Как выбесить дракона. Инструкция для попаданок

28. Мудрость принцессы

Пока в разбирательстве повисла тревожная пауза, Анджун принялся утешать все еще рыдающую Дарину.

— Дара, все позади. Ты цела, твоя наставница тоже. Не надо больше плакать, успокойся. — Он подозвал одного из лекаря и с раздражением спросил: — Почему вы бездействуете? Неужели нельзя дать успокоительное?

Дарина мысленно выругалась. Весь этот спектакль у нее уже в печенках сидел, но деваться было некуда. Если она будет вести себя адекватно, то, возможно, придется объяснять, почему у нее нет опознавательного жетона. “Кстати, где его вообще берут и почему Мара мне о нем ничего не сказала?” — задумалась она, пока лекарь отсчитывал капли, падающие в чашу с водой из темно-синего флакончика. “Так, надо настроиться… Чего бы ответить Анджуну?” — озадачилась она, а потом ляпнула первое, что пришло в голову:

— Н-не могу… глава Сагдар меня убьет…

Все, кто слышал ее слова, дружно посмотрели на главу ордена Драконов. Он же наконец-то соизволил обратить внимание на Дарину.

— С чего ты… С чего ты взяла? — Анджун аж поперхнулся.

— За то, что я на него упала-а-а…

Дарина закрыла лицо руками и затряслась. Ей стало смешно, а кому бы не стало? За какую-то неделю дважды умудрилась свалиться на голову на одному и тому же мужику! Послышались шаги и совсем рядом, на уровне ее лица раздался приятный мужской голос:

— Дара, ты упала не по своей воле. Поэтому тебя никто не убьет и не накажет. Мне жаль, что вы с наставницей пострадали, и я очень рад, что мы с Анджуном успели поймать вас.

Дарина поперхнулась смехом, убрала руки от лица и в изумлении уставилась на Сагдара, который стоял перед ней на одном колене и смотрел на нее с сочувствием и заботой. “А что, так можно было? Ничего себе шок-контент… Вы бы на горе себя так вели, глава, меньше проблем было бы. Отвезли бы меня в Авант, объяснили все императору, вам бы другой кулон выдали, и не было бы сейчас вот этого цирка с разбирательством!”

— Дара… Все будет хорошо. Я позабочусь о тебе и танао Маре, — сказал Сагдар.

Он произнес это так, что злость Дарины вдруг утихла. Она чувствовала: не врет. Как не врал, когда говорил, что найдет и убьет. И это было неожиданно приятно. Ей в жизни таких слов не говорили: “Позабочусь о тебе”. Может, она не с теми мужчинами встречалась, может, не за того замуж вышла, но простите, других рядом не наблюдалось от слова совсем. Дарина нащупала в кармане “Дао Дэ Цзин”, чтобы обрести пошатнувшееся душевное равновесие, и выдохнула:

— Я верю вам, глава.

И открыла рот, потому что Сагдар вдруг улыбнулся. Ей. По-доброму. Ободряюще. Уверенно. Ослепительно красиво.

— Глава Сагдар, министры, вас вызывает император! — громко сказал кто-то.

Внутри Дарины что-то протестующе всколыхнулось, когда дракон снова стал серьезным. Губы сжались, брови нахмурились. Он встал и последовал за теми, кто уже выходил из зала. Советник Анджун не пошел, остался с ними.

Сагдар на ходу продумывал, как действовать дальше. Никакого плана у него не было, потому что он не мог знать наверняка, как поступит танао Мара. Напрямую просить ее о помощи он не мог — на императорском допросе она не смогла бы солгать в ответ на прямой вопрос. Сагдар даже не знал наверняка, будет ли Мара ему помогать, он полагался лишь на свою интуицию. Хорошо, что она его не подвела и все сложилось наилучшим образом.

На входе в приемный зал всех тщательно обыскали, заставили сдать оружие и только потом впустили внутрь, где на тронах сидели император, императрица и принцесса. Перед ними стоял взбудораженный начальник охраны. Министры привычно разошлись по своим местам. Сагдар поклонился царствующей семье и остался стоять.

— Глава Сагдар, присядьте, — недовольно сказал император. Он был раздражен тем, что праздник оказался испорчен.

Сагдар присел на скамью рядом с министром финансов.

— Ваше императорское величество, и все же я настаиваю. Праздник надо отменить. Подскасуки очень опасны. Несколько месяцев о них ничего не было слышно, значит, это было неспроста — они готовились творить хаос в Аванте. Ранее они уже уходили в подполье, и всегда это заканчивалось большими жертвами, потому что за время их бездействия мы теряли бдительность.

— С ума сошли? Это не какой-нибудь сельский праздник, это императорский отбор! — выкрикнул император.

— Поддерживаю! Примите меры, если боитесь нападения, но ни о какой отмене не может быть речи, — сказала императрица. — Министры? Что скажете?

Мнения разделились. Одни, например, министр финансов, были за продолжение отбора, пусть и без главы Сагдара, чтобы не тратиться на праздник еще раз. Другие, в том числе военный министр, настаивали, что безопасность людей и императора важнее, чем денежные затраты.

— Как просто вы рассуждаете! Продолжить праздник? А вы готовы взять на себя ответственность за то, что может случиться? — упрекнул министров начальник охраны. — Только благодаря драконам, у нас на руках нет двух трупов! Если бы не глава Сагдар и его помощник, праздник мог превратиться в трагедию!

Министры прониклись и перешли на его сторону.

— Если отменим праздник из-за угрозы взрывов, что о нас подумает народ? Что мы спасовали перед бандой Подскасук? — прогремел император.

В зале воцарилась тишина. Возразить было нечего, но и отвечать за трагедии никто не хотел.

— Отец! — Принцесса подняла руку. — Могу я кое-что сказать?

— Что? — по инерции рявкнул император, но быстро смягчился: — Ох, конечно, доченька, говори.

— Глава Сагдар поступил благородно. Он испортил кулон, коснувшись женщины, и потерял право претендовать на союз со мной, ради того, чтобы предотвратить беду. Разве мы не должны поступить так же достойно? Давайте объявим, что праздник переносится, чтобы глава Сагдар снова смог участвовать в отборе. Таким образом, мы не будет рисковать людьми и поступим справедливо. Народ обязательно одобрит это решение.