Калика и Лика

13

Отпустив Третьяка, я подбежала к окну. Юрас и в самом деле устроил засаду, только не внутри, а снаружи дома. Теперь же, когда нечисть собралась дать деру, он решил противостоять ей в открытую.

Полыхавший огнем меч выглядел впечатляюще. Как и в прошлый раз, на нем проступали пылавшие золотистым светом символы, но теперь еще и по лезвию пробегали языки пламени. И света он давал достаточно, чтобы детальнее разглядеть собранную будто бы из обломков досок, веток и прочих деревяшек нечисть, испуганно жавшуюся к стене дома чуть в стороне от окна.

- Почто робят безвинных обижать вздумал? – грозно поинтересовался у существа Юрас, взмахнув мечом для убедительности. – Воротай назад, а коли навредил чем - предо мною ответ держать будешь, жердяй!

Хлопнула входная дверь, и на улицу выскочил Велимир с топором в руке. Из соседних домов тоже показались люди, но они старались пока держаться поодаль, оставляя Юрасу пространство для маневра.

- Воротай немедля всех, кого унес, ирод, - Юрас быстрым движением чиркнул по нескольким торчавшим из жердяя веточкам, отсекая их под пронзительный визг нечисти.

На мгновение мне даже стало жаль это существо, но это чувство быстро прошло, стоило только подумать обо всех украденных им детях.

- Кх-ха-а-ли-и-ка, - внезапно послышался скрипучий голос. - Велик-к-ха нуж-ж-да, велик-к-хо грущ-щ-ение, покуда дитю нету спас-сения. Люд прос-стой вз-з-груститися, ибо княже моему то станет велик-к-хой радостию.

Я моргнула, пытаясь разобрать услышанное. О чем эта жердь ходячая говорит? Детей не спасти, и это было сделано специально к радости какого-то там князя?

- Лжесловесие твое не убережет от моего меча, - Юрас еще раз взмахнул мечом для острастки, заставив жердяя взвизгнуть. – Ибо знаю я, нет у тебя ни друга, ни хозяина, ни князя.

- Княже рёк мне ис-стину, - не согласилась нечисть. – О многом он ведает, тебе, кх-халик-кхе, неведомом. Дотоле блуж-ждал я без пути и понимания, да княже поведал мне смысл.

- Куда робят моих утащил, окаянный?! – раздался откуда-то сбоку рев, и из толпы вперед протолкался взъерошенный краснолицый мужчина.

Он обвел всех нас горящим полубезумным взглядом, а затем, остановив его на жердяе, бросился к нему и схватил за ту часть, которая у человека была бы горлом.

- Лан, Глеб, Войко! – выкрикнул, надо полагать, Путята имена своих пропавших детей. – Воротай их немедля!

И так уж вышло, что горюющий отец нечаянно загородил собой жердяя от Юраса с его огненным мечом. Не успел никто из нас что-либо предпринять, как хитрая нечисть тут же вывернулась из его захвата, стегнув пальцами-прутиками по лицу, и бросилась прочь.

Юрас стремглав кинулся следом, но, увы, он значительно уступал жердяю в ловкости. Тот петлял похитрей любого зайца, а вдобавок еще изгибался под немыслимыми углами, чтобы разминуться со свистевшим в опасной близости мечом.

- За ним!

Сложно понять, кто первым выкрикнул это в толпе, но все собравшиеся на улице деревенские жители внезапно обрели силы и смелость для помощи Юрасу в погоне. Вооружившись кто чем мог, они побежали за ним, подбадривая себя гневными возгласами, и вскоре уже скрылись за поворотом.

А я осталась стоять у окна, размышляя: где же всё-таки дети? Жердяй ведь так ничего конкретного о них и не сказал. Даже то, живы ли они еще.

Повернувшись к взволнованной Бажене, собравшей вокруг себя детей, я спросила у нее:

- До того, как дети пропадать начали, ничего странного в Заводёнках не случалось? Может быть, новые соседи или купцы проезжие появились?

Бажена замотала было головой, но потом остановилась, задумалась ненадолго и сказала:

- Могута избу новую поставил, недалече тут. Токмо знаю я его столько, сколько сама живу, не он это.

- Ничего другого не было?

- Нет, - на этот раз Бажена была абсолютно уверена.

- Тогда нужно взглянуть на ту избу, - вздохнула я, доставая из-под лавки рюкзак и закидывая себе за спину. Оставлять его было как-то неприятно. – Можете показать?

- Я покажу, - выступил вперед насупленный Ждан. Мальчику на вид было всего лет восемь-девять, но вел он себя уже почти как глава семьи.

Бажена ему не перечила, и уже скоро мы вдвоем уже шагали по темной улице, различая дорогу перед собой только благодаря слабому свету тоненькой лучинки.

Изба Могуты вполне соответствовала имени своего хозяина. Большая, добротная, с высокими потолками и красивой резьбой на ставнях и вокруг окна. Было видно, что дом этот хозяин делал с любовью и старанием, а еще с большим вниманием к деталям.

Ко всем, кроме одной.

Изба была обнесена невысоким, но крепким забором, а ворота в нем смотрели не в ту же сторону, что у остальных домов.

- Ждан, а где солнце встает? – спросила я у мальчика, встав лицом к воротам, и тот незамедлительно махнул влево.

Так-так, если слева восток, то справа запад, я стояла лицом к югу, а ворота, вопреки всем сказочным правилам защиты от нечисти, смотрели на север. Вот она, брешь для всего сверхъестественного в этой деревне. И окажись я на месте нечисти, то определенно стала бы прятать свою добычу там, откуда смогла бы быстро ее унести.