Каларис. Останется двое

Экстра 1.2

Джед выбрал один из своих старых эскизов. В старшей школе он увлекался монохромным рисованием. Часто изображал на космические мотивы: звёздные системы, планеты… Вот и решил изобразить планеты Солнечной системы прямо по линии позвоночника. В планах были и другие эскизы, но для первой он взял именно этот — тот, что связан с Землёй.

Гафар, хоть и официально фельдшер, по призванию точно был тату-мастером. Вот только как профессию в демпарке это не принимали и платить валютой не могли. Так что подобные мастера получали оплату натурой — чаще товарами из маркета, реже помощью в каком-то деле.

Они поднялись на второй этаж, Джед прошел в «кабинет» Гафара. Здесь, в отличие от остального дома, действительно было чисто. Видимо, у Гафара хватало энергии на уборку только одного помещения.

Вместе они быстро перерисовали эскиз со скетчбука Джеда на несколько листов. Вырезав нужные части, Гафар стал готовить рабочее место и инструменты.

— Зря ты облегающее надел. Придется дать тебе свое.

Джед оглядел Гафара с ног до головы и показательно скривился.

— Если только она не такая, как на тебе.

Гафар закатил глаза.

— На верхнем этаже пожил и теперь нос воротишь? Ты ещё в Парадиз не попал, а уже такой высокомерный. Раздевайся давай.

Пока Джед стягивал верх, Гафар вытащил из-под стола табурет и разместил его около стола. Джед бросил водолазку на подоконник и занял место за столом.

— Опирайся. Сегодня первую половину сделаем.

— За это время мог и кушетку выкрасть. — проворчал Джед, не пропуская возможности поддеть.

— Я бы на твоём месте поменьше дерзил. Это тебе сейчас колоть будут, а не ты.

— Молчу-молчу. — хохотнул Джед, чувствуя как Гафар наносит раствор на спину, а позже и первую часть трафарета.

Джед почувствовал резкий запах спирта, которым Гафар распылил на лист бумаги.

— Подумать только — уважаемая профессия, врач… А крадёт препараты прямо из-под носа Канцелярии.

Гафар не сдержался и дал парню лёгкий подзатыльник. Взяв стопку ручек, которые Джед притащил с верхнего этажа, он заправил одной самодельную машинку. Состояла она из моторчика, струны, проводков и батарейки. Официальной разработкой нормальной машинки заниматься никто не разрешил, так что все обходились самодельными средствами.

— Не пойман — не вор. Так... Ты проверял чернила на коже?

— Да. Реакция нормальная. Чернила качественные.

Медленно сняв трафарет, Гафар вскоре приступил к работе. Джед смирно замер на табурете, прислушиваясь к ощущениям: было не так больно, а иногда покалывания были даже щекотными. Приноровившись к делу, Гафар продолжил разговор:

— И как там наверху?

— Как везде, только товары лучше. После демпарка ощущается как отпуск. Гуляешь себе после учёбы, получаешь валюту ни за что. Знай только правила не нарушай.

— Но ты, конечно, нарушаешь.

Резко Джед почувствовал как в один из позвонок «стрельнуло», он сжал зубы покрепче готовясь и к следующему такому всплеску, но боль в ту же секунду прошла.

— Ну скучно же.

Джед, хоть и не мог смотреть на Гафара, был уверен, что тот закатил глаза.

— Я ещё когда учился, ты уже из травмпункта не вылезал.

— Всяко лучше, чем дома. — прошептал Джед. — А ты чего не на работе, господин врач?

— У меня самопровозглашенный отпуск.

— Всем бы так.

— А ты чего припёрся? Знал, значит, что я дома.

— Как чувствовал. А так, хотел до возвращения отца свалить куда-нибудь.

— Он так и работает во втором районе?

— Ага. Утром уходит, под ночь возвращается.

Джед скривился, то ли от боли, то ли от нелюбимой темы разговора. Медленно обсуждение переключилось на уход за татуировками и пирсингом, так и прошла бóльшая часть дня. С небольшими перерывами на размяться Джед ходил по комнате и разминал плечи, вдруг его взгляд зацепился за угол кабинета.

— Смерти не боишься? — он указал на заклеенную чем-то камеру.

Гафар махнул рукой, крякнув.

— Наказание за камеру поменьше, чем за вот это. — он кивнул на стол, заваленный инструментами и баночками с чернилами.

— Справедливо. — Джед тихо хмыкнул и снова занял место, готовясь на последний рывок в рисунке.

Когда же первая половина была закончена, Гафар закрепил заживляющую плёнку. Джед довольно потянулся, щёлкнул пальцами, привлекая внимание, и указал на губы.

— На нижней с одной стороны. На брови. И хрящи, с одной стороны два прокола, со второй один.

— Отчаянный ты. Пару минут и сделаю. — он принялся убирать все со стола и обрабатывать инструменты для пирсинга.

— Может от выступления в школе освободят. Если нет, то старшаки хотя бы полюбуются. Твоими контактами поделюсь.

— Давай только без этого. Мне лишняя шумиха не нужна. Тихо и спокойно между своими. Вот вырастет Лала, тоже, может, решит себе набить что-то…

— Ты это прекращай. — перебил Джед. — Лала пусть спокойно свою жизнь проживет.

Гафар смерил Джеда красноречивым взглядом и вздохнул.

— Ну это не тебе решать. Вы же родня, всё-таки.

— Это не играет роль.

— Так с кого она пример возьмёт?

— Меня уже не будет. А когда вырастет, успеет забыть.

Гафар замолк, прикусывая язык. Быстро справившись с проколами на хрящах, он также завершил на губе и брови, но теперь молча. Джед поник, снова возвращаясь к мысли об Академии и Парадизе. И ведь даже не в Парадизе дело…

— Ладно, буду завтра. Бывай. Терпения твоей «жёнушке», — махнув рукой, попрощался Джед.

Спина, лицо, уши, всё пульсировал болью. Но это даже отвлекало от мыслей. Интересно, Дине понравится этот образ? Когда провожала, она была задумчивой и отстраненной. Всё после случая в парке… Эван, засранец, толком не объяснил, что там произошло. Запретил даже поднимать эту тему.

Джед скрипнул зубами. И как ему находить с ней общий язык, если она ему не доверяет даже спустя полгода?

Добравшись до дома, Джед стащил с кухни хлеб и овощи и юркнул в комнату. До отбоя было еще немного времени, на ужин он спускаться не собирался. Здороваться с отцом… В таком виде это было исключено.