Каменное сердце моего альфы

Глава 16

Менее чем через час в моей комнате уже был врач. Не тот полноватый мужчина, что брал анализы и проводил осмотр при приеме. У этого пожилого оборотня был колючий взгляд, а тонкие губы были сжаты в плотную линию.

— Согните ногу, — сухо отдавал он распоряжения, пока я сидела на своей постели поверх покрывала. К счастью, мне удалось одеться с разрешения Марты Петровны и вертеть руками и ногами могла без опасений. — Теперь тяните на себя.

Врач надавил на мою ступню в противоположную сторону, создавая сопротивление.

— Еще раз. Хорошо.

После манипуляций с ногой выяснилось, что мышцы и сухожилия в порядке, и необходимости прямо сейчас ехать в больницу нет. Но все же он рекомендовал посетить клинику, чтобы сделать снимки.

— А когда я смогу работать? — спросила врача, когда он убирал в саквояж инструменты, которыми воспользовался при осмотре.

— Пары дней отдыха будет достаточно. Вы молодая, и пусть ваша регенерация снижена из-за редкости оборотов, вы быстро восстановитесь. Рекомендации я написал, и советую вам их соблюдать, чтобы поправиться быстрее. Туда также включен оборот. Только на этот раз будьте внимательнее и не пораньтесь по неосторожности.

Листок, с неразборчивым почерком перекочевал из рук врача в руки Марты Петровны. Она бегло просмотрела список и поблагодарила оборотня за посещение.

— Значит, у меня два выходных? — спросила я, чувствуя неловкость, будто я себе их намеренно устроила.

— Да, тебе следует беречь ногу, так рана заживет быстрее, — коротко ответила управляющая. Она смотрела на меня со странной смесью подозрения и сочувствия, и я не понимала, чего ожидать дальше. Я уже принесла столько проблем, что другим горничным и не снилось. А не уволили меня наверняка только потому, что я сама пострадала.

— В таком случае, могу я навестить родных? — Спросила с надеждой.

— Хочешь уехать?

— Всего на день, к вечеру я уже вернусь.

— Нет. Сегодня ты никуда не поедешь. Будешь лежать и выздоравливать. У тебя не отпускные дни, а больничные. У меня своих дел полно, так что присматривать за тобой некогда, а еще нужно поговорить со всем персоналом, — женщина осеклась, поняв, что сказала лишнее. Она покрутила на запястье тонкий ремешок часов, а затем посмотрела на них, досадливо цокнув языком. — Если так не терпится, поедешь завтра утром. Андрей тебя отвезет куда скажешь, а потом заберет. Поняла?

— Спасибо! — от радости я вскочила на ноги и тут же тихо охнула, плюхнувшись обратно на кровать. Управляющая была права, куда бы я в таком виде собралась? А в доме к тому же не было лифта, и подъем на пятый этаж отнял бы у меня все силы. Уставшая, с больной ногой, я стала бы причиной бабушкиного волнения. Этого я точно не хотела.

Дверь за управляющей закрылась. Мне не следовало выходить и вообще нагружать ногу, которая уже выглядела лучше. Шрам начал светлеть, когда врач нанес на него пахучую мазь и забинтовал. Наверняка завтра уже все будет в порядке, а дополнительный выходной я потрачу на то, чтобы встретиться с бабушкой.

Совесть подсказывала, что я слишком уж наглею, попросив съездить домой, но мне хотелось увидеться с родным оборотнем, убедиться, что с ней все в порядке, и со спокойным сердцем вернуться обратно.

Я уже решила, что буду стараться после вынужденных выходных с удвоенной силой и больше не буду уезжать в ближайшие недели, прося у Марты Петровны дополнительные задания. В таком большом доме наверняка всегда было, чем заняться.

— Луна Альбертовна, — незнакомый мужской голос позвал меня с другой стороны двери, и вслед за этим раздалась пара негромких ударов костяшками пальцев. — Вы можете сейчас говорить?

— Могу, — растерянно ответила я и выпрямила спину. — Входите.

В мою комнату зашел молодой оборотень в очках с тонкой золотой оправой и деловом темно-бордовом костюме. Среди домашних я такого не видела, и как всегда, первым делом попыталась принюхаться, но ожидаемо ничего не поняла. Прием подавителей на ранение никак не влиял и врач рекомендовал не пропускать их прием, чтобы не было вновь слабости.

— Меня зовут Эрик Васильевич, — улыбнулся мужчина, шагнув в комнату, и прямиком направившись ко мне. — Я младший юрист в фирме Игоря Романовича. Принес вам кое-что на подпись.

В животе у меня неприятно похолодело. Зачем хозяин отправил ко мне какого-то юриста с бумагами?

Мужчина показал мне папку для документов, из которой извлек договор, похожий на тот, что подписывали при приеме на работу.

— Зачем это? — Я честно попыталась разобраться в зубодробительной терминологии, но потерпела фиаско уже на первой странице.

— Это договор, между вами и Игорем Романовичем, исходя из которого одна сторона не разглашает третьим лицам информацию, полученную на территории особняка об оборотнях и различных событиях, а вторая сторона не будет подавать на нее в суд за нарушение данного договора. Также на третьей странице указана сумма компенсации, которую получает пострадавшая сторона в результате действий, в коих не принимала участие другая сторона, на чьей территории мы все находимся.

Улыбка, с которой мужчина это произносил, была профессиональная, во все тридцать два зуба, что меня даже заворожило на секунду, позволив забыть о том, какие мне бумажки подсовывают и не обратить внимание на то, что мне вкладывают перьевую ручку в ладонь.