Как влюбиться в злодея 2

Глава 31: Всё исчезает

Это были самые светлые дни в её жизни.
Солнце вставало каждый раз иначе — ярче, теплее. Или, возможно, это она начала видеть его по-другому. С ним. С тем, кого когда-то любила через экран, а теперь — через прикосновения, запах кожи, смех за чашкой утреннего кофе.

Он учился. Он действительно старался — не для мира, не ради своей гордости, а ради неё. Ради них. Глупо путал выключатели. Восхищался обыкновенными вещами: парами, держащимися за руки в метро, ароматом булочной, шорохом страниц, когда она читала вслух.

И он смеялся. Не резко, не презрительно, как в фильме. По-настоящему. Тепло, чуть растерянно. Словно не до конца понимал, что именно в этом смехе такого волшебного, но чувствовал — это правильно.

Они гуляли в парке. Кормили уток. Он строил им замысловатые теории об их «внутренней иерархии». Потом притворялся, что обижается, когда она смеялась. Она гладила его по волосам, а он наклонял голову — как будто ждал ласки, которой его лишали всю жизнь.

Мила смотрела на него и думала: если это сон — пусть он не заканчивается. Если он реальность — пусть мир подождёт.

Но всё хорошее, как назло, не любит тишины. Не любит, когда его замечают.

Это случилось вечером. Самом обычном. Они вместе готовили ужин — он, как всегда, спорил с мультиваркой, а она пыталась спасти ужин от кулинарной катастрофы. Смеялись. Танцевали под музыку из её плейлиста. В какой-то момент он поцеловал её в плечо — неожиданно, тепло. И тогда...

…пришёл свет.

Ослепляющий. Словно разорвавший саму ткань реальности. Он не вломился — он возник, без предупреждения. Как удар молнии, не оставляющий выбора.

Мила вскрикнула, заслонив глаза. Всё вокруг запульсировало — стены, воздух, даже её кожа.

Из света вырвался голос. Нечеловеческий. Гулкий, не имеющий пола.

— Время вышло. Он не принадлежит здесь.

Он обернулся. И впервые с того дня, как появился, она увидела в его глазах страх. Настоящий. Не за себя.

За неё.

— Нет, — сказал он. Голос дрожал. — Я не уйду. Я не оставлю её.

Мила схватила его за руку. Крепко. Она чувствовала, как его пальцы теряют вес. Как его тепло уходит. Как он начинает… исчезать.

— Не ты решаешь, — сказал голос.

Свет усилился. Он зашипел, как огонь, коснувшийся воды. Его силуэт начал распадаться — как дым, как сон, как сцена после титров.

— Нет, нет, нет! — Мила закричала. — Стойте! Он здесь! Он живой! Он МОЙ!

Он вцепился в её запястье. Последним усилием. Его взгляд метался — будто искал способ остаться, уцепиться хоть за что-то в этом мире.

И тогда он посмотрел на неё. В последний раз. Спокойно. Так, как смотрят те, кто принял то, что не может изменить.

— Не забывай, — прошептал он. — Я обещал: я выбрал тебя.

И исчез.

Прямо у неё в руках. Его пальцы рассыпались золотистой пылью. Как в кино. Как в сказке. Только теперь — это было её реальностью.

Мила осталась на полу. На коленях. Пустые руки дрожали. Вокруг — тишина. Только свет уходил, медленно, будто унося с собой кусок её сердца.

Он ушёл.

Но внутри остались слова. Последние. Не как в фильме, не как в сценарии.

А как обещание.