Как воспитать дракона

Глава 1.

— Папочка.

Я вздрогнул и открыл глаза.

Да ну, нет. Эмили сейчас прилежно учится читать с миссис Стэнф. Это я, несчастный, старый и разбитый дракон, мающийся мигренью как минимум раз в месяц, вынужден тосковать, восседая на каменном троне в парадном гигантском зале моего замка…

— Папочка, — прошептал все тот же голосок откуда-то снизу.

— Гриша? Это ты хулиганишь?

Домовой меня недолюбливал: прятался, стоило ему только меня увидеть, и иногда подстраивал мелкие пакости вроде разлитой на пути лужицы или рассыпанной фасоли.

Но вот так — впервые.

— Аааап-чхи! — сказал кто-то под троном.

Ну конечно! Как Владыке Каменных Вершин воду под ноги выплеснуть — это пожалуйста, а как пыль убрать в труднодоступных местах — так это как-нибудь в другой раз.

Ну сейчас я кого-то как поймаю!

Я резко нагнулся и заглянул под трон.

Из темной пыльной подтроньей части на меня смотрели целых четыре глаза: два рубиновых и два — ярко-зеленых.

— Ой, папочка! — прошептали слева, там, где размещались рубиновые глазки. — Тебе уже лучше?

Драконьи боги, как вы думаете, станет легче, если я со своей головной болью совершаю такие кульбиты по трону?

— Конечно, дракончик, — вздохнул я, доставая маленький хохочущий комочек из-под каменного седалища. Гриша вылез сам и тихонько шмыгнул за спинку, притаился.

Но какую бы нежность я ни испытывал, прижимая к себе выпачканную в пыли дочку, надлежало быть строгим отцом.

— И почему же ты не на занятиях, Эмили? — серьезно спросил я.

Эми засмеялась еще задорнее и полезла ко мне на шею.

— Папочка, давай полетаем?

— Эмилия, ты должна сейчас прилежно заниматься с миссис Стэнф: читать и учить цифры, чтобы вырасти образованным драконом.

— А зачем образованным? — спросила Эми. Она вовсю перебирала мои волосы, пытаясь добраться до моих же многострадальных драконьих ушей.

— Затем, — изо всех сил стараясь придать голосу суровость и уверенность, заявил я. — Ты же не хочешь слоняться по горам и поднебесью диким драконом? Страшным, невежественным драконом? — по-моему получилось очень убедительно.

— А слоняться — это летать? Хочу! — радостно заявила наследница рода рубиновых драконов.

Я только вздохнул.

Какой из меня воспитатель… да никакой! А каким простым все казалось! Вот маленькая принцесса, послушная и в чудном платьице, милая и нежная… Из всего желаемого набора мы получили маленькую принцессу в платьице. Правда, платьица Эми не особенно любила, и они ее тоже. Стоило ей только поутру надеть розовые кружева, и уже к обеду платьице вовсю соперничало с тряпками для уборки. Маленький дракончик залезал в самые отдаленные уголки замка, заставляя Лео замирать от страха, носясь за неугомонной дочкой по галереям.

Последние несколько месяцев у нас поселилась бонна. Хвала всем ветрам, тесть мой, король Фердинанд Третий Благословенный оперативно прислал нам спасение в лице миссис Стэнф, и Лео смогла теперь немного больше времени уделять своему отдыху. А это было совсем нелишне — через некоторое время мы ожидали рождения второго дракончика, и вторую беременность Леония переносила куда тяжелее.

Бонна воистину стала нашим спасением. Там, где Лео замирала от страха за шаловливую дочку, там, где я не мог сказать Эмили “нет” — родители ей достались те еще! — справлялась миссис Стэнф.

Маленькие пальчики Эмили копались в моих волосах и мне становилось куда легче. Я сидел, боясь пошевелиться, и наслаждался моментом.

Никакого гоблина с ложкой. Никакого строительного батальона гномов с отбойными молотками. Тишина. Благодать.

— Папочка…

Четырёхлетнее чудо, которое я до сих пор не могу осознать как реальность, подпрыгнула. Я охнул.

— Папочка, а Бруно уже суп варит! И голем ворота открывает! А можно я полечу к воротам?

— Нет, — сказал я и снял скачущего дракона со своей шеи.

Эмилия надула губы. У неё это получалось очень убедительно, особенно когда она смотрела на меня своими огромными глазами, в которых плясали золотые искорки — магия, пока еще непредсказуемая, как весенний ветер в горах.

— Па-а-апочка...

— Эмилия, мы же договаривались: сначала занятия, потом полёты. И только со мной. И только после того, как ты уберёшь свои игрушки.

— Скучно, — вздохнула Эмилия.

— Безопасно, — заявил я.

— И неинтересно.

— Жизнь вообще штука сложная, — философски отметил я. — Вот вырастешь — узнаешь.

Эмилия посмотрела на меня с сомнениями. В свои четыре года она уже отлично понимала, когда ее папа несёт чушь.

Тут нас и обнаружила бонна. Все утро она посвятила поискам ускакавшего с урока дракончика и чуть не плакала, потом они с Эмили торжественно мирились у камина и обнимались.

— Прошу вас, господин Ронар, — попросила бонна, — не будем сообщать вашей супруге об этой проделке мисс Эмили. Ей сложно пока привыкнуть к порядку. Но она добрый и ласковый ребенок. И постарается так больше не делать. Так, мисс Эми?