Как выбесить дракона. Инструкция для попаданок

5. Сагдар, глава ордена Драконов

Сагдар смотрел на подлетающих заклинателей и слушал, как шуршит трава за спиной. Подлая наемница кинулась в горы — тем хуже для нее. Смерть в лапах одержимого медведя будет ей достойной наградой.

— Что эти достопочтенные забыли в землях драконов? — спросил он, когда заклинатели сошли с мечей.

Непрошеные гости молча бросились на него. Почувствовав ликование хозяина, Инчжен выпустил сноп серебристых искр и вспорол воздух смертоносными росчерками стали. Сагдар не спешил окутывать себя драконьей сутью, ему надо было сорвать на ком-нибудь свою ярость и боль. Он бился, как обычный заклинатель, радуясь, когда мечи нападавших задевали его доспехи. Достойный противник — честь для воина. То, что их трое на одного, он предпочел забыть.

Бой длился достаточно долго, чтобы Сагдар смирился со своей участью. Его сознание снова стало подобно озерной глади в безветренный день. Если, конечно, не считать, торчащего из спокойной воды острого сучка, которым стали слова наемницы. “Жизнь, которую может сломать всего одна тощая попаданка, — это не жизнь, а полное черти что”, — сказала она. Он не знал, что означают слова “черти что”, но судя по тону, которым она это сказала, это было что-то нехорошее, жалкое.

— Зачем вы пытаетесь меня убить? — холодно спросил он у своих запыхавшихся соперников. — Неужели глава ордена Заклинателей настолько жалок, что не надеется выиграть императорский отбор честным путем?

По вспыхнувшим лицам противников он понял, что попал в точку. Его слова вывели из себя этих неудачников. Они стали делать ошибку за ошибкой, и Инчжен окрасился кровью. Сагдар усмехнулся уголком губ: “Знали бы, что умирают зря. Я потерял право участвовать в отборе и больше не соперник главе Магжану”.

Сбоку сверху раздались крики. Сагдар поморщился: прибыли соратники. Рано. Ему бы еще побыть одному… Подумал, и тут же вспомнилась наемница, которая кричала о том же…

— Сзади, сзади, глава!

Сагдар взвился вверх. По склону, разбрасывая ошметки тьмы, скакал одержимый медведь. Его тело раздулось от некромагии, аура воняла так, что цветы вяли.

Заклинатели, услышав драконов и увидев бегущего монстра, встали на мечи и со свистом унеслись вдаль.

— Сагдар, поднимайся! — крикнул Тэмин.

Глава упрямо покачал головой. Пригнувшись, он ждал зверя. Легким движением скользнул в сторону, когда тот был всего в кане от него, отсек чудовищу голову и взлетел, освобождая место друзьям. Тэмин и Анджун слаженным движением набросили на останки медведя небесную сеть и уже хотели сжечь, но Сагдар жестом остановил их. Он приподнял край сети кончиком меча, вспорол живот зверя и с сожалением убедился, что в его желудке не было остатков наемницы.

— Ты чего творишь? — удивился Тэмин.

— Почему улетел один? — толкнул плечом Анджун.

— Потому что дурак, — ответил Сандар, очистил меч заклинанием и вложил его в ножны.

Друзья рассмеялись, но смех быстро стих. Между ними разлилась тревога.

— Что случилось? — осторожно спросил Анджун.

— Я коснулся женщины, — не стал ходить вокруг да около Сагдар.

Тэмин и Анджун оглядели горы, казавшиеся пустынными. Ну, птички, ну, одержимый медведь или другая нечисть. Но откуда тут, за пределами охранных контуров, взяться женщине?

Сагдар объяснил.

— Чужестранка. Несла что-то на незнакомом языке, потом перешла на наш. Хитрая и изворотливая. Сделал вид, что сбежала в лес, но раз одержимый медведь ее не съел, значит, обогнула вершину и ушла в город, — он помолчал и сказал ледяным голосом: — Я должен узнать, кто послал ее прежде, чем убью.

— Думаешь, это могут быть не кланы, а… — многозначительно приподнял бровь Тэмин.

Сагдар кивнул.

— Глава, до начала отбора еще неделя… Если мы ничего никому не скажем… Они, кто бы они ни были, подумают, что у них не вышло… — сказал Анджун.

— И выдадут себя! — встрепенулся Сагдар.

— Советник Анджун такой мудрый. — Тэмин довольно погладил друга по спине, а тот дернулся, мол, я тебе, котенок, что ли?

Сагдар повеселел. Да, его жизнь рухнула. Но в пропасть он полетит не один.

— Давайте искать следы наемницы, — сказал он друзьям, и они поднялись в воздух.