Калейдоскоп

Метерлинк

Очень много детей. Тиль еще никогда не видел столько детей сразу. Разного возраста, от худощавых подростков до копошившихся в цветах малюток, все в одинаковых балахонах цвета облаков. Впрочем, нет. У тех, что постарше, начинали проявляться разные оттенки, окрашивая одежду в сливочно-белый, цвет розового жемчуга, едва уловимую тень, в какую окрашивается туман над лавандовым полем. Группа девушек в одинаковых белых платьях присматривала за детьми, не разрешая им слишком сильно шуметь, чтобы не разбудить похрапывающего в беседке седовласого старика, даже во сне не выпускавшего свой крученый посох с песочными часами на конце.

- Посторонись! - промчался мимо Тиля кучерявый темноволосый крепыш, бережно сжимая что-то в ладонях.

- Она появилась, наконец-то расцвела! - восторженно восклицал мальчик, теребя одну из девушек за платье и протягивая ей похожий на сердечко темно-красный фрукт, из которого показалась нежно-розовая стрелка молодого ростка.

Девушка улыбнулась, ласково потрепав его по голове и приложив палец к губам. Рядом с ней пара ребятишек собирала огромную многоярусную пирамиду из стеклянных фигурок. Верхние ярусы состояли из фигурок побольше. На их спинах располагались другие - с каждым уровнем все более и более изящные и невесомые, до самого верха, на котором умещалась в круг всего пара аметистово-сизых голубей с распростертыми веером крыльями и маленький рыжий козленок. Последний, упрямо склонив голову с едва наметившимися бугорками рожек, никак не хотел стоять ровно и все время заваливался набок, грозя развалить всю хрупкую конструкцию.

- Ну вот, опять! - в сердцах воскликнул один из детей, с досадой вертя фигурку в руках. - Может, просто выбросим его и заменим на что-нибудь еще?

- Не на что, - отозвался тот, что постарше, осторожно встряхивая корзину с оставшимися игрушками. - Он один сюда подходит и по весу, и по форме. Да и еще он просто хороший, хоть и упрямый, - добавил он, осторожно пряча козлика за пазуху. - Придется снова сходить к мастеру. Уж на этот раз он точно его исправит.

- Тиль, посмотри, - сестренка потянула брата за рукав, указывая на небольшую полянку. - Там танцуют!

Кружась под слышную только им музыку,  дети старательно выделывали замысловатые па, стараясь ступать точно по нарисованным линиям. У одних эти линии двигались плавно и неторопливо, у других же напоминали бурный безудержный вихрь. Порой  пары сталкивались друг с другом, и долго стояли, бурно обсуждая, что делать дальше. Внимание Тиля привлекла парочка, что не сделала ни одной ошибки; похоже было, что двигались они по кругу уже не в первый раз. На очередном повороте они вдруг резко выпустили руки и разошлись в разные стороны. Должны были разойтись. Но девочка внезапно зарыдала в голос.

- Я не могу, нет-нет, не хочу! - повторяла она, крепко обнимая своего партнера. - Как же я дальше без тебя?

- Ну ты что, мы ведь уже в который раз репетируем, - принялся тот ее уговаривать, однако девочка лишь мотала головой, не желая слушать. Остальные дети столпились вокруг, ласково утешая и подбадривая обоих.

Тут льющийся с неба свет внезапно переменился, стал ласкающе-теплым, благоуханным. Дружно повернув головки, дети побросали свои занятия и бросились к появившемуся из ниоткуда цветочному пологу.

- Мама, наша мама пришла!

Ослепительно прекрасная женщина в прозрачной лазоревой накидке, улыбаясь, не спеша направлялась к ним. Растущие повсюду цветы поворачивали свои головки и смотрели ей вслед, и ни одна травинка под ногами не шелохнулась, словно женщина шла по воздуху. Странно, но лицо ее показалось Тилю очень знакомым. Нежно-карие глаза смотрели прямо на него, тонкие губы улыбались до боли знакомой родной улыбкой...