Как я провела это лето

- Эпилог -

На следующее утро об этом говорила вся деревня. К нам даже журналисты какие-то приезжали, правда, бабушка никому не разрешила взять у меня интервью. Полицейские и родители долго пытались выяснить у нас, что тогда произошло, но почему-то никто из ребят не рассказал ни про венок из кувшинок, ни про Наташку, ни про хоровод утопленниц. Только про маньяка. И я тоже молчала. Даже бабушке не призналась. Только подтвердила, что именно этого мужика я и видела, когда Дашка пропала. И Наташка.

В новостях сказали, что он сбежал из сумасшедшего дома и долго бродил по лесам, пока не объявился в окрестностях Лиходеевки.

Никиту и Лизу выписали из больницы, но они вообще не помнили тот вечер.

Мама была в шоке. Она звонила и ругалась, звала домой, но я не поехала.

Я решила побыть тут с бабушкой как минимум до конца лета, как и планировалось. А может быть, вообще тут останусь жить и буду ходить в школу в соседней деревне, на велосипеде вполне можно туда добираться.

Я не хотела уезжать. Мне ещё не все чудеса леса показали, обещанных лисичек и зайчат я так и не видела. Марика говорила, что осенью тоже очень много всего интересного, а уж зимой!.. И бабушка обещала меня много чему научить: гадать по картам, и будущее предсказывать, и заговорам всяким.

Расстраивала только коряга, которая выросла и очень сильно напоминала человеческий силуэт, у неё почти не было цветов и листьев, только толстенные ветки, похожие на руки и ноги…

***

… Вдруг раздался удар молнии, такой мощный, что свет в комнате погас, а экран ноутбука чуть потемнел, переходя на экономный режим. Я скорее сохранила текст, а то вдруг совсем отключится. Будет обидно, если сочинение не сохранится, я его неделю писала.

Правда не знаю, можно ли его в школе показывать: мне же никто не поверит. Скажут, что фантазия очень сильно разгулялась.

В окно кто-то постучал, я вздрогнула. Я была дома одна, бабушка опять ночевала у подруги из соседней деревни.

По подоконнику с той стороны расхаживал ворон и время от времени стучал по стеклу. На лапке у него блестело серебряное кольцо. Не может быть! Это что, то самое кольцо, которое я ему отдала? Но оно же было гораздо шире, а это совсем узкое.

От разглядывания ворона меня отвлекло движение на заднем плане: около сарая шевелилась тёмная фигура.

Совсем распоясалась! Это надо прекращать…

Я надела дождевик, сапоги и вышла из дома на задний двор. Было темно, но то и дело сверкали яркие молнии. На мгновение очередная вспышка осветила дом, и мне померещилась на его месте старая маленькая избушка с соломенной крышей, поднятая над землей на сваях. Но это длилось всего лишь секунду, и дом обрёл свой прежний вид.

Я повернулась к сараю. Около него корчилась Дашка, пытаясь высвободить ноги из земли: они, сросшиеся вместе и покрытые корой, по колено утопали в почве. Она вся выглядела как деревянная кукла, начиная от пожелтевшего лица, похожего по цвету на древесину и казавшегося неестественно твёрдым и заканчивая резкими, отрывистыми движениями, как у робота. Ещё одна вспышка молнии, и она меня заметила.

ー Ты! ー воскликнула она. ー Это всё из-за тебя! И из-за твоей бабки!

Я не стала с ней спорить, молча открыла дверь в сарай. Там на стене в специальном креплении висел, блестя чистым лезвием, топор. И я твёрдо решила, что если я хочу тут жить, то хватит бояться и убегать от неизбежного, нужно действовать.

Только бы не забыть потом дописать в сочинении, что в лесу нашли самую первую жертву маньяка.