Калика и Лика

5

На секунду мне показалось, что наступил ясный день. Почти кромешная темнота рассеялась под натиском развешанных в воздухе клубков пламени, каждый из которых был размером с грецкий орех. Юрас продолжал водить кончиком меча по воздуху над краем поляны, наполняя ее светом, однако при этом, к моей несказанной радости, взгляду не открывалось ничего лишнего. Все подозрительные участки скрылись под высокими холмиками из сухих веток и дров.

Вспомнив о порученной мне «невыполнимой» миссии, я отправилась на поиски того места, где столкнулась с Юрасом. Это мой рюкзак все время – пусть и небесполезно – болтался за плечами, а мешки, из которых выпутался он, так и остались лежать на земле. Интересно даже, что там хрустело? Надеюсь, ничего важного и невосполнимого. В конце концов, я ведь не специально на него набросилась, верно? Хотя извиниться не помешает.

При лучшем освещении найти что-либо больше не составляло труда. Как и распознать в найденном берестяную торбу и пару каких-то узлов из грубой неприглядной ткани, вид которых вновь возвращал меня к теме Древней Руси.

Ох, я же, наверное, выглядела сейчас ужасно странно. Девушка в джинсах, толстовке под ветровкой и кедах не может оставаться неприметной в век лаптей и сарафанов. Нужно будет это исправить, найти бы только что-то чистое и без блох… Кхем, да уж, одно дело осознать происходящее, и совсем другое – принять его во всех проявлениях.

Мне тут еще ко многому предстоит привыкнуть. А насколько странно то, что это лишь распаляло мой интерес и подстегивало жажду приключений?

Один из узлов странно погромыхивал и тренькал, но заглядывать внутрь, чтобы посмотреть на источник этого звука, я постеснялась. Не шарить по чужим сумкам – один из первых важных уроков, который преподали мне родители еще в далеком детстве. Даже если там что-то разбито, от моего любопытства оно не починится.

Похватав вещи, я перешла по краю поляны поближе к дому, чтобы видеть, чем занят Юрас. Оказалось, что за время моей отлучки, он нашел где-то гладкую и ровную палку, похожую на черенок лопаты, и теперь старательно водил ею по земле, продираясь сквозь траву, будто бы вычерчивал что-то. Присмотревшись к тому, как парень двигался, я заметила, что остававшийся след образовывал некую полосу, пролегавшую между домом и лесом.

А затем полоса замкнулась в окружность. Образованный ею круг включал в себя хозяйство Верлиоки, его жертв и его самого, погребенного под ворохом сухих ветвей.

Юрас окинул поляну внимательным взглядом, а затем вышел за пределы круга, встав чуть в стороне от меня. Развернувшись лицом к дому, он поднял руку с зажатой в ней палкой и нараспев произнес несколько слов, звучавших смутно знакомо, но совершенно непонятно. Более-менее разобрать удалось только последнее: «Сварожич». Правда, не то чтобы я понимала, зачем оно здесь. По мифам мне известен был только Сварог – бог-кузнец, выковавший людям солнце.

- Ступай оттамо, - махнул мне Юрас, предлагая отойти подальше.

Я сделала шаг назад, и в ту же секунду все огоньки, прежде висевшие в воздухе, устремились в круг. Маленькими рыжевато-алыми звездочками прочерчивая небо, они впивались в дерево, грызли его и множились. На какое-то мгновение мне показалось, что вот-вот на поляне снова станет темно, но этого не произошло. Пламя стремительно разгоралось на дровах и ветках, завораживающе танцевало по стенам и крыльцу, подбиралось к крыше, с каждым новым участком становясь все больше и мощнее.

Но несмотря на огненное безумие, разворачивавшееся у меня перед глазами, каждая искра словно бы знала свое место. Ни один язычок пламени не предпринял даже попытки выйти за очерченную Юрасом границу, хотя она отнюдь не казалась мне непреодолимой. Деревья по-прежнему время от времени покачивали ветвями от дуновения ветра, но огонь никак на него не реагировал. Лишь сидел внутри очерченной ему площадки и смирно пожирал все, до чего мог дотянуться, прямо как образцовый сторожевой пес на привязи у своей конуры.

Небо заволокло дымом, плотный столб которого поднимался вертикально вверх. Магия, не иначе. Как и то, что в воздухе приятно пахло костром. Слышался стук и скрежет, время от времени что-то щелкало и будто бы ломалось. Дом Верлиоки застонал, а затем крыша с протяжным гулом обвалилась, погребя под собой все его секреты. Лишь печная труба осталась торчать потемневшим от копоти перстом, укоризненно грозившим небу. Во все стороны вылетели мириады ярких искорок, но они тут же опали вниз, устремившись на подмогу своим товаркам.

Я в очередной раз потеряла чувство времени, засмотревшись на представшую передо мной ужасающую красоту первозданной стихии. Неспроста многие народы особо почитали огонь, ставя его наравне со многими своими богами. И если уж хорошенько подумать, прослеживалась определенная логическая связь между Сварогом и Сварожичем, который, судя по имени, был его сыном. Кто может быть связан с огнем ближе, чем кузнец?

А потом в какой-то момент всё закончилось, и посреди черного выжженного пятна на поляне осталась только печь, раскаленные камни которой чуть светились. Пламя же, пройдясь по углям в последний раз, собралось на границе круга перед Юрасом.

- Благодарствую, Сварожич, - отвесил тот огню низкий поклон. – В добрый путь.

Послышался забавный звук, словно кто-то невидимый фыркнул, и угли окончательно потухли. Вместе с этим стало заметно, что обступавшая нас прежде темнота пропала. Небо над верхушками деревьев начинало светлеть, а нежный утренний ветер почти развеял последние запахи гари.