар. В твоём мире его путают с наивностью. Но я знаю: это сила.

Он посмотрел на неё. Внимательно. Почти нежно.

— Ты знаешь, чего хочешь. Но не навязываешь. Ты мечтаешь, но не требуешь. Ты — как зеркало, в котором я, наконец, увидел себя.

— Я не… я обычная.

— Нет. Ты редкая. Та, кто способна вызвать меня. А теперь — выбрать.

Мила замерла.

— Выбрать?

Он встал, и его силуэт стал выше, чем сам воздух. Он вытянул руку, и зонт снова вспыхнул.

— Если ты пойдёшь со мной, ты оставишь свой мир. Здесь тебя никто не найдёт. Время течёт иначе. И твоя жизнь станет… ну, не скучной — это точно.

Она вскинула брови:

— А если я откажусь?

Он опустился на одно колено, как рыцарь.

— Я останусь. В твоём доме. На твоём диване. Буду пить кофе и смотреть на кота, который всё ещё подозревает меня в заговоре. Я останусь, если ты выберешь это.

— Но?

— Но я — не человек, Мила. Ты должна это понять. Мои силы… мои тени… моя суть — не из этого мира. Я — желание. Реализованное. И оно не всегда удобно.

Он приблизился и взял её за руку.

— Но я обещаю. Если ты останешься со мной — я сделаю твою жизнь такой, что ты забудешь, как выглядит слово «скука». Я не ангел. Но я стану твоим адом, который будешь любить.

— Это… странный комплимент, — хрипло выдохнула она.

Он усмехнулся:

— Странные времена — странные герои.

Они молчали. А потом Мила тихо спросила:

— А ты вообще… умеешь любить?

Он не ответил.

Он просто поцеловал её. Без обещаний. Без лишних слов.

В этом поцелуе не было нежности. Он был — огнём.
Безумным. Жадным. Почти грубым.
Но ей казалось, что он знал всё, чего ей так не хватало.

Когда он отстранился, Мила уже знала ответ.

— Я выбираю, — сказала она.
— Что? — Его голос дрогнул.
— Тебя. Здесь. В этой странной, непонятной вселенной.
— Почему?
— Потому что в твоём аду — я впервые чувствую себя живой.

Он закрыл глаза. Вдохнул.

И зонт, будто в знак, вспыхнул золотом.