Каменное сердце дракона. Исцеление его души

Глава 4

Вскоре тряска прекратилась, фургон замер. Толчок – это возница спрыгнул с козел. Шаги.

Я попыталась сесть, но со скованными, ослабевшими руками это было почти невозможно. К тому моменту, когда дверь распахнулась, я смогла лишь опереться на локоть и чуть приподнять корпус.

— Ну, что смотришь на меня, как лисица из капкана? – спросил он. На груди между отворотами чёрно-серебряного камзола виднелись свежие раны, стянутые тонкой розовой кожей. Я невольно вспомнила, как собственными руками обрабатывала их в конце весны.

— Надо было оставить тебя умирать, – сказала я, стараясь, чтобы слова эти звучали, как плевок. Потому что плюнуть по-настоящему я тогда едва ли смогла бы.

Дракон не ответил. Он залез в фургон и поставил меня на ноги, подхватив под локоть. Потом вдруг снял сковавшие мои руки наручи из жёсткой кожи, отбросил их в сторону, в глубину фургона, а сам вышел и скрылся из поля моего зрения.

Я озадаченно потёрла запястья. Было больно. Всё тело в синяках и ссадинах, но даже если бы амулет был со мной, я всё равно не смогла бы излечить саму себя.

Оставалось только терпеть.

Дракон был рядом. Я слышала, как он возился неподалёку, но по звукам не могла определить, чем он занят. Осторожно слезла с края фургона и огляделась. Мы остановились у большого, по меркам Мюррена, дома, в окнах которого не горел свет. Ночь уже сгустилась, и только луна на ясном небе освещала округу.

И ни души.

Дракон распрягал лошадей, снимал с них тяжёлые оглобли с дугами, а после повёл коней куда-то за угол дома. Я растерялась. Он вёл себя так, словно меня рядом не было вовсе. Наверное, я могла бы уйти, но не знала, куда. Даже если бы и убежала, и минула ограду, то вряд ли нашла бы путь домой. Впрочем, дома мне места не было. Мачеха выдала меня опальникам раз, выдала бы и второй.

Сердце сжалось от горя, но я тряхнула головой, не позволяя себе впасть в отчаяние, и, чтобы отвлечься, побежала за драконом, чтобы задать ему несколько вопросов, но по пути наступила на какую-то колючку и, взвыв, опустилась на траву.

В этот момент вернулся опальник. Он окинул меня бесстрастным взглядом и, больше не обращая внимания на свою добычу, поднял оглобли, чтобы потянуть фургон дальше по дороге. Я едва успела закрыть рот прежде, чем челюсть слишком откровенно опустилась вниз. Он тащил фургон так, будто тот почти ничего не весил. Один. А когда оттащил его в сторону, отряхнул руки и вернулся ко мне.

— Ну, – сказал он, склонившись надо мной. – И что здесь?

— Колючка, – ответила я едва слышно и опустила взгляд на собственную ногу, из стопы которой торчала крупная щепка.

Дракон подхватил меня под колени и под плечи, словно ребёнка, и понёс прямо в дом. У меня было много вопросов, но все они так и застряли в горле. И я просто смотрела на него. Это, определённо, был он, но теперь, чистый, выбритый, стриженый, он выглядел куда моложе, чем мне казалось при нашей прошлой встрече.

Он занёс меня в дом. Где он ни проходил, там вспыхивал свет, открывая моему взору богатую, но в то же время сдержанную обстановку. Мебели было немного, вокруг не стояли зеркала в лепнине, статуэтки, не висели картины. Но то, что было, поражало красотой и искусностью.

Наконец, он зашёл в небольшую спальню и усадил меня на кровать. Мне стало неудобно, ведь я была в грязном платье и вся покрыта дорожной пылью.

Затем мужчина ушёл. Я так и сидела, не зная, что делать, но вернулся он быстро, с небольшим саквояжем, внутри которого оказались марля, бинты, спирт и другие вещи, необходимые для обработки ран. Достав пинцет, он вытащил щепку из моей ноги, а потом сразу приложил смоченную в спирте вату. Я зашипела от боли.

— Держи так, – велел он. – Я наберу тебе ванну.

Я тихо шипела, стараясь держаться и не убирать марлю от кровоточащей раны. Он был прав. Нужно было подержать подольше, потом помыться и прижечь ещё раз. Но когда дверь открылась, я закусила язык, чтобы он не слышал мой стон.

Дракон раз пять уходил куда-то, а возвращался с двумя огромными вёдрами, полными воды, которые опустошал в соседней комнатке. А когда закончил, вернулся и сел на корточки передо мной, глядя снизу вверх как-то странно, изучающе.

— Зачем ты забрал меня? – спросила я о том, что волновало меня весь путь от тюрьмы. – Хочешь сделать меня своей невольницей? Рабыней?

Он не отвечал. Молчал так же, как и там, в лесу, в охотничьем домике, будто не слышал ни единого сказанного мною слова.

— Ты мог оставить меня там. Приговор не заставил бы себя долго ждать.

— Ты могла оставить меня в лесу умирать, – эхом откликнулся он.

— Значит, это такая благодарность? – хмыкнула я.

— Можешь уходить, когда посчитаешь нужным. – Дракон встал и сделал несколько шагов по комнате. – Но они всё равно найдут тебя. Ищейки находят всех, на чей след им удаётся напасть.

— У тебя есть какая-то одежда? – сменила я тему, потому что и так прекрасно знала, о чём он говорил. И в лишнем напоминании о том, что мои дни сочтены, не нуждалась. – Я бы хотела переодеться после того, как помоюсь.

— Могу одолжить тебе свою сорочку, – ответил он.

— Она слишком коротка для приличной девушки.

Дракон пожал плечами.

— Завтра я наведаюсь к портному. Но пока не думаю, что могу предложить тебе что-то ещё.

Я слезла с края кровати и направилась к комнатке, из которой доносился аромат костра и трав. Туда, куда дракон уносил воду.

— Будь моей женой, Лирель, – сказал дракон, заставив меня остановиться у самого дверного проёма.

Мне показалось, что я ослышалась.

— Быть вашей… что?

— Будь моей женой.

— Мы едва знакомы, к тому же, меня в любой момент могут казнить. Зачем вам такая…

— Вот именно, – дракон встал, подошёл ко мне и склонился, опершись предплечьем о косяк над моей головой. – Тебя в любой момент могут найти и казнить. Если только ты не станешь совершенно другим человеком. Леди Лирель О’Шер, невеста королевского карателя. Жена дракона.