Как воспитать дракона и его детей

Глава 13

Неторопливо поднимаемся по каменным ступеням, ведущим к замку, который в темноте кажется пугающим и зловещим, как на готических картинках. Как он выглядит при свете дня, узнаю завтра, если доживу, конечно. Слишком много запугиваний касательно Юстиаса.

- Забыл представиться, - подаёт голос мужчина, когда мы добрались до стены, которая тут, по всей видимости, выполняет роль забора. – Маолин Чен, но для друзей просто Мао.

Мао запомнить проще, потому несколько раз прокручиваю в голове его имя, чтобы не забыть, как обычно, в одно ухо влетело, в другое вылетело, и следую в арку, ведущую к зданию. Лошадиное ржание доносится до моего уха, наверное, конюшни расположены где-то слева. А над головами невообразимо красивое звёздное небо с огромным жёлтые лунным кругом. И, если бы не мокрое платье и чужой мир, не страх перед неизвестностью и боль в лодыжке, я бы насладилась этим зрелищем.

Мао толкает дверь, и мы оказываемся в просторном холле, слабо освещённом несколькими круглыми шарами, размещёнными под самым потолком. Странное электричество, но то, что оно здесь имеется, уже прогресс. Может, найдутся и телефоны, чтобы позвонить. Хотя, что-то мне подсказывает, что звонить здесь некуда.

- Тицес, - обращается к кому-то Мао, и я не сразу различаю тень, отделившуюся от стены, подобно призраку, и жду, что будет дальше. – У нас гостья. Няня для детей. Попроси подготовить для неё комнату.

Кажется, здесь меня действительно не ждали.

- Если прикажет хозяин, - замечает на это мужской голос, обладателю которого, по всей видимости, где-то около шестидесяти.

Кажется, у этих двоих некое противостояние. Интересно, Мао в Хорно Элсе в роли кого? Вряд ли слуги, потому что его одежда куда добротнее, чем подобает прислужнику. Друг? Тогда отчего ему откровенно хамят? Родственник тоже не подходит.

- Берхольдт у себя? – интересуется он, устанавливая чемодан к стене.

- Ирцог Юстиас, - снова замечание от вредного слуги. – Следует соблюдать иерархию, Маолин, и быть благодарным своему хозяину.

Всё же хозяин?!

Тицес делает два шага из темноты, и передо мной возникает обычный седовласый мужчина, не потерявший волос, в просторной белой рубашке, поверх которой жилет и шейный платок. Его лицо довольно приятное, если не брать в расчёт слов, сказанных китайцу, или кем является этот Мао.

- Мы ждали вас только завтра, - негостеприимно отзывается мужчина.

- Предлагаете мне переночевать на улице и вернуться, когда рассветёт? – вступаю в диалог.

Не знаю, отчего этот человек так гнёт пальцы, но банального радушия, которое должно быть свойственно людям, не имеет.

- Остра на язык, долго не протянет, - неизвестно кому говорит.

- Не обращайте внимания, Марголия, - с лёгкой усмешкой звучат слова Мао. – Тицес любит бурчать, и чем ближе ночь, тем больше его недовольства, а всё потому, что на него действует луна.

Скрежет, будто кто-то царапает пол, и невольно опускаю глаза. Передо мной волчьи лапы, чьи когти впиваются в доски, а сверху всё тот же седовласый камердинер.

- Что взять с оборотня, - слышу шёпот у самого уха, и чувствую, что в этом доме, по всей видимости, мне придётся впечатляться изо дня в день. – Идёмте, дорогая, я представлю вас Берхольдту, - нарочито громко Мао называет имя Юстиаса, утаскивая меня за собой в тёмный коридор. – Он вообще хороший, - решает заступиться за Тицеса. – Но несколько дней в месяце пытается совладать со своим внутренним зверем.

- И много у вас таких? – хромаю за ним, попутно осматривая чернеющие рамы портретов на стенах, пока сами полотна умело прячутся в темноте.

- На острове? Только Тицет.

- А как же драконы?

- Весь род Юстиасов относится к знатным высокорождённым драконам, ведущим свою историю от Первого дракона. Но на них полнолуние не действует. Думаю, вам это известно.

Стыдно признаться, но нет. И что я должна ему ответить?

- Дело в том, что меня воспитывала тётушка: властная и злая. Она не давала мне книги, не рассказывала о мире.

- Удивительно, но ваша речь слишком правильная для человека, которого ничему не обучали.

- Для слуги ваша речь тоже слишком грамотна, - решаю не отставать от него.

- Уверен, мы подружимся, - расплывается в улыбке Мао.

Не учили ничему. Ну да, ничему. С детства два языка – русский и английский в совершенстве. Немного испанского, потому что бабушка по отцовской линии наполовину испанка. Класс с углубленным изучением математики, которая, к слову, мне тяжело давалась, но всё же закончила школу я с золотой медалью. Кружок актёрского мастерства, прикладное творчество с лепкой и росписью стекла. Потом цирковое училище, а следом направление кинологии РГУНХ им Вернадского.