Как я попала сюда

Новое начало

-Анна, иди сюда.

- Ну мама, я хоцю этот наляд.

- Дорогая, мы не можем себе этого позволить.

- Но, я хоцю, мама.

- Я сошью тебе точно такое же платье.

- Плавда?

- Обещаю. А сейчас скорее возвращаемся домой к тете Эмме, мы и так задержались в городе.

- Да путисествия. Ула.

Я смотрела на свою Анну и любовалась. Все – таки жизнь иногда делает потрясающие подарки. Анна – это мой самый большой подарок , мое самое драгоценное сокровище, мое счастье.

Ой, кажется, я пропустила много глав из своей жизни. Простите, вы видимо не готовы были к такому неожиданному повороту. Но, думаю матери  меня поймут , ведь после рождения ребенка прошлое как – будто исчезает и жизнь начинается с чистого листа. Я родилась в один день с Анной. Родилась заново. В моей жизни не стало меньше лишений и труда, но в ней появился смысл и свет. Свет, что озарил все вокруг.

Но , давайте все по порядку. Вы спросите, Анна – дочь графа? И я отвечу – Да . Знает ли он о ней? Нет. Не знает. Я посчитала это опасным для Анны. Он может и принял бы ее, но законной она бы никогда не стала. А какую участь Анне бы избрали леди Элизабет и леди Гарриэт я не знаю. Но уверенна, что эта участь не была бы завидной. Из города мне пришлось уехать в деревню, которая находилась неподалеку ,к тетушке Эмме. Нет Эмма не моя родная тетка, но за 3 года таковой стала. Кто такая Эмма? Родная сестра старушки Мэри, которая в день моего отъезда из графского поместья, обливая меня слезами, дала мне лист бумаги, на котором было написано кем то, так как Мэри писать не могла, письмо ее сестре Эмме. А сверху адрес.

- Доченька, если тебе нужна будет помощь, то обратись к моей сестре и вручи ей это письмо от меня. Эмма старушка добрая и ласковая. Обогреет тебя. Ох, я бы все отдала , чтобы ты осталась здесь , подле меня. Ты мне как родная стала, дитя мое. Была бы моложе , я бы все бросила и с тобой поехала. Да здоровье не то совсем, боюсь обузой для тебя стать. Прощай моя девочка, прощай Катрин. Пусть Бог хранит тебя.

- Прощай Мэри. Не переживай .Со мной все будет хорошо.  Я справлюсь.

Вот так мы простились с доброй старушкой Мэри. И вот так благодаря ей я оказалась у ее сестры Эммы. Но оказалась не сразу. Сначала я все же обосновалась в городе. К Эмме я обратилась лишь на пятом месяце беременности, когда живот уже нельзя было скрыть.

А что с графом? Спросите вы? Граф женился на леди Элизабет. Когда я покидала его дом, то он предлагал мне купить домик в городе и поселиться там. Но я отказалась, я объявила, что не хочу быть его содержанкой и любовницей и что от всей души желаю им с Элизабет семейного счастья. Это была неправда. Я от всей души желала им отправится ко всем чертям, но конечно вслух этого не произнесла. Тогда граф, буквально силой заставил меня взять деньги. Довольно значительную для меня сумму денег. Я всячески пыталась отказаться и даже выбросить эти деньги по дороге в город. Но потом, включив здравый рассудок, я все же их сохранила и какое то время они меня кормили и даже давали крышу над головой. Но я знала, что любые деньги имеют неприятное свойство- заканчиваться. А поэтому сразу же устроилась на работу. Молодой одинокой девушке в наше время не так легко найти пристойную работу без рекомендаций , так что я не привередничала и  устроилась прачкой в прачечную.

Труд был изнурительным. Принести воду, нагреть в большом чане. Перед стиркой белье отсортировать по цвету и по степени загрязнения. Наиболее грязную одежду замочить в щелочи, потом кипятить. Грязь и пятна отскребать с помощью стиральной доски, но ее нельзя  применять, например, для платьев из легкого шелка – иначе от них просто ничего не останеться. Одежду стирать в большой лохани. А потом отжать белье вручную получше, чтобы оно просохло как можно быстрее. Когда белье высохло, начинать   глажку. Утюг, кстати,  весит, как хорошая гантель. Чтобы нагреть такой утюг, его нужно прислонить к кухонной плите. Для глажки требуется несколько утюгов, потому что они быстро остывают. И так  изо дня в день приходилось наклонятся над лоханью, получая в придачу к заработанных грошам боль в спине, руках и во всем теле, красное от пара лицо и цыпки на руках из-за постоянного соприкосновения с щелочью. А еще ко всему прочему, через какое то время, добавилось головокружение и рвота. Сначала я думала, что это от щелочи, но потом прачки постарше ,мне объяснили, что это ни что иное как -беременность.

Обрадовалась ли я этой новости? Честно признаюсь, в начале я пришла в ужас. Оказаться одной с ребенком на руках – это позор и осуждение со всех сторон. И позор не только для меня , но и для ребенка. Я сама пережила это. В детстве с меня смеялись и дразнили  подкидышем и дитем блудницы. Первым моим желанием было отправится к графу и сообщить ему о ребенке. Но я подавила в себе этот порыв, когда , однажды  возвращаясь с работы, купила газету и обнаружила там статью, в которой красочно описывалась роскошная свадьба графа Натана Дартмута и его супруги графини Элизабет Дартмут . Я не была уверенна , что кто либо и даже сам граф обрадуются новости о ребенке. Девочки и женщины в прачечной предлагали разные варианты, кто то советовал поскорее найти мужа, пока еще живот не заметен, кто то  предлагал избавится от ребенка.  Но я знала твердо, что никогда не выйду замуж за того, кого не люблю и никогда не убью жизнь внутри себя. Поэтому я отмела все варианты  и работала сколько могла, пока живот был незаметен . Благо девочки меня не выдавали и даже помогали в работе. Но когда скрывать живот уже было невозможным, я вспомнила про сестру Мэри - Эмму и отправилась к ней, чтобы, если она меня примет, родить в деревне, подальше от людских глаз и общественного осуждения.

Эмма , как и Мэри, оказалась очень доброй и ласковой старушкой. Прочитав письмо от сестры, которое я  ей вручила, она  без раздумий приняла меня в свой скромный и такой уютный домик. Жила она в нем сама. Муж ее умер, а двое детей погибли от болезни еще в младенчестве. Увидев же мой округлившийся живот, она не стала меня осуждать и даже спрашивать об отце ребенка. Все, что она сделала, так это радостно заохала.