Как Яга зятя искала

Глава 2

Марфа повернулась, с сожалением посмотрела на верхушки деревьев и глубоко вздохнула. Лес шептал, волновался, словно знал что-то, но не хотел поделиться с ней.

Она упрямо топнула ногой и быстрым шагом направилась к дому. Ничего, у неё ещё много времени, ещё целая жизнь впереди.

У избушки стоял вороной жеребец. Не просто конь, а именно жеребец. Он был размером намного больше, чем обычные животные и глаза его горели огнём. Красные всполохи так и рвались наружу. Грива коротко подстрижена, а вот хвост наоборот спускался шелковым водопадом до самой земли и стелился покрывалом.

Понятно, это чтобы Кощей следы заметал. Уж больно он осторожный, хоть и Бессмертный. Но видимо на него так подействовало заточение, которое предок Царя организовал за нарушение магического равновесия. Никто не знает в чем именно заключалась вся эта история, но результат был налицо: осерчал Царь-батюшка на Кощея Бессмертного и заключил его в кандалы на добрую сотню лет в глухом подвале дворца. И не просто заключил, а замуровал пленника без пищи и воды. Как тот разумом не поехал, вообще непонятно, но пришёл какой-то Ваня и нечаянно его выпустил… Видимо замучило любопытство мальца, вот и решил посмотреть, что там за стеной такое интересное скрывают.

Интересно конечно узнать, почему Кощей вообще подчиняется царствующей семье, почему не стал мстить?

Только бабушка об этом не говорит, да и сам он молчит.

Когда Марфа ещё маленькой девочкой была, Кощей впервые заехал к ним и очень испугал ее. Все же было в нем что-то нечеловеческое, что-то неживое, которое и умереть не может, потому, что не живет. Она тогда подошла и спросила со своей детской непосредственностью, слышала разговоры, вот и стало интересно.

Он только пронзил ее взглядом, как кинжалом кольнул, но пожалел, до боли не достал.

— Ты многого не знаешь и не поймёшь. Не стоит совать свой маленький курносый нос куда не следует. Да и чем меньше знаешь, тем крепче спишь.

После этих слов он расхохотался каким-то гулким смехом, так что бабушка прибежала и увела ее в другую комнату.

Она тогда сильно его испугалась, даже в чулане пряталась если он снова появлялся в их избе.

Но время шло и однажды этот странный мужчина с голубой кожей снова приехал к ним и велел позвать ее. Марфа вышла застыв как изваяние.

— Боишься меня?!

Боялась, но только нахально вздёрнула свой носик решив не признаваться ни за что на свете.

— Нет!

— Прям совсем?

— А нужно? Что за нужда вас бояться?

Он рассмеялся и погладил ее по голове:

— Вот и молодец, страх делает нас слабыми, он уничтожает все живое вокруг, сьедает душу и останавливает сердце.

— А у вас есть сердце и душа?

— Она у всех есть, но не все ее с собой носят.

— Это как это? — Марфа аж на месте подпрыгнула. — Что же ее можно вытащить и в платочек завернуть?

— Все можно, если осторожно.

Тут вмешалась бабушка все время стоящая рядом и внимательно наблюдавшая за их разговором.

— Довольно, много будешь знать, скоро состаришься.

— Старятся от времени которое нужно для того, чтобы много узнать — завредничала девочка.

— Молодец Яга, смотри какую умницу воспитала. Не девка, а огонь, далеко пойдёт.

Бабка засуетилась и словно испугалась чего:

— Не нужно ей никуда, замуж отдам, наследницу родит и пущай лес держит. Наше дело маленькое, мы лесные ведьмы, для того и нужны чтобы в природе порядок поддерживать.

Марфа уже тогда была с ней категорически не согласна, в конце концов, что за полная чушь? Зачем нужен посредник между ней и предназначением? Зачем ей муж, когда она и без него вполне может справиться с обязанностями?

Но вот Ягу убедить было практически невозможно, что-то прям важное она видела в этом действии.

— Ты так смотришь на моего коня, словно есть хочешь.

Насмешливый голос Кощея вывел ее из воспоминаний.

— Твоего коня не угрызешь, ему наверное столько же лет, как и этому миру.

— Даже больше — засмеялся гость.

— А вы к нам зачем пожаловали?

— Да как обычно… Тебя не было и бабка сама распорядилась.

Марфа кивнула скрывая улыбку. Да уж, ходок он конечно ещё тот. Вроде вечность прошёл, а ничто человеческое ему не чуждо, все так же любит простые радости с брибамбахом.

— Ну тогда ладно.

Она собиралась проскользнуть мимо него в избу, нужно выложить набранные травы на сушку, но следующий вопрос буквально припечатал ее к земле.

— Никак влюбилась?

Марфа почувствовала себя как в детстве, тот же страх и интерес.

— С чего бы это? Никто мне не нужен, да и кандидатов не видно. Разве если только Леший из леса.

Марфа постаралась придать голосу беззаботность, но Кащея было не обмануть.

— Да ладно тебе, вон как сердечко трепещет, дыхание сбивается, вся горишь.

— Вот точно! А я все думаю, что со мной не так. Это я простудилась, заболела как пить дать. Некогда мне тут стоять, пойду отвар готовить, лечиться нужно сразу начинать.

Он снова захохотал:

— Да что ты девка, ты с младенчества ни разу хворью не страдала, бабка на тебя печать положила. Так что это точно не болезнь, это что-то другое, ну или кто-то.

— Да ну тебя! Это у вас на старости лет любовь-морковь, а мне некогда, мне тут ещё дел непочатый край. Вон в деревню поспешать нужно, скоро жене пастуха рожать, а я ещё не готова.

Марфа ринулась в дом подхватив свою корзинку. Вот и правда, что она все о глупостях, там же ее ждут и она сама им сроки на сегодня назвала.

Не то чтобы любила и восхищалась процессом появления новой жизни, но больше все равно никого не было чтобы облегчить участь роженицы. Последняя повитуха испарилась в неизвестном направлении лет сто назад.

— Она и без тебя родит. Ты же и сама знаешь, что бастарды всегда крепче, чем остальные.

Знала и упорно не могла понять, как будущая мамочка собирается рассказать мужу о том, почему мальчик огненно рыжий… Но это уже не ее забота.